Пара для Рождественоского Дракона - Зоя Чант Страница 5

Эбигейл открыла рот, чтобы спросить, неужели он действительно собирался брать деньги с женщины и её сына за промокшую мягкую игрушку, и снова закрыла. Какой смысл? Было Рождество; он бы только нашёл ещё что-нибудь, на что пожаловаться.

— Простите, босс, — пробормотала она, и мистер Белл зашлёпал обратно в магазин, сердито жестом приказывая Эбигейл следовать за ним.

Вся её адреналиновая эйфория улетучилась. Плечи Эбигейл обвисли. Она не была уверена, чего ожидала; похвалы за превышение долга? Извинений за то, что чуть не заставил её разбиться насмерть? Чёрт, заметил ли мистер Белл вообще опасность, в которой она была — или только возможный риск для его прибыли?

Разве я не усвоила этот урок годами ранее? Никогда не лезь из кожи вон. Ни для кого, и уж точно не на Рождество.

Она посмотрела на промокшую насквозь игрушку котика в своей руке и скривилась. Теперь ей ещё и с этим разбираться. И…

— Он должен быть Сантой или Гринчем? — прозвучал позади тёплый низкий голос. Сердце Эбигейл подпрыгнуло к горлу.

Он всё ещё был здесь. Её спаситель.

Она обернулась, пытаясь выглядеть непринуждённо, и слишком поздно осознала, что всё ещё держит плюшевую игрушку перед собой. Мокрый комок искусственного меха шлёпнулся по куртке её спасителя.

— О, Боже, мне так жаль, — выпалила она, отдергивая руку. — Я не хотела… эм, я не… — глаза мужчины искрились от веселья, и она заставила себя расслабиться. Она протянула руку — ту, в которой не было игрушки. — Спасибо, эм, что спасли меня от превращения в праздничное пятно на асфальте.

Он снял перчатку, прежде чем пожать её руку. Его пальцы мягко сомкнулись вокруг её пальцев, и её плечи затряслись от воспоминания, как его рука обнимала их.

Его другая рука — и кисть — тогда обнимала её ноги. Как только она это вспомнила, её бёдра тоже затряслись. Она прикусила губу, заставляя себя не отводить взгляд от его странно разноцветных глаз.

Не красней, — приказала она себе. — Не красней. Ого, его глаза и правда прекрасны…

— Я Джаспер, — сказал мужчина.

Прекрасно, как и его глаза, — подумала Эбигейл, чувствуя головокружение.

— Ты в порядке? — Джаспер шагнул ближе, беспокойство затемнило его глаза. — Это было серьёзное падение. Я… — он сглотнул. — Я рад, что проходил мимо.

Я тоже. Голова Эбигейл гудела, и слова застряли в горле. Что с ней не так? Просто поговори с ним, как с обычным человеком. Не так, будто он самый красивый мужчина, который когда-либо… трогал тебя. О, Боже.

Её кожа заколотилась, когда она вспомнила, каково это — чувствовать его руки вокруг себя. Он появился из ниоткуда и спас ей жизнь. Как чудо.

Серьёзно? Рождественское чудо? Ты правда на это повелась?

Это было не чудо. Это был какой-то парень, оказавшийся в нужном месте в нужное время, и теперь, наверное, отчаянно желавший заняться своими делами, прерванными её падением с неба прямо на него.

Эбигейл почувствовала, будто ей только что вылили ледяную воду за шиворот.

Он просто шёл по своим делам, она чуть не размазала его, а теперь стояла и практически пускала слюни на него посреди улицы. Она вспомнила остекленевшие глаза мистера Белла, уставившегося на белокурую женщину, искавшую подарок для сына, и её тошнило.

— Я в порядке, — быстро сказала она. Она знала, что должна пойти внутрь и оставить бедного парня в покое, но ноги словно прилипли к месту.

Парень — Джаспер — всё ещё смотрел на неё, приподняв одну бровь.

— Так что ты вообще делала на той лестнице?

Эбигейл моргнула. Он мог просто уйти, но не ушёл.

Неужели он… на самом деле хотел остановиться и поговорить с ней?

Эбигейл прикусила губу. Технически она всё ещё была на смене. До конца её рабочего дня оставалось ещё несколько часов. Но, также технически, Джаспер был потенциальным покупателем. Разговаривать с ним было её работой.

И, возможно, короткая беседа даст ей время, чтобы сердце перестало колотиться, а ноги отлипли от тротуара.

Она взглянула на мужчину. Он смотрел на её губы, его щёки слегка порозовели.

— Я снимала эту штуку. — Эбигейл подняла мягкую игрушку, и глаза Джаспера быстро перебежали на неё — со скоростью. Её сердце ёкнуло, но ей удалось сохранить ровный голос. — Ребёнок ныл и ныл о ней, но как только она оказалась вне коробки, он больше её не захотел. Что, в общем-то, и есть Рождество в двух словах, не так ли?

— А рождественские котята — это теперь тренд? — Джаспер нахмурился. — Придётся пересмотреть весь план подарков для моего племянника… — его глаза заблестели, и Эбигейл начала чувствовать, как расслабляется.

Эбигейл фыркнула.

— Не-а. Этот котик — остаток с Хэллоуина. — она подняла его, чтобы он мог разглядеть крошечные тыковки вместо пальчиков на лапках. — Видишь? И он уже разваливается. Бедный котик. Надо было сразу выбросить тебя в мусорку вместе со всеми остальными остатками.

— Это немного жестоко. — Джаспер наклонился ближе, и лицо Эбигейл начало гореть. Он потыкал в мягкую игрушку, внимательно её осматривая. — Она не в таком уж плохом состоянии… ой. А что случилось с его вторым глазом? Эм, упс.

Он поднял руки и отступил, когда лапка, которую он игриво тряс, отвалилась. Эбигейл рассмеялась и подняла её.

— Видишь? Безнадёжный случай. Прямо в мусорку. — она взглянула на крышу. Её падение не потревожило остальную часть инсталляции. Всё те же ухмыляющиеся эльфы и гигантский Санта, похожий на пьяного. — Вместе со всем остальным хламом, как только Рождество закончится.

— Ох, где же твой рождественский дух? — сказал он, смеясь.

Эбигейл подняла на него брови.

— Думаю, мистер Белл продал его сегодня пораньше. Со скидкой пятьдесят процентов. Что выгодно, потому что мне от него никогда не было много пользы.

Она сказала это в шутку, но лицо Джаспера омрачилось. Её пронзило чувство вины. Парень только что спас ей жизнь — и, о Боже, она будет помнить ощущение его рук вокруг себя, пока жива — и теперь она и это испортила.

Почему она всегда так? Она ненавидела Рождество, конечно, но это не означало, что она должна портить его всем остальным.

Особенно учитывая, что она всё ещё технически на работе.

Она натянула улыбку на лицо.

— Эй, я шучу. Просто, знаешь…

— Ты не любишь Рождество? — Джаспер звучал сбитым с толку. Она уставилась на него.

— Я не его самый большой поклонник, нет. — Смени