После дождя - Рене Карлино Страница 17

— Послушай, Ава. Недавно я потерял пациентку. Я — врач… — когда он сглотнул, я увидела, как напряглись мышцы его челюсти. — Я потерял пациентку, и это была моя вина. — Он взял меня за руку, нервно поглаживая большим пальцем костяшки моих пальцев. Я отстранилась. Это было похоже на то, как если бы он пытался утешить меня своей историей, но в то же время в этом признании я слышала его собственную боль.

Я не могла понять, почему он рассказывал мне о своей пациентке, но выражение его лица было таким жалобным, что мне стало немного не по себе. Он, очевидно, слышал о моей истории и, возможно, подумал, что мы могли бы погрустить вместе или что-то в этом роде.

— Она была твоей женой?

— Нет, но...

— Мне нужно идти. Сожалею о твоей пациентке.

— Постой, Ава.

Я повернулась.

— Да?

— Я просто подумал, что мы могли бы провести время вместе, пока я здесь. Я имею в виду, ведь мы примерно одного возраста.

Я сразу почувствовала к нему жалость. Он подбирал слова, как ни один другой врач, которого я когда-либо знала.

— Ладно. Может быть, мы сможем завтра сводить лошадей к ручью? — предложила я. Он кивнул и улыбнулся. — Или порыбачить?

— Звучит заманчиво.

— Но никаких разговоров, — предупредила я.

— Никаких разговоров, — повторил он и отступил в сторону, дав мне пройти.

Как и во многие другие вечера, перед сном я пошла на кухню, нашла под раковиной большую бутылку виски и сделала три больших глотка, молясь, чтобы мне ничего не приснилось. Эта была моя новая версия молитвы перед сном после смерти Джейка, хотя она не имела ничего общего с верой в высшие силы. Я лишь надеялась, что виски притупит мысли настолько, что я смогу погрузиться в глубокий сон без сновидений.

* * *

Я упаковала ланч и оседлала Танцовщицу и Текилу, — старого теннессийского Уокера, который жил у нас на ранчо много лет. На нем было удобнее всего ездить, и у него была самая плавная походка. Я подумала, что Нейт оценит это — предположила, что он уже давно не ездил верхом с тех пор, как стал врачом в Лос-Анджелесе. Подождав некоторое время и не обнаружив никаких признаков присутствия Нейта, я подумала, что, может быть, он передумал кататься верхом. Может, мысль о том, что он останется со мной наедине верхом на лошади, приводила его в ужас.

Я обыскала сарай в поисках рыболовных снастей. Редман был барахольщиком, когда дело касалось сарая и хлева, поскольку за чистотой в доме следила Би. Это своеобразный способ Редмана бунтовать. Там было около двенадцати коробок со снастями, набитых в основном всяким хламом, но мне удалось найти подходящие приманки и леску для ловли на ручье.

Прежде, чем услышать его голос, я почувствовала, что кто-то приближался ко мне сзади. Я не привыкла находиться в окружении людей, поэтому всегда чувствовала, когда кто-то появлялся рядом. Я просто продолжала рыться в коробках, пока не нашла свою любимую приманку — блестящую золотистую приманку в форме сердца.

— Помочь тебе в поисках? — спросил Нейт.

— Нет, я уже нашла! — я торжествующе подняла приманку. — На эту малышку всегда клюет.

— Доброе утро. Я рад видеть, что в тебе по-прежнему остался дух соперничества.

Моя улыбка угасла. Во мне не осталось ничего прежнего. Мы стояли в нескольких дюймах друг от друга, лицом к лицу, в маленьком полутемном сарае. Между нами была лишь приманка. Он взял ее и осмотрел. Когда я опустила взгляд на землю, то заметила, что на нем кроссовки Converse. И вздохнула с облегчением, радуясь, что на нем не ботинки Джейка. Его черные джинсы, похоже, были дизайнерскими, плотно облегали ноги и слегка заужены к низу. На нем также была простая черная футболка, а волосы и одежда красиво контрастировали с гладкой, загорелой кожей и сверкающими зелеными глазами.

На его губах заиграла едва заметная ухмылка.

— Это не похоже ни на что из того, что существует в природе. С чего бы рыбе захотеть это съесть?

Я подняла глаза, моргая. Подобная мысль не приходила мне в голову. Там были приманки всех форм и размеров.

— Ну, это что-то вроде сердечка, и оно есть в природе.

— Настоящее сердце не имеет подобной формы, как у тебя в руках. — Он одарил меня самоуверенной улыбкой. — Это больше похоже на конус. — Его улыбка внезапно исчезла, когда он несколько мгновений задумчиво смотрел мимо меня, возможно, вспомнив болезненные воспоминания. Этот взгляд был мне знаком очень хорошо.

— Может, пойдем отсюда? — спросила я.

Он кивнул и последовал за мной к выходу из сарая. Я отвязала Текилу и отвела его на несколько шагов дальше сарая.

— Это Текила. Ты поедешь на нем верхом. Ты ведь умеешь ездить верхом, верно?

— Не очень хорошо.

— Все в порядке, не переживай. Забирайся сюда, я поправлю стремена.

Он грациозно вставил ногу в стремя, забрался в седло и посмотрел на меня сверху вниз. Его грудь тяжело вздымалась, а на лице отразился страх.

— Ладно, спускайся, — сказала я.

— Почему?

— Давай сделаем это правильно, чтобы тебе было удобно.

Когда он слез, я передала ему поводья.

— Проведи его по кругу. — Нейт выполнил мою команду. — Теперь дай ему понюхать тебя. — Он позволил Текиле понюхать его руки.

Я дала ему морковку, чтобы он скормил ее лошади. Я видела, как чувство страха вернулось к нему снова. Хотя я знала, что в детстве он много времени проводил на ранчо, но лошади — крупные, пугающие животные, если вы не часто находились рядом с ними. — Его имя Текила, потому что он — единственная лошадь, на которой ты можешь ездить, когда напьешься в стельку.

Нейт испустил огромный вздох облегчения, а затем усмехнулся.

— Слава Богу. Не буду врать, это имя меня удивило.

— Это Теннесси Уокер. Ты будешь выглядеть очень мило, и тебе понравится кататься на нем, — сказала я издевательским тоном.

— О, вижу, ты решила так позабавиться надо мной, не так ли?

Я хихикнула.

— Опять этот звук. — Он улыбнулся и запрыгнул в седло.

Я позвала Танцовщицу, которая паслась на небольшом клочке травы возле главного дома. Забравшись в седло с удочками в руках, я посмотрела на Нейта. Он выглядел довольным; через пару минут знакомства с лошадью он откинулся на спинку седла.

— Почему тебя не было за завтраком сегодня утром? — спросил он.

— Обычно я ем у себя в хижине. Ты помнишь о нашем соглашении?

— Каком?

— Никаких разговоров.

Мы медленно прошли мимо дома. Би помахала