Ни единого шанса - К. Р. Джейн Страница 5

И этого всегда было достаточно.

Я не знал, что и думать о новой жизни Кеннеди. Раньше мы были ее миром. А теперь у нее появились друзья, работа, даже новая улыбка.

Мне не нравилось видеть, как она дарит улыбки другим людям.

Когда-то они принадлежали мне.

И скоро я получу их обратно.

Она покинула каток, и я осторожно направился следом. Держался на расстоянии, всегда стараясь, чтобы меня не заметили. Кеннеди не торопилась, прогуливаясь по заполненным зловонием людным улицам города с легкой улыбкой на лице.

Она прошла мимо маленького дерьмового кафе, глаза загорелись, словно оно было рестораном, отмеченным звездой Мишлен.

Я знал, что сейчас произойдет. Такое случалось каждый день.

Она подошла к стойке и уставилась в меню. Носик очаровательно сморщился, напомнив щенка.

Я направился к креслу в углу, внимательно следя за ней, пока пробирался между столиками.

Бариста уставился на Кеннеди с таким ошеломленным выражением во взгляде, что захотелось перерезать ему горло.

Она не заметила, и это единственное, что спасло мужчине жизнь. Кеннеди попросила кофе из белого шоколада со льдом и миндальным молоком, и я ухмыльнулся про себя, притворившись, что смотрю в телефон.

Еще один напиток, который она возненавидит.

Не мог дождаться, когда увижу, как загорятся ее глаза, когда принесу чайный латте.

За этим последует оргазм.

Выигрышная комбинация, если кто-то спросит.

Телефон завибрировал, и я вытащил его. Это был Санни, моя правая рука.

Санни: Отправлено в 11:30.

Я раздраженно фыркнул. Потому что сообщение означало, что вместо того, чтобы смотреть, как Кеннеди спит, придется убедиться, что последняя партия оружия благополучно добралась до склада.

Кеннеди сделала глоток и тут же поморщилась, как и всю неделю. Я не был уверен, почему она не попробовала ничего, кроме кофе, но казалась обязанной и решительной найти кофейный напиток, который понравится.

Какая-то часть меня успокоилась, увидев, как она катается на коньках, а теперь еще и это. Кеннеди была такой же, даже если не помнила.

Что означало, что у меня все еще был дом.

Кеннеди заставила себя выпить все до конца, со вздохом выбросила стаканчик и вышла на улицу.

Бариста все еще смотрел ей вслед, и я наблюдал за ним, пока тот не заметил меня, отчего его кожа побледнела от страха.

Я вышел из кафе и продолжил следовать за ней, оставаясь незаметным всю дорогу до дерьмовой квартиры. Той, которой я был шокирован, но не осуждал.

Я ненавидел тот факт, что она жила там. Кеннеди заслужила особняк, который я приготовил для нее.

И не мог дождаться, когда она окажется там.

Я наблюдал, как она вошла внутрь, желая просто направиться следом.

Возможно, другие сочли бы мою одержимость слабостью, может быть, даже проклятием.

Когда я зашагал прочь, то тут же пожалел, что не мог последовать за ней.

Я знал, что Кеннеди нужна мне, как кислород.

И, несмотря на все попытки… это не изменится.

* * *

— Пожалуйста! Нет. Нееееет!

Санни хихикнул, когда я отрезал пальцы предателя по одному, крики звенели в воздухе. Мы узнали, что один из наших парней со склада пытался найти покупателя на оружие, которое только что получили. Не повезло, что одной из потенциальных сторон, которая связалась с ним по поводу поставок оружия… были мы. Как только Санни понял, что оружие в продаже было нашим, мы быстро справились с поимкой Эда Тейта.

Теперь я был по локоть в его крови, кромсая тело.

Пытать — это искусство. И я определенно был художником.

Но мог признать, что в этот раз не использовал обычную утонченность.

Я ненавидел предателей. Ненавидел их всем своим существом.

Телефон громко зазвонил на столе, прерывая безжалостные расспросы, которые я задавал между каждым взмахом ножа. Обычно я бы не остановился, но знал, что сообщение пришло от парня, которому поручил следить за Кеннеди, когда меня там не могло быть.

А она всегда стояла на первом месте. Всегда.

Выругавшись, я сорвал перчатку, потянулся к телефону и взглянул на сообщение.

Лукас: Она на свидании.

Какого хрена? Эти слова ощущались как удар под дых. Кеннеди не разрешалось ходить на свидания. Я не думал о мужчинах, с которыми та могла встречаться, трахаться… до того, как нашел ее. Это был единственный способ не сойти с ума. Встречаться сейчас явно не вариант. Ревность и тревога разрастались внутри меня, угрожая поглотить целиком.

Я: Подробности.

Лукас: Ее подруга назначила свидание вслепую. Они только что вышли из ресторана и идут в кино.

Какого хрена он не прислал сообщение, когда они были на ужине?

Я глубоко вздохнул.

Я: Адрес.

— Узнай то, что нужно, а потом прикончи его, — рявкнул я на Санни, вонзая лезвие в бедро Эда, а затем вышел из комнаты, на ходу срывая целлофановый фартук с одежды.

Через несколько минут я уже сидел в Rolls-Royce Wraith, двигатель ревел, оживая. Каждая пролетающая секунда казалась маршем к смертному приговору. Я не знал, почему был таким неразумным, когда дело касалось ее. Кеннеди даже не помнила о моем существовании. Хотя я уже потерял ее однажды. Никто не заставит сделать это снова.

Даже ее собственное сердце.

Я мчался по улицам города, не обращая внимания на ограничения скорости и красный свет, сосредоточившись только на том, чтобы добраться до кинотеатра, где Кеннеди была на свидании.

Минуты казались часами, пока я лавировал в пробках, в голове проносились тысячи мыслей.

Наконец, я подъехал к кинотеатру, сердце колотилось в груди так, словно случился гребаный сердечный приступ. Я осмотрел окрестности, выискивая любые признаки неприятностей больше по привычке, нежели по какой-либо еще причине.

Никто не собирался связываться со мной в этом городе.

Я небрежно направился ко входу, не желая привлекать ее внимание.

Остановился рядом, потому что там была она…

Стояла в очереди за билетами с улыбкой на лице, которая принадлежала только мне. И рядом стоял ее кавалер.

Горячая ревность разлилась по венам, а рука дернулась к пистолету, спрятанному под курткой. На секунду я представил, как направляю на него пистолет, кровь разбрызгивается повсюду, а тело падает на землю.

Я сделал несколько глубоких вдохов. Только Кеннеди могла заставить меня потерять контроль. Она была моим искуплением и адом, упакованными в идеальную упаковку.

Я не могу убить его только за то, что тот стоял рядом…

За исключением того, что «кавалер» наклонился, пытаясь обнять ее, когда те стояли в