Развод. Я тебе (не) принадлежу - Юлия Ступина Страница 5

Память сработала лучше любого отрезвителя.

— Отойди, — я попыталась оттолкнуть его, но мои руки уперлись в его грудь, чувствуя под ладонями бешеное сердцебиение.

— Нет. Тебе плохо. Ты держишься за живот. Что случилось? — Его взгляд стал подозрительным. Он медленно опустил глаза вниз, туда, где мой пиджак слегка натянулся из-за моей позы. — Аврора… ты…

Его рука медленно, почти осторожно, потянулась к моей талии. В глазах Давида промелькнуло осознание — страшное, дикое, невозможное. Он не дурак. Он слишком хорошо знал мое тело.

— Не смей, — прошипела я, чувствуя, как по спине катится холодный пот. — Если ты меня тронешь, Громов, я закричу на весь зал, что ты меня домогаешься. У меня в сумке диктофон, а на выходе — журналист из «Бизнес-Дейли», который спит и видит заголовок о твоем крахе. Проверь меня.

Давид замер в сантиметре от моего живота. Я видела, как дрожат его пальцы. В этот момент мы были так близки, что я чувствовала жар его тела. Это была эротика высшего напряжения — смесь ненависти, жажды обладания и невысказанной правды.

— Ты носишь что-то под этим пиджаком, — его голос стал хриплым, как старая пластинка. — Секреты, Аврора? Ты всегда была плохой актрисой. Твои глаза кричат о правде.

— Мои глаза кричат о том, как сильно я хочу, чтобы ты исчез, — я нашла в себе силы встать, буквально выныривая из-под его рук. — Ужин окончен, Громов. Завтра мои юристы пришлют тебе новый контракт по патенту. Цена выросла вдвое. Считай это налогом на твою самонадеянность.

Я подхватила сумочку и пошла к выходу, чувствуя его взгляд, как прицел снайперской винтовки, направленный в лопатки.

— Я всё равно узнаю! — бросил он мне в спину. — От меня ничего нельзя скрыть, Аврора! Ни-че-го!

Я не обернулась. Выйдя на прохладный ночной воздух, я прислонилась к стене здания, тяжело дыша.

— Мы справились, малыш, — прошептала я, поглаживая живот. — Мы почти справились.

Я села в машину и включила телефон. Сообщение от Макса висело в топе:

«Аврора, внимание. Громов нанял детективное агентство "Тень". Они уже проверяют твои счета в клинике за последние полгода. Беги из города. Прямо сейчас» .

Я посмотрела на темные окна ресторана. Давид стоял у окна, его силуэт был черным на фоне золотого света. Он смотрел прямо на мою машину.

Я нажала на газ, срываясь с места так, что шины взвизгнули.

Война перешла в новую фазу. И теперь это была не просто битва за деньги или патент. Это была битва за жизнь моего сына. И если Давид Громов думал, что он охотник — он ошибался. Теперь хищницей была я.

Я набрала номер Макса.

— Макс, план "Феникс" закрываем. Начинаем план "Иуда". Я хочу, чтобы завтра утром Громов проснулся банкротом. И да… найди мне билет на самолет. Куда угодно, где нет его фамилии на вывесках.

В зеркале заднего вида огни «Амбассадора» сливались в одну огненную линию. Я знала: он пойдет за мной до края света. Но он не знал, что на краю света его ждет не прощение, а бездна.

Глава 4. Побег и первый прокол детектива

Адреналин — чертовски плохой анестетик. Он дает тебе иллюзию всемогущества, пока твое сердце колотится о ребра, как пойманная птица, но стоит ему выветриться, и ты остаешься один на один с дрожью в коленях и осознанием того, что ты только что наступила на хвост спящему тигру. Нет, не тигру. Громову. А Давид Громов никогда не спал, когда речь шла о его собственности.

Я вылетела с парковки «Амбассадора» так, что мой старенький седан взвизгнул всеми четырьмя покрышками. В зеркале заднего вида я видела, как Давид всё еще стоит у панорамного окна. Его силуэт, вырезанный золотым светом ресторана, казался монументальным. Черный монолит на фоне чужого праздника. Он не двигался, но я чувствовала его взгляд на своем затылке даже сквозь бронированное стекло и сотни метров асфальта.

— Спокойно, Аврора. Дыши. Малыш, не толкайся, маме нужно сосредоточиться, — я вцепилась в руль так, что кожа на костяшках натянулась до прозрачности.

Через два квартала я поняла, что сообщение Макса не было паранойей. Серый «Фольксваген», неприметный, как тень в сумерках, пристроился за мной еще у выезда с набережной. Он не приближался, не мигал фарами, просто держал дистанцию в две машины. Профессионально. Холодно. В стиле агентства «Тень».

— Ну что ж, поиграем в догонялки, — прошептала я, чувствуя, как во рту пересохло. — Ты ведь хотел «качественную модель», Давид? Получай драйв-тест.

Я резко вывернула руль в узкий переулок, едва не задев мусорные баки. Машина подпрыгнула на выбоине, и я инстинктивно прикрыла живот рукой. «Фольксваген» послушно нырнул за мной. Значит, детектив. Значит, Громов решил перейти к активной фазе.

Телефон зажужжал в подстаканнике. Макс.

— Аврора, ты где?

— У меня хвост, Макс. Серый седан, номер заканчивается на девять-ноль. Он ведет меня от самого «Амбассадора».

— Черт! — на том конце послышался стук клавиш. — Это Савельев. Бывший опер. Он лучший в «Тени». Если он тебя зажмет, он узнает даже цвет твоих витаминов для беременных. Слушай меня внимательно: через триста метров будет заезд в подземный паркинг торгового центра «Атриум». Он сейчас закрыт на ремонт, но я взломал систему ворот. Заезжай туда. Там тебя ждет «перевертыш».

Я вдавила педаль газа в пол. Мотор взревел, протестуя против такого насилия, но послушно потащил нас вперед. Я видела в зеркале, как «Фольксваген» прибавил скорость. Савельев понял, что я его раскрыла. Больше не было смысла играть в прятки.

Подземный паркинг встретил меня темнотой и запахом сырой бетонной пыли. Стоило мне влететь внутрь, как тяжелая роллета за моей спиной с грохотом опустилась. Я ударила по тормозам, и машина замерла, окутанная тишиной, которая звенела в ушах.

— Выходи, Аврора. Быстро! — из темноты вынырнул Макс. Он был в рабочем комбинезоне и бейсболке. Рядом стоял точно такой же седан, как мой, только синего цвета. — Твою машину мы загоним в дальний бокс под брезент. Садись в эту. Документы в бардачке, ключи в зажигании.

Я перебралась в синий автомобиль, чувствуя, как липкий пот течет по спине. Макс заглянул в окно, его лицо было непривычно серьезным.

— Марк уже готовит бумаги. Громов завтра получит иск о незаконном сборе личных данных и вмешательстве в частную жизнь. Мы свяжем его по рукам и ногам юриспруденцией, пока ты будешь обустраиваться в Сочи.

— Сочи? — я нервно рассмеялась. — Он найдет меня там через два часа. У него там половина отелей в