За пределами разрыва (ЛП) - Хедли Таниша Страница 44

— Кто подходит под мой тип?

Заметно расслабляется, опускает ноги на песок и откидывается на локти.

Я смеюсь и тоже опираюсь на локти.

— Я вижу, как ты смотришь на Кайри.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— А я думаю, что понимаешь.

— Это неважно, — вздыхает он, — она увлечена Зейлом, а не мной.

— Правда? — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть ему в глаза. — Это то, что она сказала, когда ты трахал ее прошлой ночью?

Он стонет и падает обратно на песок, потирая лицо.

— Для нее это ничего не значило, это был пьяный трах.

— Мы с тобой оба знаем, что это неправда, — говорю я, подталкивая его коленом. — Для Кайри все что-то значит.

Он снова стонет, прикрывая глаза предплечьем.

— А для тебя это что-то значит? — спрашиваю я.

Колтон долго не отвечает, так долго, что я начинаю думать, не заснул ли он, но в конце концов вздыхает и поднимает руку, хмуря брови.

— Больше, чем следовало бы.

Киваю в знак понимания. Несколько дней назад я чувствовал то же самое по отношению к Элиане.

Я знал, что должен держаться подальше, но не мог бороться со своими растущими чувствами.

Сажусь, упираясь руками в колени, и смотрю на него через плечо. Хватит светских бесед, пришло время получить ответы.

— Почему ты ушел из команды?

Этот вопрос я хотел задать с тех пор, как узнал. Мы оба были в молодежной команде, прежде чем перешли в профессиональную, и я знаю, что он считает эту команду семьей. Уходить просто не имеет смысла.

— Я чувствовал, что виноват за то, что случилось с тобой. Не мог оставаться в этом доме без тебя, это было постоянное напоминание о том, что я сыграл роль в том, что с тобой случилось, и не мог этого вынести.

Он испускает дрожащий вздох, и когда я смотрю на него, он выглядит так, будто сейчас расплачется.

— Не смей сейчас плакать, Харрисон, — рычу я, хмуро глядя на него.

— Заткнись, — потирает он глаза. — Я просто злюсь на себя.

— Не стоит, она играла с нами обоими, — я прочищаю горло, — ты доволен «Рип Райдерс»?

— Мне там чертовски не нравится. Это кучка богатых уебков, которые дерутся за то, у кого самый большой член.

— Так возвращайся.

— Что?

— Возвращайся в нашу команду.

— Тренер никогда не позволит мне вернуться, — он смахнул жука, ползущего по песку, и нахмурился: — Видел бы ты, как он был опустошен, когда я сказал ему, что ухожу.

— Я думаю, Колтон, он слишком заботится о тебе, чтобы оставить тебя с ними, если ты там несчастлив. Стоит спросить его.

— Может быть.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ЭЛИАНА

— Как ты думаешь, о чем они говорят? — шепчет Малия.

Она, Кайри и я находимся в моей комнате и наблюдаем за Гриффином и Колтоном из окна. Они оба оживленно разговаривают, и по их языку тела я могу сказать, что это в основном позитивный разговор.

— Мальчишеские штучки, наверное, — вздыхает Кайри, отходит от окна и падает на мою кровать, уставившись в потолок.

Мы с Малией обмениваемся взглядами, после чего подходим к ней и садимся по обе стороны. Она складывает руки на животе и глубоко вздыхает.

— Что происходит? — спрашиваю я.

Снова вздыхает.

— Ничего такого, о чем бы я хотела поговорить прямо сейчас. Расскажи нам о своей насыщенной сексом ночи с Фином.

Глаза Малии переходят на мои, и по ее лицу расплывается огромная ухмылка, когда она возбужденно хлопает кончиками пальцев. Я смеюсь, чувствуя, как мои щеки становятся красными.

— У нас не было секса, — говорю я, укладываясь на спину рядом с Кайри.

Она фыркает и поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня.

— Да, хорошо.

— Я клянусь.

— Не может быть, чтобы ты провела с ним ночь, и между вами ничего не было.

Малия надулась.

Я делаю паузу.

— Я сказала, что у нас не было секса, а не то, что между нами ничего не было.

Они обе визжат, а Кайри садится, хватает одну из моих подушек и прижимает ее к груди. Закатываю глаза и тоже сажусь, повернувшись лицом к ним обеим, а они выжидающе смотрят на меня, как ребенок на конфеты в магазине.

— Выкладывай подробности, — настаивает Малия.

— Возможно, мы занимались немного другими вещами.

— В том, что ты только что сказала, нет ни единой детали, — категорично заявляет Малия.

Из коридора доносится кашель, и волосы на моей руке встают дыбом.

— Может, нам стоит устроить девичник и поговорить там, — шепчу я.

Они обе кивают в знак согласия, после чего Малия медленно встает и на цыпочках подходит к моей двери, распахивая ее. Зейл, прижатый к двери, вваливается внутрь, ударяясь щекой о деревянный пол.

— Черт, — простонал он, схватившись за голову обеими руками и раскачиваясь из стороны в сторону в агонии.

Наблюдая за тем, как он мучается от похмелья, вспоминаю свое собственное похмелье на Гавайях. Я была уверена, что умру, и с того дня зареклась не пить текилу. Бедный парень.

— Можно подумать, кто-то с таким похмельем, как у тебя, не будет заниматься всякой ерундой, — укоряет его Малия, возвращаясь на свое место на моей кровати.

— Отвали, Мэл, — простонал он, — я пришел показать вам, ребята, вот это.

Он размахивает в воздухе свернутой газетой, и я наклоняюсь, беру ее у него и открываю. Это копия сегодняшней местной газеты, «Костал Таймс». На первой странице — фотография Колтона с кровоточащим лбом, которого Кайри отводит от Гриффина.

Заголовок гласит: «Прибрежный конфликт: Бывшие члены команды Гриффин Джонс и Колтон Харрисон ссорятся на тайном пляже у костра».

Я читаю статью, отвлекаясь на разговоры других, и к концу чувствую отвращение.

Журналист, написавший статью, больше сосредоточился на том, чтобы выставить Гриффина в плохом свете, утверждая, что он напал на Колтона и избил его до крови и потери сознания, а все потому, что тот ушел из команды.

В статье также намекалось, что между ними встала девушка, но ни разу не упоминалось ее имя.

Я перелистываю газету и просматриваю ее, пока не нахожу то, что ищу. Журналистку, написавшую статью, зовут Меган Мартинес.

— Я знала, что у нее плохие намерения, с того момента, как Гриффин представил ее нам.

Малия ткнула пальцем в имя Меган.

— Она всегда задавала столько вопросов и очень ревновала, когда он хотел провести время с нами, а не с ней, — грустно добавляет Кайри.

— Зато у нее была очень красивая задница.

Мы все трое поворачиваем головы в сторону Зейла, который все еще лежит на полу, положив голову на руки. Он медленно поднимает голову и оглядывается по сторонам, его глаза расширяются от страха.

— Но это было единственное, что в ней было хорошего, — добавляет он. — Твоя задница куда лучше, Эли…

— Можешь прекратить болтать, — вклинивается Малия.

— Прекращаю прямо сейчас, — он переворачивается на живот и медленно встает, держась за голову, — я собираюсь вернуться в постель.

— Сейчас девять утра, — говорю я.

— Увидимся завтра.

Он машет мне через плечо, выходя из моей комнаты и направляясь по коридору в свою.

Снова опускаю взгляд на статью. Это просто ужасно, и не понравится болельщикам и спонсорам команд. Мне нужно уничтожить эту историю, пока она не стала еще больше.

— Тренер снесет крышу с этого дома, когда вернется и увидит это, — пробормотала Кайри в подушку, которую обнимала.

— Зная его связи, он, вероятно, уже увидел это, — бормочет Мэл.

Я встаю и бросаюсь к своему столу, где заряжается фотоаппарат, и у меня возникает идея, когда я сбегаю по лестнице и вырываюсь через заднюю дверь.

Замечаю Гриффина и Колтона, все еще сидящих бок о бок, их смех разносится ветром.

— Эй, не возражаете, если я вас сфотографирую? — спрашиваю я, подбегая к ним.

Они оба смотрят на меня через плечо, потом друг на друга и кивают.

— Давай, — говорит Колтон.

— Отлично, — поднимаю камеру и нацеливаясь на них. — Позируйте и улыбайтесь, пожалуйста.