Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас Страница 26

Я уже говорил это Айрону с Трейсом, и они знают меня достаточно хорошо, чтобы понимать: я редко паникую.

Думаю, на этот раз вечеринка будет в Сент-Кармене.

Я сглатываю.

— Ага-а-а, — выдыхает в трубку Трейс. — У меня от этого дерьма тоже мурашки.

Я чуть сбрасываю газ. Нам нужно разворачиваться.

— Да твою мать! — орет Арми.

Я бью по тормозам, но мы же не можем просто так взять и встать посреди дороги! Мейн-стрит — старейшая часть города, улицы узкие, а эти фургоны размером с танк.

— Что стряслось? — рычит Мейкон.

— Срань господня, — отрезает Арми. — Стоять! Не двигайтесь с места!

— Какого хрена? — бормочет Трейс, и я вижу, как он резко берет вправо, повторяя маневр Арми, который разворачивается на кольце впереди и паркуется по другую сторону темной улицы, вплотную к густому лесу.

— К обочине! — командует Арми. — Глушите моторы! Быстро!

— Арми? — рявкает Айрон. — В чем дело?

Я втискиваюсь позади Трейса, Мейкон пристраивается за мной вместе с Айроном, а Сантос с Торресом молниеносно замыкают колонну.

Я гашу фары, остальные следуют моему примеру.

— Докладывай, — требует Мейкон.

Но в следующую секунду в динамике телефона раздается пронзительный визг экстренного оповещения, тут же подхваченный трелями мобильников моих братков.

Я хватаю телефон, смахивая экран.

— Какого хрена происходит?

— Экстренное предупреждение по Сент-Кармен, — зачитывает нам Арми, пока мы пялимся на те же самые строчки на своих экранах. — Ожидаются сильные летние штормы. Сильный ветер до восьмидесяти миль в час и выше. Комендантский час действует с полуночи до шести утра по...

И я дочитываю про себя слово, от которого у Арми перехватило дыхание, а сердце начинает бешено колотиться о ребра, словно колокола. Октябрь.

— Какого черта? — орет Айрон. — Октябрь?

— Каждый день? — спрашивает Трейс. — Или только во время бурь?

— Что за блядская шутка? — подает голос Сантос с заднего сиденья.

Комендантский час. С чего вдруг Сент-Кармен запирать собственных граждан на замок после полуночи? Что за херня вообще?

— Да мы такую погоду тысячу раз видали! — не унимается Трейс. — Комендантский час? Серьезно?

Вводить комендантский час из-за урагана — дело привычное, но до них еще далеко, и по-настоящему серьезные штормы обычно начинаются только в августе. На дворе середина июня! Тут явно какая-то ошибка.

— И что теперь? — давлю я. — После полуночи по эту сторону путей вообще никому нельзя появляться?

Но Арми мне не отвечает. Все просто пытаются переварить, какого хера они вообще творят и что нам теперь со всем этим делать.

Мейкон пока не произнес ни слова.

Трейс ездит домой из бара позже двух ночи. Фильмы Лив снимают круглосуточно.

Я сам порой зависаю в кабинете по ночам.

Люблю заскочить за ночной едой на вынос в «Цимбалину».

— И что будет, если нас поймают после комендантского часа? — спрашиваю я, адресуя вопрос в основном Арми.

Нас что, арестуют?

В конце концов, я тоже люблю потрахаться по ночам, и иногда — прямо здесь, в Сент-Кармен.

Но я выдыхаю, наконец допетрив.

Мы перевозим выпивку именно по ночам...

Сукин сын. Вот что он имел в виду. Его вечеринка сегодня пройдет в Сент-Кармен. Знай он наверняка, что мы премся сюда на грузовиках, он бы перекрыл нам дорогу раньше, но он явно нас просек и подгадал сегодня, чтобы загнать нас обратно за наши чертовы пути.

— Блять! — шепчет Арми. — Гасите экраны! Пригнитесь!

Отстегнув ремень, я сползаю на сиденье, прижимая телефон к груди, чтобы спрятать подсветку.

Пульс грохочет в висках, кровь раскаляет всё тело, а желудок камнем летит в пропасть.

И почему-то от этого оцепенения даже кайфово.

Я тяжело дышу, жар медленно разливается под кожей, опускаясь ниже, и я часто моргаю. Просунув руку вниз, я перехватываю затвердевший член, а на губах уже расползается ухмылка.

Я-то думал, он вернется и начнет докапываться лично до меня. Вечно у него всё вокруг меня крутилось, но нет.

Он идет за всеми.

Это может оказаться даже весело. Фантазия у него по-прежнему работает как надо.

— И что теперь делать? — выдыхает Трейс, словно копы, проезжающие мимо по улице, могут нас услышать. — Мы же возим товар по ночам. Как нам теперь работать?

Я знаю одно: истории, которые мы травим в кругу семьи, всегда такие забавные — но только потому, что мы выжили. Если бы нет, рассказывать было бы некому.

Когда-нибудь я обязательно расскажу и эту.

Глава 7

Каллум

Пять лет назад

— Ну что, ты запал на Клэй или как? — спрашивает Майло.

Я проезжаю мимо плавучего дома, завалившегося на травянистом холме прямо посреди города — этакая достопримечательность в окружении парковых скамеек и газовых фонарей. Мой друг рядом со мной откручивает крышку фляжки, пока Винсент Ло и Кэмерон Сейбл отрешенно смотрят в окна на заднем сиденье.

— Могу, если потребуется, — отвечаю я.

Но мои глаза не тянет к ней — да и ни к какой другой женщине вообще, — так, как тянет к Далласу Йегеру. Я уже давно заглядывался на него и ловил себя на том, что просто не могу заставить себя уйти из дома, когда знаю, что он придет чистить бассейн и стричь газон. Сегодня был первый раз, когда я с ним заговорил.

Его зеленые глаза, пронзительно выделявшиеся на фоне черной футболки, выглядели лучше всего тогда, когда смотрели на меня. Боже, как же ему нужен был душ. Жаль, что мы были не одни.

— Не думаю, что она тебе по зубам, — Майло поправляет темные волосы в зеркало заднего вида. — Ей будто вообще плевать на тебя.

— Это вызов?

Краем глаза я вижу его усмешку.

— Да нет, — бросает он. — Сдастся, как и все остальные. Уедут в колледж, а потом вернутся, желая именно того, что положено.

Влиятельный мужчина. Дом. Сытая жизнь.

А мы вернемся из колледжа,