Рулетка для двоих. Часть 1: Онлайн - Павел Сугарин Страница 36

— Ну и зачем ты здесь тогда тусуешься? Почитай книжку, например.

Надеюсь, я сейчас не звучу как престарелый старпер? Посмотрел на свое изображение в нижней части экрана. Вроде, не такой уж и старый?

— Я не люблю книжки, они скучные! — ответил он капризным тоном.

Дети…

— Посмотри телевизор?

— Там ничего интересного!

— В игрушки поиграй?

— У меня планшет заблокирован, я недельный лимит времени уже потратил.

Какой-то бестолковый диалог у нас получается. Серьезно, что еще можно предложить ребенку? Я с детьми не очень-то привык общаться.

Задумавшись, почесал бровь. Может, проще от обратного?

— А как тебя зовут?

Мальчик нахмурился, сурово посмотрев в камеру.

— Мама мне не разрешает знакомиться с незнакомыми людьми.

Полный финиш! Все для безопасности дитятки. А вот забрать его с собой никак тогда? Иди посмотреть, где сын залипает в телефоне? Нет, основное рассказали: на улицу не ходить, с посторонними не говорить, спичками не баловаться, пальцы в розетку не совать. И все, совесть спокойна. Знакомиться с кем попало нельзя, а смотреть на извращенцев — пожалуйста! Справедливости ради, мамашка, скорее всего не в курсе, где чадо проводит досуг. Только чья это вина? Мысленно, я был на стороне ребенка. Он еще не вырос, ему дано право на ошибку. Ответственность должны нести взрослые. Которых дома не было, кстати.

— Ладно, можешь не отвечать, — сказал я примирительно. — Твоя мама права, не стоит общаться с незнакомыми людьми. Меня зовут Егор! Вот, теперь я чуть-чуть не такой незнакомый?

— Получается, так, — улыбнулся он.

— Слушай, а давай музыку послушаем?

Мальчик махнул рукой.

— Надоела, одна и та же все время.

Я покосился на свои музыкальные инструменты. А что? Это могло сработать!

— Хорошо, тогда предлагаю игру!

— Какую?

На его лице так быстро вспыхнуло радостное удивление, что у меня сердце сжало тисками. Насколько же одиноким надо себя чувствовать, чтобы вот так сразу хвататься за любое предложение от первого встречного.

— О, это очень сложная игра! Даже не каждый взрослый сможет в нее сыграть.

Я выдержал интригующую паузу. Пацан, ожидаемо, заглотил крючок.

— Я смогу! А что за игра?

— Ты какую музыку любишь?

Он задумался:

— Ну, разную. “Slipknot”, “Limp Bizkit”, “Slayer”… “System of Down” еще… "Металлику" можно! Ну и потяжелее что-нибудь.

Охренеть! Общаемся минут десять, а я опять в шоке. Потяжелее?! А вот это вот было «полегче»? Я проглотил нецензурное ругательство: достойная детская подборка. Нет, умом-то понимал, что «Облака — белогривые лошадки» мальчик, скорее всего перерос… Но настолько?!

Спокойно, Егор. Имеем то, что имеем.

— Интересная у тебя подборка! — Я поднял вверх большой палец. — Тогда нам будет проще. У тебя уже есть, считай, огромное преимущество.

Лохматое чудо в экране довольно заулыбалось.

— Смотри, правила простые. Я играю мелодию, а ты угадываешь. Угадал группу — тебе очко. Угадал песню — два очка. Не угадал — два очка мне. Погнали?

— Только что-нибудь, что я знаю. А то если редкое — то не считается!

— Уговор! Только хиты. Итак, первая мелодия…

Я развернул ноутбук в сторону своего музыкального уголка, подошел к банкетке и включил электрогитару. Да, давненько я не брал ее в руки. Медиатор привычно лег между большим и указательным пальцем. Так, словно и не было никакого перерыва. Как если бы я только вчера поставил ее в стойку, сделав небольшую паузу. Провел по струнам, пробуя звучание, — комбик противно загудел. Пришлось уменьшить овердрайв. Заодно подтянул колки, выравнивая строй. Попробовал еще раз — вроде порядок.

По ту сторону экрана за мной жадно следили два горящих глаза. Ребенок даже рот приоткрыл от нетерпения. Что же с ним будет, когда я заиграю?

Сейчас и узнаем.

— Отгадывай! — крикнул я и запилил первый рифф. Торопливое бренчание на верхних струнах с чередующейся модуляцией постепенно набирало мощь, прибавляло энергии, обрушившись жестким запилом в басах. И потом отрывистые удары в куплете, которые сменила мелодика припева. И снова по кругу.

— “Chop Suey”! — завопил мальчишка радостно, неуклюже пританцовывая в такт. — “System of Down”!

— Десять очков Слизерину! — откликнулся я, доигрывая рифф. — То есть, два — ноль. Вторая мелодия!

Ох, не налажать бы. Долгое тягучее вступление на дребезжащих и подвывающих струнах, гудение и скрежет. И быстрый скачущий риф.

— “Slayer”! “Кровавый дождь!”

— Четыре — ноль! Еще хочешь?

— Конечно!

Каким же восторгом горели его глаза! Я чувствовал, как внутри, где-то в груди, разливается тепло. Видеть его радость было так приятно. Словно подставить лицо солнечному свету, неожиданно пробившемуся через мрачные осенние тучи.

Грустное вступление перебором в миноре и переход на тяжелый, продолжительный драйв. Быстрая смена аккордов и проигрышей и снова минорная мелодика.

— И это “System of Down”! — завопил мальчишка во весь голос. Даже громкость на ноутбуке пришлось убавить.

— А песня? — Мне тоже пришлось кричать, чтобы перекрыть звук усилителя.

— Блин! Я же знаю! Это… как там его! Черт! Черт! Что-то про город!

Он был такой забавный! Подпрыгивал на месте, хватаясь руками за голову. Щелкал пальцами, силясь вспомнить название песни.

— “When I became the sun I shone life into the man's hearts” — скорее проорал, чем пропел я последние строки. — Сдаешься?

— Да я же ее знаю, че-е-ерт! — В отчаянии он хлопнул себя рукой по лбу. — Точно! “Toxicity”!

Ого, как у них мозг работает, однако. Надо только хлопнуть по нему, и все сразу на место встает? Запомним, полезный прием. На работе пригодится.

— Шесть — ноль в пользу знатоков, — подвел я счет. — Играем дальше?

— Да!

И понеслось. Я играл все рифы, которые только мог вспомнить. Непослушные поначалу пальцы сейчас живее забегали по струнам. Медиатор начал порхать легко, словно живой. Все меньше нот попадало мимо. Все больше себя вкладывалось в аккорды. Я уже не напрягался так сильно, просто получал кайф от музыки. От драйва. А мальчишка требовал еще и еще, угадывая песню за песней.

— Вася, я дома! — раздался из Рулетки отдаленный женский голос.

— Спасибо тебе, дядя Егор! Это было офигенно круто!

Пацан тут же сбросился, видимо, не желая запалиться перед родительницей. А я так и остался наедине с гитарой, тихонько перебирая струны, пришибленный его «дядей Егором». Вот и дожил, когда меня «дядей» называют. Здравствуй старость, ты пришла.

Устало провел по волосам вспотевшими ладонями. Посмотрел на красные с непривычки подушечки пальцев