Ненавистники любви - Кэтрин Сентер Страница 29

— Цветочные — всё, что у меня есть! — крикнула я в ответ.

Но это было не совсем правдой. Рю недавно подарила мне слитный чёрный купальник, заказанный специально.

— Восхитительно, — объявила она, когда я его надела. Потом кивнула одобрительно: — Он подчёркивает всё, что надо. Хотя и выглядит, как купальник для похорон.

— Существуют купальники для похорон?

Я прищурилась в зеркало, пока мы с ней рассматривали картину, но про себя согласилась: какие бы законы геометрии или оптические иллюзии ни действовали в этом случае… мне нравилось.

Это был грандиозный жизненный рубеж — увидеть себя в купальнике в зеркале и не поморщиться. Но отрицать было бессмысленно: купальник шёл мне.

Да, но он был вызывающим.

Это был халтер с драпировкой, где верх соединялся с телом купальника как две занавески, ниспадающие с плеч. И скажем так: всё, что у меня было в области груди, уютно устроилось между этими занавесками. И ткань каким-то образом одновременно выглядела абсолютно прилично… и возмутительно вызывающе. Знаете такие рекламные развороты в Vogue, где наряды полностью легальные и классные, но в то же время почему-то жутко соблазнительные?

Вот так.

Этот обычный чёрный слитный купальник от пожилой тётушки Хатча каким-то чудом оказался, по сути, настоящим масляным пятном греха. Хуже, чем цветочные. Хотя бы там цветы могли служить камуфляжем.

Когда я вернулась к машине Хатча, на мне были чёрные джинсы и футболка поверх купальника.

— Думаю, мне лучше переодеться в цветочный, — сказала я, садясь в машину.

— Никаких цветочков, — сказал он в духе мы это уже обсуждали.

— Я не уверена, что этот подходит.

— Бикини или слитный? — спросил он.

— Слитный.

— Какого цвета?

— Чёрный.

— Всё, — сказал он. — Подходит идеально.

— Но…

— Мы и так опаздываем. Поехали.

Так я и оказалась на военной тренировке в купальнике, настолько вызывающем, что за него с пляжа нудистов могли бы выгнать.

Честно говоря, это вина Хатча — слишком уж он был напорист, не зная всех подробностей.

Но ничего. Сейчас он всё увидит.

Мы так усердно занимались плаванием, что я, безусловно, продвинулась далеко вперёд. Я могла задерживать дыхание под водой, пускать пузырьки, складывать ладони в форме плавников и делать ножницами. Могла оттолкнуться от бортика и проплыть кролем от одного края до другого. Могла нырнуть и поднять игрушку со дна.

Но это не значило, что я хорошо плавала.

Я была неплоха — для абсолютной новичка. А я всё ещё была абсолютной новичкой.

А теперь мне предстояло выжить в симуляции крушения вертолёта.

Голова кружилась. Я всё время забывала дышать.

Я как-то читала, что мозг может по-настоящему сосредоточиться только на чём-то одном. И если выбирать между (1) тем, чтобы на тебя уставились и осудили, и (2) тем, чтобы утонуть вверх ногами в городском бассейне, мой мозг имел здравый смысл признать, что умереть — немного хуже.

Так что прогресс налицо.

Но стоило мне снять джинсы и футболку для тренировки, как Хатч подскочил и сказал:

— Эй-эй! Что на тебе надето?

Я растерялась и от самого вопроса, и от того, что Хатч буквально обнял меня, словно пытаясь прикрыть. То есть… насколько ужасно ты должен выглядеть, чтобы мужчина в панике бежал через весь бассейн, чтобы тебя накрыть? Вот моя первая мысль.

— То, что ты сам велел мне надеть, — ответила я, чувствуя укол унижения.

Но он уже заворачивал меня в пляжное полотенце.

— Это тот самый чёрный слитный?

Я кивнула, глядя вниз на купальник.

— Рю его мне купила.

— Конечно, она.

— Это ещё что значит?

— Он просто…

Я не знала, чего ожидала от него услышать. Не догадывалась, что именно его так смутило. Но я точно не могла предположить, что претензия, или кого бы то ни было, будет в том, что я выгляжу слишком хорошо.

Быть слишком привлекательной — не то чтобы было моей проблемой.

Но тут Хатч договорил:

— Слишком сексуально.

— Что?

— Этот купальник, — повторил он, с серьёзным видом. — Он чересчур сексуальный.

Меня никогда в жизни не ругали за то, что я выгляжу слишком сексуально.

Я в изумлении подняла глаза, чтобы убедиться, он правда это сказал?

Ага. Морщинки на переносице, тёмные глаза, полные тревоги, серьёзное лицо.

Если это была шутка, он худший шутник в мире.

— Ты сам велел мне его надеть! — воскликнула я. — Заставил переодеться!

— Ты же сказала, что это слитный купальник.

— Он и есть слитный.

— Слитный, который попал под газонокосилку, может быть.

— Послушай…

— Надень другой.

— У меня нет другого.

— Ты только его взяла с собой?

— Я вообще собиралась быть в джинсах, помнишь?

Но Хатч уже переключился в режим действий. Он, по-видимому, решил решить все наши проблемы разом — выдернул у меня полотенце с ловкостью фокусника, подхватил меня на руки и понёс к бассейну, а потом просто швырнул в воду.

Вот этого я не ожидала.

Хатч прыгнул следом, и вместе с Карлосом они взялись за противоположные края алюминиевой конструкции тренажёра и начали опускать её в воду вместе с сиденьем. Потом Хатч подозвал меня.

Я посмотрела на устройство и замешкалась, но Хатч подплыл, взял меня за руку и потянул к тренажёру. И я позволила. Если я хотела сохранить эту работу, мне нужно было сделать видео. А чтобы сделать видео, мне нужно было подняться в вертолёт. А чтобы подняться в вертолёт, нужно было сдать тест SWET.

Так что вариантов у меня особо не оставалось.

Что, на самом деле, даже немного облегчало.

Резкая раздражительность Хатча тоже странным образом помогала — давала на что-то отвлечься.

Он отпустил мою руку, и я дотронулась до металлической рамы, почти как будто хотела убедиться, что она настоящая. Хатч показал жестом — ныряй под низ, поднимайся посередине. Я так и сделала, забралась в наполовину погружённое в воду сиденье и пристегнулась. Хатч держал тренажёр спереди, так что я оказалась лицом к нему, а Карлос — сзади.

— Смотри, как всё работает, — начал Хатч. — Нужно пройти это три раза, чтобы сдать.

Я кивнула.

— Можно оттолкнуться от рамы, чтобы выбраться, так что тут дело не в умении плавать, а в умении сориентироваться, когда окажешься вверх ногами. Ты уже бывала вверх ногами?

Я взглянула на него с лёгким упрёком.

Он пожал плечами.

— Вот с этого взгляда и начинай. Скажи себе: я уже была вверх ногами. Следующий шаг — расстегнуть ремни. Это не ремень безопасности, как в машине. Это пятиточечная система.

Я кивнула. Пять точек казались многовато.

И вот в течение нескольких секунд моё сердце начало колотиться в груди.

— Всё просто, —