Жаркое соперничество - Рейчел Рид Страница 26

Джейн: Не знаю. Может, раза два.

Такой, блядь, невинный! Такой искренний и милый.

Илья: Ты очень плохо разбираешься в секстинге (интимная переписка посредством современных средств связи. Образовано слиянием слов sex — секс и texting — обмен текстовыми сообщениями — прим. пер.).

Джейн: Кто научил тебя этому слову?

Илья: Твоя мама.

Ладно, это было довольно глупо. Но Холландер любил свою маму, и это, наверное, должно было его задеть.

Джейн: Прекрати. Я напишу после игры.

И спустя несколько секунд.

Джейн: Может быть.

Илья фыркнул. Холландер, наверное, был так горд собой за эту выходку.

Илья: У тебя сейчас стоит?

Ответа не последовало. Ну и ладно. Илья знал, что подобными сообщениями переходил все границы, но его охуительно веселило дразнить Холландера. Он так ясно представлял его в раздевалке «Монреаля», краснеющего, запихивающего телефон в сумку, чтобы никто не увидел его переписку.

Он надеялся, что потом, когда они встретятся в гостиничном номере, Холландер все еще будет злиться из-за этого.

***

Илья нахмурился, глядя на заброшенное трехэтажное здание, к которому подъехал на такси. Повторно проверив адрес, он убедился, что тот совпадал с адресом из сообщения Холландера. Какого хера?

Единственным указанием Холландера было обойти здание, написать ему сообщение и ждать у двери со стороны внутреннего двора. Илья так и сделал, стараясь не думать о том, что его могут убить на темной пустой парковке за жутким зданием. Не изучи он досконально характер Холландера, заподозрил бы розыгрыш.

Не прошло и минуты после того, как Илья отправил сообщение, дверь открылась. Холландер нервно оглядывался по сторонам, словно ожидая, что к ним вот-вот нагрянет команда спецназа.

— Иди сюда, — позвал он.

Илья прошел мимо него к тускло освещенной лестнице, Холландер закрыл за ними дверь.

— Что это за место?

Вместо ответа Холландер сильно толкнул его обеими руками.

— Ты совсем охуел писать мне такое перед игрой, придурок!

Илья усмехнулся.

— У тебя стоял, да? Долго? Всю игру?

Холландер молча посмотрел на него, потом сказал:

— Иди за мной.

Он провел их по лестнице на последний этаж, где ключом открыл еще одну дверь. За ней Илья разглядел обширные апартаменты, судя по всему, отделанные лишь частично. Стены выглядели так, будто их недавно оштукатурили, но не успели покрасить. К одной из стен была приставлена лестница, а рядом с ней стоял открытый бокс с инструментами. На кухне присутствовали новая стойка со столешницей и шкафы, но никаких приборов не наблюдалось.

— Это твой дом?

Илья никогда не был дома у Холландера. Они всегда встречались в гостиничных номерах. Новое обстоятельство взволновало его.

— Нет. То есть я здесь не живу. Но, да, это принадлежит мне.

— Ты переедешь сюда?

— Нет. Это просто инвестиция, или что-то типа того. И я подумал, что это может быть безопасным местом для... встреч.

Холландер был чертовски привлекателен, когда смущался.

— Ты купил здание, чтобы нам было где трахаться, Холландер?

Очевидно, он пытался скрыть смущение, но румянец на щеках его выдавал.

— Нет. Это инвестиция. Я отремонтирую его, а потом продам по отдельности апартаменты. И у меня уже есть арендатор на коммерческое помещение на нижнем этаже.

— Вау. Бизнесмен.

Холландер сложил руки на груди, что не помогло ему придать себе более грозный вид.

— Хватит вопросов. Мы здесь не для того, чтобы разговаривать.

— Да. Где ты хочешь поебаться? На той лестнице? Или на той куче дров?

— Здесь, идиот. — Холландер пересек комнату и открыл еще одну дверь. Та вела в... полностью отделанную спальню. Очень красивую. — Я, э-э… я вроде как решил начать со спальни. И ванной. Чтобы мы могли...

Илья не дал Холландеру закончить фразу. Он схватил его за руки, прижал к ближайшей стене и поцеловал. Холландер купил им целое, блядь, здание.

Илья все лето был уверен, что именно в этом году Холландер соскочит. Но он думал так же и прошлым летом, когда тот оттолкнул его после поцелуя на крыше отеля в Лас-Вегасе. Однако, когда их команды впервые встретились во втором сезоне, Илья написал ему цифры номера в отеле, и Холландер явился ровно через двадцать минут.

— Ты курил, — пожаловался он, оторвавшись от поцелуя.

— Только одну.

— Ты не должен курить.

— А ты не должен разговаривать.

Илья толкнул его в грудь, опрокинув на кровать. Некоторое время он просто разглядывал его раскрасневшиеся щеки и взъерошенные волосы, а также полоску обнаженной кожи, выглядывавшую из-под футболки. А затем набросился на него.

Они боролись за поцелуй в своем обычном стиле — то Холландер вдавливал Илью в матрас и атаковал его рот, то Илья перекатывался, не выпуская его из объятий, и восстанавливал контроль. В процессе они стянули друг с друга футболки, потом брюки, потом носки и нижнее белье.

— Час, — пробормотал Илья. В этот момент он был сверху, покусывая и облизывая ключицы Холландера. — Потом мне нужно будет уйти.

— Тогда поторопись, мать твою.

Илья улыбнулся, прижимаясь губами к его коже. Мелкий паршивец. Он приподнялся, крепко сжав бедрами талию Холландера, схватился за собственный член и медленно, выжидающе подрочил его.

— Хочешь его, Холландер? — Боже, Илья будто воочию наблюдал сражение, развернувшееся в голове Холландера. Видел, как сильно тот хотел послать его и пожелать сдохнуть, и одновременно видел, как тот высунул язык, увлажняя губы. — Жаждешь его, да, Холландер? — Илья подался вперед, приближаясь пахом к лицу Холландера. К его рту. Грудь Холландера шумно вздымалась, он смотрел на Илью темными, голодными глазами. — Все в порядке, — успокаивающе сказал Илья, прикоснувшись головкой члена к его губам. — Ты можешь. Возьми.

— Я тебя ненавижу.

— Да. Я знаю. Покажи мне, как сильно.

— Блядь, — прошептал Холландер, обругав, похоже самого себя.

После чего приоткрыл губы и слизал каплю жидкости с отверстия на головке.

Илья резко ухватился за изголовье кровати. То казалось добротным, прочным. Он рассчитывал скоро проверить, насколько.

Холландер дразнил головку члена чересчур долго, но, черт возьми, каково же было зрелище. Илья наблюдал, как тот опускал веки, втягивая ее в рот. Его язык то порхал вокруг нее, лаская уздечку, то погружался самым кончиком в отверстие. Это было так охуительно приятно, но недостаточно.

Холландер зарычал, похоже, не меньше Ильи раздраженный неудобным положением, толкнул его на матрас и снова взял член в рот. На этот раз он стал жадно заглатывать,