Жаркое соперничество - Рейчел Рид Страница 27

Но тот не останавливался. Дополнительно он массировал яйца, скользя собственным каменно-твердым членом по бедру Ильи.

— Холландер... — предупредил он.

Он слишком быстро забрался слишком высоко.

Холландер застонал, или, возможно, попытался что-то ответить с членом во рту, но вызвал этим дополнительную вибрацию, в чем Илья нуждался меньше всего в тот момент.

— Блядь! Блядь! Ты должен остановиться. Если хочешь, чтобы я тебя трахнул...

Холландер выпустил член изо рта и замер.

— Черт! О боже! Блядь. — Илья почувствовал, как на его бедро брызнула горячая жидкость. Холландер дернулся пару раз всем телом, после чего уткнулся в плечо Ильи. — Блядь.

— Холландер?

— Прости, — простонал он. — Не могу поверить, что я просто... ты даже не прикоснулся ко мне!

А Илья просто... смеялся. Потому что это было ебать как угарно.

— Не смейся надо мной, блядь.

— Давно не виделись? — поддразнил Илья.

Холландер уперся лбом ему в плечо, полностью скрыв лицо.

— Заткнись.

Но Илья заржал еще сильнее. Он просто не мог остановиться, в итоге Холландер присоединился к нему, они обнялись и хохотали, пока у обоих на глазах не выступили слезы.

— Ты мог бы выиграть конкурс скорострелов. — Холландер легонько стукнул его в грудь. Илья перекатился на бок, свалив его на матрас рядом с собой. — Очень жаль. Я хотел тебя трахнуть. Ты все еще хочешь?

— Не думаю, что смогу. Я, блядь, слишком смущен, чтобы снова завестись.

— Это вызов?

— Нет. Но можно я... закончу то, что делал?

Илья снова перевернулся на спину и заложил руки за голову.

— Давай.

И Холландер принялся за дело, но на этот раз не столь неистово и без спешки. Илья наслаждался каждой секундой.

Он солгал бы, сказав, что это был самый талантливый рот, который когда-либо обхватывал его член. Но Холландер так... жаждал доставить удовольствие. Он был полон решимости в совершенстве освоить это дело. Для Ильи.

Присутствовал еще один очень приятный нюанс в том, как Холландер отсасывал ему — тот явно не пытался чисто механически довести минет до финала, хотя уже получил собственный оргазм. Казалось, он реально тащился, доставляя Илье удовольствие.

Илье всегда было хорошо с Холландером. Он не хотел признаваться себе, что с ним было лучше, чем с кем-либо другим, но это было... по-другому. И не только потому, что Холландер был мужчиной. Илья не трахался с мужчинами помимо Холландера уже... хм. Больше года. Может, почти два? Но дело было не в этом.

Холландер поднял на него глаза, Илья улыбнулся и погладил его по волосам. Время истекало, Илье действительно пора было уходить, поэтому он осторожно взял Холландера за голову и сам задал нужный ритм и... вот. Да. Ох, блядь...

— Вот так хорошо, Холландер. Вот так. Заставь меня кончить. — Холландер застонал и впился пальцами в его бедра, сохраняя заданный Ильей темп. Знакомое, волнующее давление приближающегося освобождения охватило все тело — высота, с который обратно не спуститься — он крепко зажмурился. — Я сейчас кончу. Ох, ебать, Холландер.

Холландер отстранился, заменяя рот ладонью.

— Я хочу это видеть.

Через пару секунд Илья кончил. Он закричал, гораздо громче, чем обычно, когда раскаленный добела оргазм пронесся по его телу.

— Святое дерьмо, Холландер, — с трудом отдышавшись, он снова обрел способность говорить. — Я мертв. Ты убил меня.

Холландер уже сидел и смотрел на забрызганный спермой живот Ильи.

— Это было реально горячо.

— Да.

— Я рад, что мы в пустом здании, и никто не мог тебя услышать.

И тут Илья почувствовал нечто редкое и весьма нежелательное — его щеки запылали от смущения. Обычно он не кричал так, кончая.

Ему не хотелось анализировать это, поэтому он сказал:

— Мне пора.

— Хорошо.

Пятнадцать минут спустя они ждали у подножия лестницы, когда приедет такси.

— Красивое здание, — заговорил Илья, поскольку ненавидел тишину. — Ты не хочешь здесь жить?

— Нет. Но ремонт займет какое-то время, так что мы, вероятно, сможем использовать его для... этого. Некоторое время. — После паузы Холландер спросил: — Ты, наверно, с нетерпением ждешь Олимпиады. В России.

— Да.

Илья ждал с нетерпением. Но стоило вспомнить, что также его ждала родная страна и отец, у него неприятно заныло в животе. И захотелось закурить.

— Всю жизнь мечтал об Олимпиаде, — сказал Холландер. — Не могу дождаться.

— Чего? Бронзовой медали?

— Да пошел ты.

Илья рассмеялся.

— Эй, не забудь, как ты выстрелил без всякой причины.

Холландер закатил глаза, но Илья был уверен, что он старался сдержать смех.

— Боже мой. Иди к черту.

— Крутой выстрел.

— Твое такси уже должно подъехать, да?

Илья взялся за ручку двери, но, прежде чем толкнуть ее, повернулся и быстро поцеловал Холландера в губы.

— Доброй ночи, Холландер.

— Доброй ночи.

Всю поездку до отеля Илья улыбался, как идиот, сидя в такси.

Глава десятая

Февраль 2014 года — Сочи, Россия

— Шейн Холландеррррррррр!

Шейн едва не подпрыгнул, когда его окликнули из-за спины. Повернувшись, он заметил два знакомых лица. Его догоняли Картер Воган (кричал) и Скотт Хантер (не кричал). Скотт был капитаном мужской сборной США по хоккею, а Картер — его товарищем по команде как здесь в сборной, так и в Нью-Йорке, где оба выступали за «Адмиралов».

Шейн гулял в одиночестве по пляжу в Сочи. У него выдался свободный день и вечер тоже, и он совершенно не представлял, как убить время. Его родители подумывали о поездке в Россию, но в итоге решили отказаться. Прежде всего, сама организация поездки и поиск места для проживания в этот период были настоящим кошмаром. Шейн убедил их, что это не стоило таких хлопот, и напомнил, что они и так присутствовали почти на всех международных турнирах с тех пор, как он стал подростком. Возможно, он перестраховался, но перед играми появилось много статей о возможных проблемах с безопасностью, и он не хотел лишних переживаний за родителей.

До приезда в Сочи Шейн понятия не имел, чего ожидать. Он никогда раньше не был в России и сомневался, что эти грандиозные зрелища дадут сколь бы то ни было реальное представление о родине Розанова. Он часто задумывался о том,