Сладострастие. Книга 2 - Ева Муньос Страница 41

Телохранители открывают дверь, и Братт встает, а Мари стоит позади него.

— Брат! — приветствует он меня радостно.

Как рад видеть тебя таким здоровым!

Я позволяю ему обнять меня, но не отвечаю на объятие, потому что видеть его не доставляет мне такого удовольствия, как раньше.

— Мой малыш, — подходит Мари, — ты не знаешь, как я рада видеть тебя здоровым.

Я слегка касаюсь ее спины, прежде чем отойти.

— Давайте насладимся солнцем на балконе, — предлагает Братт. — Принесли кувшин лимонада.

— Идите вы, — предлагает Мари, — мне нужно сначала сделать пару звонков.

Я сажусь на террасу, солнце становится сильнее, и Братт похлопывает меня по плечу, прежде чем сесть напротив меня.

— У меня спина просто разболелась, — жалуется он. — Двенадцать часов в пути — это пытка, даже если летишь на комфортабельном самолете Morgan.

— Но это того стоит, чтобы быть подальше от Гауны.

— Да. — Он смеется, наполняя стаканы. Он предлагает мне стакан, достает серебристую бутылку и выливает ее содержимое в свой напиток. — Я бы тебе налил, но твои врачи четко сказали, что тебе нельзя алкоголь.

— Ты теперь пьешь днем? — спрашиваю я.

Он же должен быть самым здоровым из всех четверых. По крайней мере, так он начал проповедовать, когда завел постоянную девушку.

— Последствия разбитого сердца.

Я поднимаю бровь, присматриваясь к его внешнему виду. Теперь, когда я вижу его получше, он действительно выглядит так, с излишними волосами, темными кругами под глазами и бородой.

— Проблемы с Рэйчел?

Он достает обручальное кольцо, которое я ему подарил, и я стараюсь сдержать улыбку.

— Она разорвала нашу помолвку. Сказала мне в лицо, что больше не любит меня.

Эти неловкие моменты, когда ты хочешь почувствовать себя плохо и постараться, чтобы плохие новости других стали плохими и для тебя... Но нет, ты настолько счастлив несчастьем других, что должен отвести взгляд, чтобы они не заметили, как тебе нравится ситуация.

— Мне очень жаль, — лгу я. — Я познакомлю тебя с парой подруг, когда вернусь в Лондон.

— Мне не нужны другие девушки, я люблю свою девушку. Единственное, что для меня важно, — это вернуть ее.

— Не обращай внимания на тех, кто не обращает внимания на тебя.

— Она не кто-нибудь, я слишком люблю ее, чтобы отпустить. Последние недели были ужасными, я не могу сосредоточиться, я проводил время, напиваясь и писал ей длинные сообщения, которые она даже не удосужилась прочитать.

— Забудь ее, если она любит тебя, она вернется когда-нибудь. — Очевидно, что это не так.

— У меня нет столько терпения, и я настолько плохо себя чувствую, что даже подумал, что...

— Что?

— Что у нее кто-то другой, это единственное логичное объяснение, которое я нашел. — Он потирает лицо. — Я в отчаянии и боюсь, что все закончится плохо, потому что клянусь тебе, если она мне изменила, ее любовник не останется в живых.

— Ага.

Он встает и подходит к перилам балкона. Смотрит на небо, глубоко вдыхая воздух и приглаживая волосы руками.

— Я знаю, что это всего лишь догадки, она не способна меня обмануть. У нее нет на это головы, когда у нее есть все.

— Если это женщина, которую ты любишь, борись за нее. — Пришла Мари.

Она гладит его по спине, поворачивая к себе.

— Мы, женщины, часто принимаем неправильные решения, когда чувствуем давление, — говорит она, — но я гарантирую тебе, что преодолеть кризис стоит, потому что когда вы вернетесь, вы будете лучшей версией той пары, которой были раньше.

— Она отказывается видеться со мной, — его голос дрожит. — Я ищу ее, но всегда получаю отказ.

— Братт, ты самый милый парень, которого я знаю, никто не может устоять перед твоей прекрасной любовью, — отвечает Мари. — Собери все свои силы и спаси свои отношения... Это будет трудно, но не невозможно.

— Спасибо, няня. — Он обнимает ее.

— Твоя мама ищет тебя на улице. — Она целует его в щеку. — Иди посмотри, что она хочет.

— Я скоро вернусь. — Он уходит.

Он оставляет нас наедине, и Мари встает передо мной с типичным вопросительным выражением лица. Я вынимаю из кармана темные очки и беру газету, лежащую на столе, чтобы она наконец поняла, что мне плевать на то, что она скажет.

— Как раз когда я думаю, что ты не можешь быть еще большим ублюдком, ты приходишь и разрушаешь все мои ожидания.

— Я думал, ты уже привыкла к моим разочарованиям. — Я наклоняю стакан с лимонадом.

— Твоя высокомерность на меня не действует! Та девушка разорвала помолвку из-за тебя, потому что я готова поспорить, что это ты все начал.

— Да, я начал, — отвечаю я, — и, честно говоря, очень плохо.

— Почему?

— Я возбудился, когда увидел ее, и... не думал, что зайду так далеко, но это случилось, так что лучше пережить это и жить дальше. — Я пожимаю плечами.

— Ах, нет. А чего ты ожидал? Не все такие бесчувственные, как ты, — бросает она.

Она влюбилась в тебя, поэтому бросила Братта. Ты мой сын, и я люблю тебя больше всех на свете, но я реалистка и знаю, что она для тебя ничто, ты никогда не сможешь дать ей то, что может дать Братт. Ты ходишь и разбиваешь сердца, спишь со всеми, кто попадается на пути. Или ты хочешь сказать, что влюблен в нее? Что изменишься и постараешься стать лучшим человеком ради нее?

Я долго не отвечаю, я не из тех, кто сразу соглашается, но я четко даю понять, что не вижу себя в отношениях с девушкой своего лучшего друга.

— Ты сделаешь это?

— Я развиваюсь в худшую сторону, так что догадайся сам.

— Тогда исправь это. Братт для тебя как брат, и если бы не он, тебя бы здесь не было. Поговори с Рэйчел и убеди ее.

— Я не буду лезть в их любовные интриги, — отвечаю я.

— Не будь циником! — рычит она в ярости. — У них не было бы интриг, если бы ты не подтолкнул ее к постели!

— Я никогда не приставлял к ее голове пистолет.

— Уладь это, не лишай Братта возможности иметь семью, раз ты ее не хочешь, а он хочет ее всем сердцем. Впервые в жизни перестань думать только о себе и пообещай мне, что постараешься все уладить.

Я поднимаю руку, чтобы она замолчала.

— Я ничего не обещаю, она его больше не любит и уже доказала это.

— Поговори с ней.

— Я попробую, но не надейтесь. Ты не знаешь, насколько упрямой может быть Рэйчел