Ни единого шанса - К. Р. Джейн Страница 4

Держась за стену обеими руками, я неуверенно ступила на лед, ожидая, что коньки вылетят из-под меня. Но они этого не сделали.

Вместо этого я обнаружила, что скольжу вперед по льду, рука все еще цеплялась за стену снова и снова, пока не осознала… я знала, что делаю.

На самом деле у меня это хорошо получалось.

Где-то в прошлой жизни я научилась кататься на коньках.

И теперь летала по льду. Волосы откинулись назад, холодный ветерок бодрил кожу. Казалось, я могу взлететь.

Я издала удивленный, игривый смешок, который не смогла сдержать.

Я узнала кое-что новое: девушка, которой я была, умела кататься на коньках.

И девушка, которой я была сейчас, тоже любила кататься на коньках.

Я потерялась в ощущении полета над льдом, но затем почувствовала чей-то взгляд.

Это вывело из задумчивости, и я подняла глаза, чтобы кое-что заметить: мужчина прислонился к окнам катка, наблюдая за мной. Он остановился, прислонившись к стеклу, закинув за голову мощную татуированную руку. У него были темные волосы, и он смотрел на меня глазами, которые с такого расстояния казались пронизывающими насквозь.

Знал ли он меня?

В том, как он смотрел, было что-то электрическое.

Я начала приближаться к нему, чувствуя, как будто между нами возникло какое-то магнитное притяжение, которое, очевидно, почувствовали оба. Потом поняла, что веду себя неловко. Возможно, это был кто-то из тех, кто занимался подбором персонала для бара, и ему было любопытно мое заявление.

Так хотелось, чтобы кто-нибудь узнал меня, что, возможно, я все выдумала.

Он повернулся и пошел прочь, футболка обтягивала широкие плечи, большие бицепсы, тонкую талию. Ему, должно быть, было холодно, но тот, казалось, этого не показывал.

— Мама! — крикнул ребенок рядом со мной, нетерпеливо проскакивая мимо. Он разочарованно остановился и обернулся, коньки взметнули в воздух ледяные брызги. — Он ушел.

Кто это был?

— Повезло, что ты мельком увидел его, милый, — навстречу на коньках подкатила девушка и взъерошила мальчишке волосы. — Может быть, в другой раз.

Привязанность между ними двумя, такая непринужденная, когда та взъерошила его волосы, заставила задуматься о том, какими были мои родители.

Живы ли они где-нибудь там?

Мысль показалась холодной и тяжелой, и я снова начала кататься. На этот раз тяжесть спала, и я просто скользила по льду, слушая приятный приглушенный звук коньков.

Но не могла перестать думать о том, как мужчина смотрел на меня.

Глава 3

Ебанный ад.

Я бы никогда не смог забыть ее.

Наблюдал за Кеннеди из затемненного входа на другой стороне катка, сердце колотилось от смеси тоски… и вожделения. Казалось, я могу дышать после долгих лет гребаного удушья.

Кеннеди грациозно скользила по льду, каждое движение свидетельствовало о красоте, которая привлекла меня много лет назад. Она была здесь, прямо передо мной.

Наконец-то.

Пристальный взгляд Кеннеди проследил за уходящим Картером. Он также совершенно не подозревал, что я стою здесь. А она понятия не имела, кто он. Но Картер смотрел слишком долго, и был замечен.

Мне знакомо это чувство.

С того момента, как встретил ее, это все, на что я был способен.

Глазеть.

И была та же проблема с тех пор, как нашел ее.

Наблюдал, как она пробовала разные сорта кофе, пытаясь понять, какой из них раньше нравился. Не зная, что ненавидела кофе и пила только чай.

Наблюдал, как пробовала разные стили — опрятный, спортивный… даже готический. Не зная, что почти всегда носила платья.

Наблюдал, как пыталась найти себя. Не зная, что мы точно знаем, кем она была.

Кеннеди закончила произвольную программу и сошла со льда. Я оставался скрытым в тени, не сводя с нее глаз. Она улыбнулась группе детей, пробегавших мимо, осветив всю комнату.

Когда-то у меня все время было такое солнечное сияние. Я связал с этим жизнь, будущее.

А потом у меня его отняли.

Я был неумолим в стремлении к Кеннеди. После расставания пять лет назад не оставил камня на камне, решив найти ее. Мужчины, которых я когда-то называл братьями, сделали все, что было в их силах, чтобы защитить ее, убедиться, что та остается скрытой от моих глаз. Стерли из официальных записей, превратив в глазах всего мира в неизвестную.… Кеннеди стала призраком.

Возможно, им удалось бы скрыть ее от большинства мужчин.

Но я не был просто большинством мужчин. Я был Шакалом.

А Кеннеди — моей.

Потребовались годы кропотливой детективной работы, сеть информаторов и несколько близких контактов, но в конце концов я наткнулся на след, который намекал на существование Кеннеди. Небольшая информация привела к другой, и еще к одной, пока я не собрал воедино головоломку, которая раскрыла ее новую личность и местонахождение.

Я проследил за ней до дерьмовой квартиры, как только узнал адрес, и наблюдал неделю. Я был лидером шакалов, потому что всегда готов. Не ввязывался в сражения, в которых, как знал, не смогу победить.

Когда я увидел медицинские записи, в которых подробно описывалась ее амнезия, то разработал план и провел последнюю неделю, наблюдая за новой Кеннеди.

Хотя довольно быстро понял, что Кеннеди еще не выяснила, кто это — новая она.

Я всегда гордился своим самообладанием, но оно никогда не подвергалось такому испытанию, как на этой неделе, когда держался от Кеннеди подальше. Член испытывал сильное раздражение от всего, чем я занимался с тех пор, как нашел ее.

Я чертовски ненавидел натирания от дрочки.

Но в данный момент это было необходимо.

Ее шелковые трусики немного облегчали процесс.

Но скоро в них не будет необходимости. Теперь, когда она столкнулась с ними, пришло время перестать наблюдать… и начать действовать.

Картер, возможно, сегодня держался на расстоянии… но это продолжится недолго.

Единственное, в чем никто из нас никогда не был хорош — это держаться подальше от Кеннеди. Несмотря на то, что эти три засранца, очевидно, держались подальше последние несколько лет, они бы раскололись. Это был только вопрос времени.

Я продолжал наблюдать из тени, сердце колотилось в груди так, словно только что начало биться снова. Воссоединиться с ней было бы нелегко. Кеннеди построила новую жизнь, окруженная людьми, которые понятия не имели о ее прошлом, об истинной личности или о любви, которую мы когда-то разделяли. Я должен был действовать аккуратно, подходить с осторожностью и терпением. Но был готов сделать все возможное, чтобы вернуть ее в свою жизнь.

То,