Измены наших любимых - Лия Султан

Лия Султан

Измены наших любимых

Пролог

У окна номера с видом на Эйфелеву башню стояла маленькая, хрупкая женщина. Как не посмотри — во всем ладная: и точеная фигурка, и блестящие вьющиеся волосы цвета молочного шоколада, и светлая кожа, и упругая, красивая грудь, которая пока не вскормила ни одного младенца. Ее миндалевидные карие глаза смотрели на символ французской столицы с восхищением, и грустью. Париж — город любви, и приезжать в него нужно с тем, кого ты любишь. Она так и сделала. Вернее, это все не она устроила, а Он — мужчина, от которого она вот уже несколько месяцев сходила с ума. Ее внезапная любовь, запретная страсть и страшная тайна. Почему тайна? Да потому что оба они были не свободны, и в родном городе ее ждал муж, а его — жена. И только в Париже они могли любить друг друга, не прячась и не оглядываясь по сторонам.

— Динара…

Она слышала шаги Кадыра за спиной, но не обернулась. И теперь, когда мужчина подошел вплотную, обнял сзади и прижал к себе, Дина увидела их отражение в окне. Тело быстро отреагировало на его хищный взгляд и прикосновения, на то, как он спустил тонкую лямку сорочки и поцеловал в плечо, как смял шелк в районе ее живота, развернул к себе и посмотрел в янтарные глаза с поволокой.

— Знаешь, о чем я думала? — спросила Динара, пока мужчина целовал ее шею, а она гладила его обнаженную спину.

— М?

— О том, что здесь мы есть друг у друга, а там…

Отстранившись, он поднял ее под ее легкий вскрик и заставил обвить ногами его торс.

— Там скоро все изменится. Я заберу тебя у него, — отрезал решительно, нахмурив черные брови. Он был полной противоположностью ее мужа. Совсем не похожим. Тот — мягкий, безотказный, этот — жесткий, успешный. И оказалось, это то, что ей было нужно — чувствовать себя за крепкой спиной настоящего мужчины. Кадыр выглядел старше своих тридцати семи. А она была младше на десять лет.

— Я люблю тебя. Но я не знаю, как правильно поступить.

— И я люблю тебя. Я уже все решил.

— Подожди. Я не могу так с бухты барахты. Дай мне время подумать, как ему сказать

После он яростно накрыл ее рот своими губами и направился с ней в спальню, где в который раз заявил на нее свои права, хотя понимал, что юридически никаких прав на эту женщину у него нет. Но все в Дине сводило его с ума. С их второй или третьей встречи он почувствовал невыносимое притяжение. Дома его ждала угрюмая жена, ушедшая в себя. А за его пределами — прекрасная женщина. Только чужая.

Звонок мобильного раздался, когда уже все закончилось.

— Это мой, — Дина села на кровати и потянулась к тумбочке. Затем виновато оглянулась. — Муж.

Кадыр недовольно вздохнул, сжав губы до нитки. Откинув в сторону одеяло и бросил:

— Поговори, я покурю в другой комнате.

Отчего — то Дина почувствовала себя виноватой не перед супругом, а перед Кадыром, будто обидела его.

— Привет, — вымученно улыбнулась она.

— Дин, привет! мм в голосе Дамира было столько радости. — Как дела? Сегодня домой?

— Да, вылетаю вечером.

— Ну как командировка? Понравилась?

— Очень. Это же Париж.

— А что ты грустная такая?

— Да нет, не грустная. Я просто только встала. Разница во времени же.

— Ой точно, прости, не подумал. А я уже давно на ногах. У меня уже даже операция была.

— Здорово.

— Кстати, Дин, я что звоню? Ты прости меня, пожалуйста, но у меня завтра не получится тебя встретить. Понимаешь, Алексей Борисович меня выбрал, чтобы ассистировать ему на сложной операции. Ты даже не представляешь, какой там случай редкий и сложный…

— Ничего страшного, — перебила она с облегчением, ведь все это время думала, как попросить его не приезжать в аэропорт.

— Я попросил брата, чтобы он тебя встретил.

— Нет-нет, не надо. У него, наверное, полно своих дел. Я закажу такси. Сейчас это не проблема.

— Точно?

— Да. Не переживай. Готовься к операции.

— Дин, — позвал, понизив голос. — Я люблю тебя и очень скучаю.

— Я тоже, — соврала она и сильно прикусила щеку, чтобы не расплакаться.

Кадыр слышал только начало разговора, а сейчас сидел в кресле у открытого окна и нервно курил. Вспомнил, как впервые узнал, что Дина замужем. Служба безопасности собрала полное досье на дизайнера из бюро, которому он заказал проект нового отеля в горах. Держался, как мог, пока однажды ее не направили к нему одну. Она показывала на ноутбуке какие-то чертежи, картинки, а он только на нее и смотрел. И Динара это заметила. Вот тогда-то Кадыр и понял, что хочет ее. Ни наличие у нее мужа, а у него жены его не остановило.

Жена… стоило о подумать о Лау́ре, как она позвонила. К ней его уже давно не тянуло, хотя раньше было по-другому. Прежде в Лау́ре было много света, которым она согревала так, что все внутри горело. А потом он потух. За пять лет семьи не получилось. Жена погрузилась в уныние, а его родители капали на мозги и твердили, что если у нее уже третий ребенок в утробе умирает, значит, надо искать ту, которая выносит и родит здорового.

— Привет, — сегодня она говорила с улыбкой. — Как дела, родной?

— Все хорошо. Как сама? — Кадыр затянулся и выпустил дым.

— Опять куришь?

— Как поняла?

— Я с тобой уже пять лет живу. Знаю тебя, как облупленного, — Лау́ра засмеялась, а он хмыкнул — это тебе только кажется. — Звоню уточнить, когда ты прилетаешь?

— Зачем?

— Подготовиться хочу к твоему возвращению. Приготовлю что-нибудь вкусненькое.

— Не парься.

— Ну как же. Тебя не было неделю. Я соскучилась, — что-то неуловимое было в ее тоне, будто жена о чем-то догадывается.

— Ладно, приготовь, что хочешь. Мне без разницы. Прилетаю в десять утра.

— Отлично. Напиши, когда пройдешь регистрацию. И как будешь в Катаре тоже.

Кадыр понимал, что ее просьба — просто проявление заботы, но теперь его это раздражало. Еще до поездки в Париж он решил, что подаст на развод, купит ей квартиру и оставит машину. Делить им нечего: ни совместно нажитого имущества, ни детей не было. Как говорила его мать, Лау́ра пришла на все готовое, но ничего не дала взамен, имея в виду долгожданных внуков.

— Хорошо. Пока, — попрощался он.

— Люблю.