Развод в 45. Найду моложе! (СИ) - Ксения Хиж Страница 35

Сжимаю пальцы в кулаки, чмокаю нервно дочь в висок и делаю шаг в сторону.

— На минутку тебя?! — говорю ему, кивая.

У самой сердце в груди разрывается — за моей спиной беда, я нужна там, ЕМУ на помощь и поддержку. Там мой мужчина! Там наши птицы, а я должна тратить время на этого павлина из прошлого!

Он в прошлом! ВСЁ! Теперь уж точно и бесповоротно!

Направо и налево посмотреть боюсь — если наткнусь взглядом на его пассию — за себя не ручаюсь.

— Ты почему прикатил и не предупредил?! — спрашиваю, скрещивая руки на груди. То ли от нервов, то ли в защитном жесте. Но мне противно. Мне претит быть сейчас здесь, с ним, а не с Георгием!

Смотрю на него другим взглядом. Как на незнакомца. Отмечаю конечно знакомые и любимые когда-то черты, но весь его образ и вид словно за поволокой тумана.

Он стал мне чужд.

Да и слава богу!

— Ой! — морщится как от лимона. — Началось! Слушай, где твои манеры? Вот стоило вернуться в этот колхоз, как ты стала прежней — такой, какой я тебя и подобрал! Хамоватой и деревенской!

— Не смей! — шиплю гневно, заикаюсь. Меня всю трясет! — Не смей меня оскорблять!

— А вот и посмею, — шипит в ответ. И вдруг резко хватает меня за локоть и тащит в сторону.

Перебегаю маленькими шажками за ним следом. Едва поспеваю!

— Да отпусти ты!

— Тише будь, Таисия! Люди смотрят! Ну и дурдом тут у вас!

— Ты что рехнулся! — вырываюсь и бью его по руке. — Не трогай меня! Не смей!

— Тебя что заело? — приближается, принюхиваясь. — Ты что пила? С кем? Ты что пить начала?

— А тебе какая, собственно говоря, разница?! Я взрослая женщина! Что хочу, то и делаю!

— Есть разница! Есть! — шипит. — Я привез договор на имущество. Тебе дом, так и быть. Все остальное дочке останется. И три миллиона отступных. Дотянуть до пенсии хватит.

— Какая пенсия! — бью его по рукам. — Я еще ого-го, знаешь ли!

— Ха!

— Да на меня тут спрос! Я не старая!

— Думай так! — издевательски хмыкает. — Таисия, что за цирк устраиваешь?! Идем в дом! Нам надо многое обсудить! Дочь с дороги устала! Пойдем, старушка!

— Да на меня такие мужчины смотрят!

— Я слышал. Ага! — усмехается снова. — И где он? Кто этот обрюзгший колхозник?

Что? Обрюзгший?! Да он по сравнению с тобой аполлон, а вот как раз ты…

Злата подходит к нам и поджав губы, качает головой.

— Хватит, а? Орете как полоумные! Не позорьте меня и успокойтесь сами! — поправляет нервно на плече рюкзак. — Ма, я реально очень устала, хочу в душ и спать. А завтра уже все тут покажешь! И поболтаете! Или поспорите дальше.

— Прости! — провожу руками по лицу. По волосам. Облизываю пересохшие губы. — Конечно, конечно, идем! Только я до фермы дойду, мне надо удостовериться, что все хорошо.

— Сдалась тебе эта ферма! — рявкает муженек. И меня передергивает от его голоса.

Я наконец озираюсь по сторонам.

Первое что пытаюсь выцепить взглядом — ее. Разлучницу. Бесстыжую морду.

Выдыхаю гневно. Ловлю глазами черный дым над зданием офиса. И растерянно моргаю.

А может, и не винить ее. Судьба такая? Или как это все назвать?

Но присутствие Георгия в моей жизни именно сейчас кажется не случайным стечением обстоятельств, а вселенской закономерностью, подарком судьбы. Но опять же…

Влюбленные девочки, девушки, женщины — такие наивные. Всегда верят в сказки. А начинается все всегда красиво.

И тем не менее! Его девки нет. По крайней мере я её не вижу. Надо же, где-то бросил несчастную…

Зато пара соседок стоит поодаль и косится на нас.

Киваю им, они здороваются в ответ.

Снова выдыхаю.

Пожар на ферме почти ликвидирован. Пожарные заливают водой и пеной крышу и двор. И я вдруг вижу, как ко мне идет Георгий.

Его футболка черна от сажи и копоти, правый рукав порван, весь мокрый. И одежда липнет к его рельефному и спортивному телу.

Высокий. Мощный. Молодой! Красивый!

Мой!

Улыбаюсь облегченно. Машу ему рукой, чувствуя, как мою спину прожигают глаза муженька. Злата тоже за спиной охает, видимо, узнавая.

— Жора! — кричу, подпрыгивая на месте.

Он выдает усталую улыбку, ускоряет шаг.

И лицо его вновь сосредоточенное и хмурое, потому что взгляд его застревает на моем бывшем.

Глава 19

— Георгий! — не выдерживаю и поддаваясь эмоциям, бегу к нему навстречу и практически падаю в его объятия.

Он сжимает меня в своих руках и целует в висок. Проводит ладонью по волосам с такой нежностью, что мое сердце совершает кульбит. Он взбудоражен и как будто бы дезориентирован. Пожар стал огромным потрясением для всех нас, а что уж говорить про него.

— Георгий, как ты? — спрашиваю взволнованно.

Беру его за руку.

— Все обошлось. — Кивает. — Животные и птицы не пострадали, что не скажешь о документах и бухгалтерии. Офис не восстановить.

Ахаю, прикрывая ладонью рот. А он оборачивается.

— Твоя дочка приехала? — спрашивает, бросая при этом взгляд в сторону мужа.

— Да, — встрепенувшись, приглаживаю волосы и оборачиваюсь. — Знакомься, это Злата, моя доченька. Злата, иди к нам? — подзываю ее ближе.

Она надувает пузырь из жевательной резинки и, сделав несколько шагов, оказывается перед нами.

— Привет! — произносит звонко. — Давно не виделись!

— Давненько. Да, — он улыбается. — Рад снова тебя видеть.

— Удивлена что вы знакомы! — она хмыкает, смотря на наши сплетенные пальцы.

Мы все еще держим друг друга за руки.

— Ма, тебя можно поздравить? — спрашивает удивленно. Звучит издевательски с одной стороны, а с другой… Что это я сразу все в штыки. Быть может, она говорит искренне.

— С чем? — смеюсь натянуто. — Мы с Георгием…

Просто друзья — хочу добавить, но не успеваю, потому что он перебивает, выдавая в лоб:

— Пара. Мы с твоей мамой — пара.

Глаза Златы округляются. Она шмыгает носом, поправляя джинсовку — и это нервное.

— Ох, даже так? — усмехается. Смотрит в его глаза, переводит удивленный взгляд на меня. — И когда это вы успели?

— Ну, видимо, дурное дело нехитрое! — встревает муженек, в два шага оказываясь возле нас.

Вонзает свой взгляд в Жору, но тот и не думает пасовать. С легкой ухмылкой смотрит на него в ответ и лишь сильнее сжимает мою руку.

— Я бы не называл любовь — дурным делом, — парирует и снова прижимает меня к себе, даря сухой поцелуй моей щеке.

Краснею. Прокашливаюсь — в горле першит.

С мужем его специально