Мистер Июнь - Николь С. Гудин Страница 17

Она стоит, прислонившись к дверце со стороны водителя, и наблюдает за мной.

— Это новая тактики, — протягиваю я. — Думаю, стоит попробовать постучать в парадную дверь.

— Ты собираешься впустить меня, здоровяк? — Она приподнимает темную бровь, глядя на меня.

Я усмехаюсь и скрещиваю на груди руки.

— Да ладно, Кей, что в этом веселого?

Она поднимает руку и проводит по черным блестящим прядям своих волос, отчего подол ее облегающего черного платья задирается еще выше.

Надо отдать ей должное, она чертовски хороша. Она бы уже заставила Хью есть с ее ладони.

— Я совершенно уверен, что это не дружеский визит, так что, может быть, ты расскажешь мне, зачем приехала сюда.

— Я пришла поговорить с тобой, — отвечает она.

— Тогда говори, Кинсли, моя смена закончилась десять минут назад.

Честно говоря, больше всего на свете я хотел бы оказаться прямо здесь, беседуя с этой несносной женщиной, но ей не обязательно об этом знать.

— Я слышала, у вас намечается небольшая вечеринка.

Черт.

Черт, черт, черт.

— Неужели? — отвечаю я гораздо более спокойно, чем ощущал себя на самом деле.

— Ходят слухи, — говорит она с ухмылкой.

Она как ищейка, когда дело доходит до вынюхивания информации о боссе.

Я не знаю, как, черт возьми, она об этом узнала, но меня это не слишком беспокоит. Никому из гостей еще не сказали, где будет проходить вечеринка, насколько мне известно, только Уильям, Лиана и моя команда осведомлены о деталях, но Кинсли, кажется, всегда знает больше, чем говорит, так что я бы не стал ее недооценивать.

— Что ты планируешь, Кинсли?

Я полагаю, что могу сразу перейти к делу. Она пришла сюда за чем — то — она не просто планирует раскрыть карты и уйти — она хочет заключить сделку.

— Я пришла предложить мирное решение этой маленькой проблемы.

— Продолжай.

— Вариант первый… ты впускаешь меня сюда сейчас, и я разговариваю с Уильямом и Лианой, и я… мы делаем это тихо. Цивилизованно.

— А второй вариант? — я хмуро смотрю на нее.

Я не могу придумать ничего, что она могла бы сказать, что сделало бы первый вариант выигрышным, но я выслушаю ее.

— И второй вариант… — продолжает она, — я появляюсь на вечеринке, и мы немного болтаем в присутствии всей их семьи и друзей. — Она дерзко улыбается мне.

— Может возникнуть проблема с этим маленьким планом, Хлопушка… ты не знаешь, где вечеринка, а даже если бы и знала, тебе пришлось бы пройти мимо моих людей — мимо меня — и я просто не представляю, как это может произойти.

— Но ты уверен, что я не знаю, где?

Я хмурюсь.

Ее улыбка становится шире.

— Ты много времени проводишь в женских туалетах, здоровяк?

— Не могу сказать, что проводил.

— А стоит. — Она ободряюще кивает. — Удивительно, как секреты ты можешь услышать.

Я прищуриваюсь, глядя на нее. Она знает. Или хочет, чтобы я думал, что она знает. Только бог знает, какой из этих двух вариантов, или, в случае с этой женщиной, дьявол.

Я не могу понять, играет она со мной или нет.

Блядь.

Мне нужно думать быстро.

Я поднимаю палец, показывая, что хочу, чтобы она подождала минутку.

— Дерзай, — говорит она.

Босс ни за что не впустит ее, и я даже не могу ему этого предложить — это создаст впечатление, что я не верю в план безопасности, который я разработал для вечеринки, которая состоится через два дня. Но и бездействовать я тоже не могу… мне нужен чертов третий вариант.

Я достаю из кармана телефон. Джилли отвечает на втором гудке.

— Какие чертовски сексуальные сапожки, Мак, — произносит он вместо приветствия.

— Джилли, — рявкаю я на него, можешь оказать мне услугу?

— Зависит от того, что надо, — растягивает он слова.

— Подгони мой грузовик ко входу, — говорю я ему теперь уже приглушенным голосом.

— У тебя есть план? — спрашивает он.

— У меня есть кое-что. — Я морщусь и вешаю трубку.

Кинсли вопросительно поднимает брови, и я подхожу к ней, в мгновение ока прижимаю ее к машине, мои бедра вплотную прижимаются к ее бедрам.

— Ты всегда доставляешь мне неприятности, — рычу я.

Она прикусывает нижнюю губу, и, клянусь, я почти забываю, что я здесь делаю.

— Твой ход, здоровяк, — мурлычет она.

Звук открывающихся ворот подстегивает меня к действию.

Я проникаю в открытое окно и выхватываю у нее из-под сиденья ключи.

— Что ты делаешь? — вскрикивает она, когда я хватаю ее и перекидываю через плечо.

— Выбираю третий вариант, — рычу я, усаживая е на пассажирское сиденье своего внедорожника.

— Привет, Кинсли. — Джилли улыбается ей с водительского места, пока я пристегиваю ее.

Я обхожу капот, и он встречает меня на полпути.

Я бросаю ему ее ключи, а он протягивает мне мои.

— Удачи, Ромео, — усмехается он.

Я слышу, как Кинсли кричит и ругается, отчаянно пытаясь открыть дверь.

— Да, спасибо, думаю, она мне пригодится.

Глава 14

Кинсли

— Есть название для таких, как ты, ты ведь знаешь это, верно? — Я свирепо смотрю на него, когда он заезжает в закрытый гараж, огромная дверь за нами закрывается еще до того, как он выключает двигатель.

— Дай угадаю… «придурки»?

— Похитители! — кричу я.

Он усмехается.

— Ну же, Хлопушка, не злись, что я обошел тебя. Ты разыграла свою карту, а я — свою… кто-то из нас должен был оказаться наверху.

Я ухмыляюсь ему.

— Если ты собираешься быть сверху, то хотя бы делай что-то, что доставит удовольствие нам обоим.

Забавляясь, он качает головой, высокомерно вертя ключи на пальце, будто ему абсолютно наплевать на весь этот чертов мир.

Я дуюсь.

— Где мы, черт возьми?

— Технически, мы нигде, — говорит он как раз перед тем, как я чувствую, что машина трясется и начинает спускаться.

Мои глаза расширяются.

— Клянусь богом, Джаред, если ты везешь меня в какое-то извращенное подземное логово, я…

— Ты что? — спрашивает он дерзким тоном, раздвигая ноги.

Сегодня на нем черные джинсы, обтягивающие его задницу, и белая футболка, натянутая на бицепсы.

Он выглядит как аппетитная закуска. На самом деле, поправка, вкусное блюдо. Джаред Маккензи никогда не был просто закуской.

— Я найду этому достойное применение, — дерзко отвечаю я, и на моем лице появляется широкая ухмылка.

Я хочу разозлиться, правда хочу… но я взволнована. У меня действительно не все в порядке с головой.

— Это моя девочка. — Он усмехается,