Победоносный - Анжела Снайдер Страница 5

— Не пропадай, — говорит Софи, обнимая меня.

Я обнимаю ее в ответ.

— Надеюсь, скоро вернусь к привычному ритму и снова начну бегать по утрам в парке.

— Главное не забывай заглядывать на кофе после этой утренней пытки, — смеется она, махая мне на прощание.

Когда устраиваюсь на заднем сиденье седана и Марко захлопывает за мной дверь, на лице появляется улыбка. Время, проведенное с Софи, действительно пошло мне на пользу. Теперь, если смогу просто вернуть свою жизнь в привычное русло, в то, что было до того, как Деймон ворвался в нее, словно ураган, все будет хорошо.

Но мое счастье длится недолго, мы стоим в пробке по пути домой. Марко ворчит с водительского сиденья и начинает щелкать кнопки на радио. В какой-то момент слышу Material Girl в исполнении Мадонны, и он перестает переключать станции, начиная кивать головой в такт мелодии.

Когда он ловит мой взгляд в зеркале заднего вида, тут же прекращает кивать и откашливается. Сухо бурчит: — Подумал, вам понравится эта песня.

Ну вот, Марко, большой и страшный телохранитель, тайный фанат Мадонны, думаю я, с трудом сдерживая смешок.

Когда машины впереди наконец начинают двигаться, Марко убавляет громкость радио и облегченно вздыхает.

Через несколько минут сворачивает в переулок за моим домом, он всегда так делает, чтобы обогнуть здание. Но на противоположной стороне проезда стоит машина, перекрывая дорогу.

— Что за хрень? — рычит он. Переводит седан в режим заднего хода, кладет мускулистую руку на подголовник соседнего сиденья и, повернув голову, пытается вырулить обратно. Но вдруг резко жмет на тормоз, и я ударяюсь о ремень безопасности, откинувшись вперед.

Его брови хмурятся, он вглядывается в зеркала, наблюдая за тем, что происходит сзади. Я поворачиваюсь и смотрю в заднее стекло — черный внедорожник перекрыл выезд.

— Что происходит? — спрашиваю, чувствуя, как в животе образуется тяжелый ком.

Марко тянется к телефону, нажимает пару кнопок, скорее всего, набирает моего отца, а потом обхватывает рукоятку пистолета, спрятанного под пиджаком.

У меня в груди все обрывается. Эти машины здесь не случайно. Что-то произойдет. Что-то плохое.

Голос отца раздается в салоне: — Марко, что случилось?

— У нас гости, босс. И, думаю, они не зовут нас на ужин.

— Где вы? — спрашивает отец, голос стал напряженным.

— У квартиры Виктории. Мы заблокированы в переулке сзади.

Отец тихо выругался.

— Постарайся выиграть время. Я отправляю подкрепление, — и отключается.

Марко достает пистолет и ловит мой испуганный взгляд в зеркале.

— Если увидишь шанс убежать — беги. Поняла?

Я киваю, хотя мой мозг все еще не может осознать происходящее.

— Пригнись! — кричит он.

Я тут же сжимаюсь на своем сиденье, закрыв голову руками, и в тот же миг заднее стекло с оглушительным треском взрывается над моей головой. Мой крик разносится в тесном пространстве салона, пока вокруг сыплется град осколков.

Я прижимаюсь к полу между сиденьями, пока снаружи раздается шквал выстрелов. Часть из них Марко, другая из машин, что заблокировали нас.

Кажется, это длится вечность. Я зажимаю уши руками, пытаясь отгородиться от ужасающих звуков — грохота пуль, лязга металла, визга шин.

И вдруг все резко замирает.

— Марко? — шепчу я. Но когда поднимаю голову, вижу его, повисшего на руле. Кровь струится из ран и рта, мертвые глаза устремлены в радио.

Я закрываю рот рукой, пытаясь сдержать подступающий крик, и резко отвожу взгляд от его безжизненного тела. В голове вспыхивают его последние слова: Если увидишь шанс убежать — беги.

Глубоко вдыхаю через нос, стараясь унять дрожь и собрать в кулак остатки смелости, чтобы сделать то, что должна.

Мои пальцы нащупывают дверную ручку. Осторожно потянув на себя, я рывком распахиваю дверь и выскальзываю из машины, держась как можно ближе к земле. Начинаю бежать, оглядываясь в поисках выхода или укрытия.

Я пролетаю мимо нашей машины и устремляюсь к черному внедорожнику в конце переулка, но там стоят пятеро вооруженных мужчин, нацелив на меня оружие.

Резко оборачиваюсь в другую сторону и вижу, что шансов выбраться нет. Обе стороны переулка заблокированы. По пятеро человек с каждой и все с оружием наготове.

Моя голова мечется из стороны в сторону, в поисках пожарной лестницы, двери, хоть чего-то.

— Тебе некуда идти, куколка! — выкрикивает один из мужчин.

Его ирландский акцент пронзает меня, как раскаленное клеймо. Это люди Нолана Фаррелла. Не знаю, зачем я им понадобилась, но хорошего ждать точно не стоит.

В последний раз я видела Нолана Фаррелла на благотворительном вечере, он буквально угрожал моему отцу из-за своего младшего сына, Тига. Похоже, Тиг оказался замешан в делах итальянской мафии, и Нолан был в бешенстве.

Броуди Фаррелл, старший сын Нолана, тоже тогда был там, только разозлила его уже я, отказав на довольно настойчивые «ухаживания».

Так что предугадать, чего они сейчас хотят, невозможно. Но точно не чаепития.

Я медленно отступаю к седану и забираюсь на переднее сиденье. Смотрю на безжизненное тело Марко, склонившееся над рулем, и, рыдая, тянусь к пистолету в его руке. Мне приходится выдирать его из холодных, застывших пальцев, но я справляюсь.

Не имею ни малейшего понятия, сколько там патронов, или даже как правильно пользоваться оружием, но я полна решимости не позволить им забрать или убить меня без боя.

Пара мужчин начинает приближаться, но я выхожу из машины и направляю на них пистолет.

— Ни шагу ближе, или я выстрелю! — кричу, голос сорванный от страха, руки трясутся, и я едва удерживаю оружие прямо.

— Осторожнее, малышка. Ты вообще умеешь этим пользоваться? — спрашивает один из них, продолжая идти.

Этот псих, похоже, в поиске смерти.

— Стой! — выкрикиваю, но он не думает останавливаться. Приближается все ближе и ближе, пока не различаю цвет его глаз — каре-зеленые.

— А ну-ка отдай мне пистолет, пока себя не покалечила, — произносит он спокойно, протягивая руку.

Мой палец уже на спусковом крючке, я вся дрожу.

— Н-нe подходи ко м-мне!

Он делает еще один шаг и вдруг пистолет срабатывает.

Я вдыхаю резко, в шоке, пока на моих глазах его рука превращается в кровавую, изуродованную массу обнаженных мышц и костей, где раньше были пальцы.

Он орет от боли, отшатывается и прижимает окровавленную руку к груди.

— Черт, эта сука меня подстрелила! — вопит он.

Я настолько потрясена тем, что сделала, что даже не слышу шагов за спиной, пока не становится слишком поздно.

Резко оборачиваюсь, чтобы выстрелить в остальных, но когда нажимаю на курок, ничего не происходит. Пистолет