Высокомерный наследник - Мишель Хёрд Страница 31

— «Гиперопека» — это мягко сказано. Мне трудно оставить Милу одну даже для того, чтобы она приняла душ.

Уголок рта отца ползет вверх.

— Я чувствовал вину и винил себя в том, что случилось с твоей матерью. Думаю, я пытался загладить это, показывая ей, что больше никогда не оставлю ее одну.

Осознание того, что отец прошел через то же самое, приносит мне облегчение.

— И что мне делать?

Отец смотрит мне прямо в глаза, и в них столько любви.

— Ты можешь только быть рядом. Помоги ей вернуться к нормальной жизни. — Он снова обнимает меня. — А что касается тебя — я здесь, если захочешь поговорить. Не проходи через это в одиночку.

Когда мы отстраняемся, я признаюсь: — Я часто подкалывал Милу. Это был наш способ общения. Но после нападения… я боюсь сказать что-то не то.

Отец понимающе улыбается.

— Судя по тому, что я слышал, Мила никого не подпускает близко, кроме тебя.

— Да, но она начинает открываться остальным. Сегодня вот дала показания полиции. Я боюсь, что она начнет отдаляться от меня.

— Джейс, ей комфортно с тобой. Это сейчас самое важное. Просто будь собой. Мила дала понять, что это именно то, чего она хочет, обратившись к тебе в самую трудную минуту.

Я киваю, обдумывая его слова. Когда Мила очнулась, она звала меня. Она ни разу не оттолкнула меня и не просила уйти. И это заставляет меня задуматься.

А что если?..

Я снова смотрю на отца:

— А как обстояли дела на «романтическом фронте», пока мама восстанавливалась?

Отец широко улыбается:

— Дела всегда были в порядке. Мы не позволили случившемуся вбить клин между нами. Напротив, это нас сблизило.

— Ну да, но… — я корчу неловкую мину. — Мы как бы не встречались до нападения.

Бровь отца взлетает вверх.

— Черт, а я-то думал, вы уже пара.

— Ну, нет. Я собирался поговорить с ней, но потом случилось это, — констатирую я.

— Боюсь, тебе придется набраться смелости и сказать ей, что ты чувствуешь.

Не совсем тот совет, который я хотел услышать.

— С моим везением она пошлет меня к черту. Я и так ее расстроил, когда мы поссорились. Не хочу делать это снова. Тем более сейчас.

Отец встает и посмеивается.

— А может, она тебя удивит. Что самое худшее может случиться?

— Наша дружба умрет внезапной и ужасной смертью, — кривлюсь я.

Отец качает главой.

— Никогда. Скажи ей о своих чувствах, а если она не ответит взаимностью — ну и что? Ты заботишься о ней. В этом нет ничего плохого.

Не желая вдаваться в детали всего, что было между нами, я соглашаюсь: — Да, ты прав.

ГЛАВА 18

МИЛА

Выслушав историю миссис Рейес, я смотрю на нее широко открытыми глазами.

— Вы… — я пытаюсь подобрать правильные слова, — вы такая храбрая.

Боже мой. Мне есть за что быть благодарной. По крайней мере, меня не преследовал серийный убийца и не накачивал наркотиками до такой степени, чтобы близкие думали, будто я схожу с ума.

Миссис Рейес наклоняется и кладет руку на мою ладонь.

— Ты тоже храбрая, Мила. Но только тебе решать, позволить ли поступку больного человека определять то, кто ты есть. Ты не несешь ответственности за то, что произошло. Это целиком и полностью вина твоего обидчика. Ты — Мила Уэст, прекрасная девушка с блестящим будущим.

Черт возьми. Ее слова звучат так правильно. Я зациклилась на мысли, что моя жизнь разрушена. Что я разрушена.

Но это неправда. Разрушена жизнь Джастина. Это у него нет будущего, и я не позволю ему забрать еще и мое.

Всё еще волнуясь, я спрашиваю: — А вам снились кошмары?

Миссис Рейес кивает: — Первые две недели были самыми тяжелыми, но благодаря поддержке мужа и семьи я справилась.

Я кусаю нижнюю губу и признаюсь: — В понедельник я возвращаюсь на занятия. Все в кампусе знают, что случилось.

Выражение лица миссис Рейес становится суровым.

— И это никого из них не касается. Если кто-то подойдет к тебе, дай четко понять, что твоя жизнь не открыта для обсуждений. — Улыбнувшись мне ободряюще, она добавляет: — И честно говоря, даже если они будут шептаться за твоей спиной, не принимай это близко к сердцу. Неважно, что думают остальные, Мила. Я постоянно напоминала себе, что имеет значение только мнение моих близких. Окружи себя друзьями. Они позаботятся о тебе. И у тебя есть мы. Мы не позволим никому усложнять тебе жизнь.

Я киваю, прислушиваясь к ее советам. Я знаю, что будет непросто, но осознание того, что за моей спиной стоит семья Рейес, очень помогает. Никто не посмеет пойти против них.

В этот момент в комнату входят Джейс и мистер Рейес. Джейс идет обнять мать, и, желая оставить их наедине, я отхожу в сторону, разглядывая растения.

— Мила, — говорит мистер Рейес, подходя ко мне. — Я поговорил с деканом. Если кто-то доставит тебе неприятности, сообщи им, и с ними разберутся незамедлительно. Или скажи Джейсу, он всё уладит.

Улыбнувшись ему, я отвечаю: — Уверена, всё будет хорошо, но спасибо вам за заботу.

— Ты готова? — спрашивает Джейс, подходя ближе.

Я киваю и уже собираюсь поблагодарить миссис Рейес, когда она обнимает меня и шепчет на ухо: — Звони мне в любое время, когда захочешь поговорить.

— Обязательно. Спасибо вам огромное за всё.

Чувствуя себя гораздо уютнее рядом с ней после того, как узнала ее историю, я на мгновение крепче прижимаюсь к ней, прежде чем отстраниться.

Мы прощаемся с родителями Джейса. Я выжидаю, пока мы окажемся в машине, прежде чем посмотреть на него: — Неудивительно, что ты так чертовски хорошо со мной обращаешься. Боже, я и понятия не имела, что твоя мама прошла через такое.

Джейс не заводит мотор. Он откидывается на сиденье, качая головой:

— Я и сам не знал до сегодняшнего вечера.

— Что?! — это слово буквально вырывается из меня, я импульсивно хватаю его за руку.

Он смотрит на меня с недоверием:

— Отец рассказал мне только что, пока мама говорила с тобой.

— Черт, прости, Джейс.

Если бы я знала, я бы не стала так бестактно упоминать об этом.

Он качает головой и улыбается мне:

— Главное, что с мамой всё