Тени тебя - Кэтрин Коулc Страница 49

Мы с Лоусоном вышли из машин почти одновременно. Его лицо выглядело таким же мрачным, каким, я был уверен, было и мое.

— Эта тропа дальше, чем предыдущие две, — сказал я, хотя он и сам это знал. Но настоящий вопрос прятался за словами. Почему?

Лоусон провел ладонью по небритой челюсти:

— Думаю, когда жертва человек, преступник становится менее смелым.

Желудок скрутило. Разве нашему городу мало было смерти и мрака?

— Снова турист сообщил? — спросил я.

Лоусон покачал головой:

— Служба охраны леса. У них, как и у охраны дикой природы, теперь усиленное патрулирование.

Тут я заметил парня, сидевшего на поваленном бревне. Полицейский, которого я знал, протягивал ему бутылку воды. На нем была форма Службы охраны леса, но, судя по виду, ему едва ли было двадцать. Ну, двадцать один — максимум. Мальчишка. Его рука дрожала, когда он принимал воду и делал маленький глоток.

Мы с Лоусоном направились к нему.

Парень поднял глаза и сглотнул:

— Шеф Хартли.

— Брайан. Как ты?

Щеки Брайана порозовели:

— Меня вырвало.

Лоусон присел на валун, чтобы оказаться с ним на одном уровне:

— Со мной случилось то же самое, когда я впервые работал на месте убийства. Это абсолютно нормально.

Брайан затряс головой в резком кивке.

— Сможешь рассказать, как все произошло? — спросил Лоусон.

Он всегда умел это — находить подход к людям. Давать им понять, что они не одни, что он рядом. Этот дар мне никогда не был дан.

Брайан снова сглотнул:

— Начальник отправил нас проверять разные тропы. Мы должны пройти около двух с половиной километров туда и обратно, потом идти к следующей.

Это было разумно. Все тела находили в радиусе полутора километров от начала маршрутов.

Брайан уставился на бутылку, крепче сжимая ее:

— Я уже проверил четыре тропы сегодня. Ничего. Просто не ожидал…

— Были ли другие машины на стоянке, когда ты приехал? — спросил Лоусон.

Брайан покачал головой.

— Следы кого-то еще на тропе видел?

— Нет, — ответил он. — Ничего… пока не увидел ее.

Желудок свело. До этого момента я не знал ничего о жертве. Но теперь знал: это была женщина. От этого все становилось куда реальнее.

На челюсти Брайана дернулся мускул:

— Это было ужасно. Я никогда такого не видел. Просто… кошмар.

Лоусон сжал его плечо:

— Постарайся вспомнить. Когда шел обратно, ничего не заметил?

— Я… не знаю. Был как в тумане. Сошел с тропы, чтобы вырвать. Позвонил по спутниковому телефону. А потом просто… ждал. Почти подумал, что все это привиделось. Будто мне что-то подсыпали, и я галлюцинирую.

Уверен, он хотел бы, чтобы так и было. Бедный парень будет видеть это в кошмарах всю жизнь. Он пришел работать на природе, а не находить трупы.

Лоусон снова сжал его плечо:

— У нас есть психологическая помощь. Хочу, чтобы ты ею воспользовался.

Брайан поднял взгляд:

— Мне не нужно…

— Нужно, — твердо сказал мой брат. — Не позволяй этому засесть внутри. Не начинай глушить воспоминания выпивкой или чем похуже. Прими это. Получи помощь. Останься здоровым.

Он медленно кивнул:

— Ладно.

— Хорошо. — Лоусон хлопнул его по спине и встал, бросив взгляд офицеру, который должен был остаться с парнем. Тот кивнул.

Лоусон направился к тропе, и я пошел следом, включая фонарь. Свет мне был не нужен, чтобы идти — за годы я натренировал глаза и мог бы пройти по этим лесам с завязанными глазами и связанными руками.

Но сегодня я не хотел упустить ни одной мелочи. Улики могли быть где угодно.

— Ты слева, я справа, — сказал Лоусон, включая свой фонарь.

Мы медленно двинулись вверх по тропе, не торопясь. Луч моего света скользил по кустам и деревьям, камням и поваленным стволам. Но ничего странного я не увидел. Лес был таким, каким и должен быть.

Но кто-то его осквернил. Принес сюда зло — в место, которое всегда было для меня убежищем. Одна только мысль об этом выводила из себя.

Я провел так много лет, убегая сюда. Деревья и звери всегда принимали меня. Никогда не осуждали, не смеялись. Они обнимали.

Впереди послышались голоса, и я отвел взгляд от земли. Свет сиял так ярко, что казалось — словно на стадионе. Только это был не футбольный матч.

Когда мы подошли, Нэш обернулся. На его лице не было ни следа привычной насмешки, только нахмуренные брови и напряженная челюсть.

— Все очень плохо.

Мне не нужно было его предупреждение, чтобы это понять. Кто-то умер — этого достаточно.

И все же первый взгляд на тело заставил меня остановиться. Женщина была молодой — двадцать, может, двадцать пять. Но в ней не осталось жизни, не осталось энергии. Кожа казалась почти серой. А тело… изрезано до ужаса. Злые, глубокие порезы и колотые раны. Так много ярости.

— Луиза, — поприветствовал Лоусон коронера.

Она подняла взгляд, ее смуглая кожа побледнела сильнее обычного:

— Ло.

— Есть предположения, сколько она здесь пролежала? — спросил он.

Губы Луизы поджались, когда она снова посмотрела на тело:

— Для этого времени года холоднее обычного. Это усложняет подсчеты. Но я бы сказала — недавно. Возможно, сегодня днем. Мне нужно будет сверить температуру по часам, чтобы уточнить. Но по следам на теле видно, что убили ее в другом месте и уже потом перенесли сюда.

Лоусон кивнул, челюсть напряглась:

— Это помогает.

Доктор Миллер стоял рядом, но его взгляд был прикован к телу женщины и к ее ранам — будто он пытался зашить их силой мысли.

— Спасибо, что приехал, Дэмиен, — сказал Лоусон.

Ветеринар оторвал взгляд от тела и перевел его на моего брата:

— Конечно. Эти раны немного другие. Глубже. Но слишком много сходств, чтобы это было совпадением.

Лоусон перевел взгляд на Нэша и на меня.

— Он злее, — сказал я. — Может, он знал жертву?

Нэш достал из кармана пакет с уликами:

— Вот ее удостоверение. Марси Питерс, из Монтаны.

Я постучал пальцами по бедру:

— Не узнаю. Туристка?

— Скорее всего, — согласился Лоусон. — Поручу офицерам обзвонить местные отели и компании по аренде, попробуем выяснить, где она остановилась.

— На затылке большая шишка и кровь, — сказала Луиза. — Ее ударили сзади. Скорее всего, она потеряла сознание, прежде чем упала на землю.

— Малое утешение, — пробормотал Нэш.

Я был с ним согласен. По крайней мере, она не чувствовала той пытки, что пришла потом.

Лоусон несколько секунд смотрел на женщину:

— Мы были правы.

Нэш бросил на него вопросительный взгляд.

— Кто-то тренировался, — объяснил