Измены наших любимых - Лия Султан Страница 5

“Дешевое мыло” — именно так Кадыр высказывался о ее сериалах в последнее время, когда они начинали спорить. Это задевало Лауру, потому что она искала в нем поддержки, а он стал издевательски-снисходительно относиться к работе, которая, по его мнению, ее не развивала, а тянула вниз и выжимала все соки. И что сейчас ее убивало: осознание того, что муж обсуждал ее со своей любовницей, раз она знала, какую фразу применить, чтобы сбить с толку. Наглость и хладнокровие Дины поражало и ярко показывало ее убежденность в том, что этот разговор, если Кадыр о нем узнает, сойдет ей с рук.

Проглотив иголку, брошенную соперницей, Лаура усмехнулась:

— Надо же какая “честная куртизанка”.

Динара на секунду прикрыла веки и шумно выдохнула, а Лаура наблюдала за тем, как трепещут крылья ее носа.

“Злиться, но заглушает эмоции, — подумала она”.

— Я знала, что с тобой не будет просто. Но эта встреча выгодна нам обеим.

Подошел официант и поставил перед Лаурой чашку чаю. Затем он обратился к Дине, но она жестом показала, что ничего не будет.

Указательным и большим пальцами Лаура повернула ручку и пристально посмотрела на Динару, которая внешне напоминала ей инженю… только с камнем за пазухой.

— Удивительная ты женщина, Дина. Красивая, тонкая, с виду нежная, с глазами наивной маленькой девочки, которой хочется на ручки. Тебе своего оказалось мало и ты позарилась на моего? А тебя мама не учила в детстве, что чужое брать нельзя?

Она поджала губы, словно останавливая себя от грубого ответа. Она выдержала паузу, после которой вздернула подбородок с вызовом.

— Что ты хочешь услышать? Да, учила. Но жизнь вносит свои коррективы. Ни я, ни он не искали этой любви. Мы просто полюбили друг друга, но оказались несвободны. Я боролась с этим чувством, заставляла себя остановиться, как и он. Да, то что мы сделали — плохо, я это признаю… он это признает. Но что делать, если любовь случилась. И никто не виноват. Аллах свидетель, я пыталась отдалиться, потому что у меня тоже муж, семья.

Дина не жалела. Она била точно в цель, расставляя их по местам, отводя себе первое. Это раздражало и злило настолько, что Лауре хотелось плеснуть ей в лицо горячий чай.

— Какая речь! Сейчас заплачу и пожелаю вам счастья и здоровья. Я прекрасно видела, как ты “пыталась”, — сквозь зубы прошипела Лаура. — Можешь не строить из себя святую грешницу после всего того, что писала ему.

— Об этом я и хотела поговорить, — взгляд ее потемнел. — Ты же понимаешь, как разозлиться Кадыр, когда узнает, что ты вошла без спроса в его телефон и открыла то, что не должна была?

— Это уже не твоя забота и не твое дело, — отбила подачу Лаура и усмехнулась. — Хочешь сказать ему об этом — вперед, говори.

Дина явно не ожидала такой смелости от Лауры. Ей казалось, что жена боится Кадыра, держится за него, потому что сама из себя ничего выдающегося не представляет. Даже детей выносить не смогла. Тем не менее, сейчас она представляла для нее угрозу, потому что слишком много знала. И тут она увидела, что Лаура все поняла.

— Или ты боишься, что я найду твоего мужа и расскажу ему, что его жена потаскуха? — тихо засмеялась и покачала головой. — Боже, поэтому ты меня позвала? Хотела договориться, да? А тут такой сюрприз.

— Не говори ему ничего, — сдавленно, как и положено проигравшему сражение человеку, выдавила Дина. — Мы можем договориться с тобой. Мы с Кадыром хотели… мы собирались рассказать одновременно. Признаться во всем сами. Но мой муж...он хороший человек.

Лаура помрачнела, поняв, к чему это все затевалось. Она поняла, что они хотели все скрыть и преподнести свою любовь как нечто светлое и прекрасное, что накрыло их внезапно и сильно. Возможно, умолчали бы о полугодичной связи, чтобы казаться благородными.

— Почему тогда ты не живешь спокойно со своим хорошим мужем, а трахаешься с моим? — гневно выпалила Лаура.

— Дина!

И только сейчас Лаура заметила рядом со столиком, но за спиной Динары мужчину. Он был высокий, широкоплечий и очень уставший. В синих джинсах, рубашке и черной куртке на распашку казался совершенно обычным мужчиной, совсем не похожим на статного и властного Кадыра, всегда одетого с иголочки в дорогие костюмы и пальто. На плече висел рюкзак, и он придерживал длинными пальцами толстую лямку. Совсем другой.

Дина побледнела, обернулась и заблеяла, как заблудшая овца:

— Дамир. Это не то, что ты думаешь. Дамир, я тебе все объясню.

Глава 4. Маски сброшены

Ей стало его искренне, по-человечески жаль. Она наблюдала за тем, как темнеет его лицо, брови сводятся к переносице, каменеет челюсть до блуждающих желваков. А Дина соскочила с места, подняла руки и коснулась пальцами его острых скул.

— Дамир, я… я все объясню. Не слушай никого. Только меня.

Он посмотрел на нее с болью и разочарованием и перевел взгляд на Лауру.

— Повторите, что сказали.

Дина обернулась и посмотрела на жену своего любовника. Своими невинными карими глазами она умоляла ее молчать и качала головой. А Лаура думала лишь о том, что эта женщина не задумалась о последствиях своих решений и переступила черту. Тогда почему она должна жалеть ее сейчас? Лаура встала из-за стола и посмотрела прямо ему в глаза.

— Я сказала, что ваша жена спит с моим мужем. Уже полгода.

Дина закрыла глаза и по щекам полились слезы. Смахнув их, она вновь повернулась к мужу, который сжимал черную лямку до побелевших костяшек.

— Полгода? Это правда, Дина?

— Дамир…

— Я спросил, это правда? — он не кричал и не говорил тихо. Но от его интонации пробрало до костей. Лаура прожила вчера это первое цунами, а его сейчас только-только накроет разрушительной волной горькая правда.

— Да, — обняв себя за плечи, прошептала Дина и опустила голову. — Прости.

Не сказав ни слова, Дамир развернулся и пошел к выходу. Лаура наблюдала за тем, как любовница мужа, схватив куртку и сумку, побежала за ним, пыталась взять его за руку, но он не позволил. Эту сцену наблюдали и другие посетители кофейни, а после смотрели в окно, как мужчина спокойно сел за руль подержанной Тойоты Короллы, припаркованной у кофейни. Женщина дернула за ручку двери с пассажирской стороны, но она оказалась заперта. Через несколько секунд Дамир все-таки сдался и открыл ее.

Лаура проводила взглядом серебристый седан и подумала, что нет смысла больше притворяться и молчать перед Кадыром. Возможно, сегодня его любимая