Непреодолимое желание влюбиться в своего врага - Бриджитт Найтли Страница 15

Неожиданно она добавила:

– Вам повезло, что ваш Знак на левой руке.

Знак ставили на левую ладонь тем, кто выбирал Темный Путь; но даже зная это, Озрик не смог понять, почему она обрадовалась этому, учитывая мрачные прогнозы.

– М-да… и почему?

– Дегенеративные изменения практически не коснулись левой стороны. Поэтому вы все еще способны пользоваться сейдом. Тем не менее моменты, когда вы не можете контролировать магию, будут случаться все чаще.

Фейрим постучала пальцем по точке рядом с подмышечной впадиной фигуры на проекции.

– Как только изменения дойдут до узлов в этой области, ваше состояние значительно ухудшится.

Озрик не мог оторвать взгляда от изображения на стене и фигуры, которую пересекали смертоносные черные линии. Теперь он испытывал тошноту, ощущал горечь отчаяния. Ему хотелось запустить ножом в голову человека на проекции. Разбить дурацкий хихикающий дифрактор. А Фейрим схватить за горло и заставить сказать то, что он хотел услышать, а не эти безжалостные факты.

Он не хотел умирать.

– В обычной ситуации я держала бы вас за руку и старалась поддержать теплыми словами, ведь принять такие новости очень сложно. Но я не буду тратить время и силы на сочувствие кому-то из Теней.

Что ж, о неловких сентиментальных моментах можно не беспокоиться.

– Отлично. Не тратьте. Я бодр и весел. Ведь у вас есть рискованная гипотеза, которую вы собираетесь на мне проверить, и она сработает.

Она одарила его взглядом, исполненным надменности и презрения:

– Не сработает. Мы только зря потратим время. Раз вы не будете наблюдаться в Лебедином камне, а я не смогу отслеживать изменения в вашем состоянии, я хотела бы поставить внутрь вашего тела сейд-маркеры. Вы не будете возражать?

– С чего бы мне возражать?

– Эта практика считается устаревшей. Процедура болезненная. Сейчас есть и более совершенные инструменты для мониторинга, но вы же не станете ежедневно являться на осмотр в Лебединый камень.

– Тогда ставьте.

– Вам будет больно.

– Вы видели мои шрамы?

– Отлично видела.

Она приложила ладонь со Знаком к его плечу.

– Я поставлю вам восемь маркеров в разные места.

Его обожгло ее магией, когда она ввела первый маркер. Процедура в самом деле оказалась неприятной, Озрика пронзила нестерпимая, тягучая, жгучая боль, будто в самую чувствительную часть сплетений его сейда воткнули толстую иглу. Фейрим повторила процедуру восемь раз, и каждый раз был крайне неприятным. Решив не показывать своей слабости, Озрик ни разу не вздрогнул, пока она вводила маркеры в предплечья, верхнюю часть спины и ноги.

Он не жаловался. Но покрылся испариной.

Фейрим наблюдала за ним с одобрением. Закончив с маркерами, она достала из шкафа очередное приспособление. Озрик надеялся, что она не заметила капельку пота, которая предательски скользнула у него между лопаток.

– Еще один аппарат? – спросил Озрик.

– Да. Собираюсь сделать краткий обзор своей рискованной гипотезы, чтобы вы в полной мере осознали, на какую глупость вы толкаете меня.

– Это же аналитическая машина, – узнал новомодный аппарат Озрик.

– Вы молодец.

– Я не полный идиот и горжусь этим.

– В самом деле?

Фейрим искренне удивилась. А Озрику снова захотелось ее задушить.

Фейрим приложила Знак к аналитической машине, которая включилась со звуковым сигналом. Озрику оставалось лишь кипеть от негодования.

Очертания человека с поврежденными сейд-сплетениями исчезли со стены. Их заменило схематическое изображение мрачного камня, украшенного вертикальными надписями.

– Уверена, что вы слышали о Лунном камне, – начала Фейрим.

– Нет.

Фейрим лишь моргнула, услышав его ответ, но с ее умением сохранять невозмутимый вид уже это было выражением изумления.

– Полагаю, мне не следует удивляться. Всего-то одна из величайших археологических находок века, но не имеет отношения ни к деньгам, ни к убийствам, поэтому вас не заинтересовала.

– Благодарю. Вы начинаете лучше меня понимать.

Кажется, такая перспектива не вызвала у Фейрим восторга.

– Что ж, тогда краткий урок истории. Лунный камень нашли в торфяных болотах десять лет назад. Считается, что ему не меньше пятисот лет. На первый взгляд кажется, что это всего лишь лунный календарь с названиями каждого из двенадцати полнолуний года. Скорее всего, эти названия вам знакомы, некоторые из них до сих пор используются.

Рядом с изображением камня появился список:

Морозная Луна

Голодная Луна

Целомудренная Луна

Заячья Луна

Цветочная Луна

Ежевичная Луна

Медовая Луна

Громовая Луна

Урожайная Луна

Луговая Луна

Траурная Луна

Последняя Луна

– Ученые не пришли к единому мнению о предназначении Лунного камня, но все соглашаются, что это что-то большее, чем лунный календарь. Вы видите эти символы?

Фейрим указала на углубления на внешнем крае Камня.

– Червяк? Цыпленок? – предположил Озрик.

– Змея, лебедь. А еще – травы, пестик, эликсир, и здесь внизу – исцеляющая рука. Типичная медицинская символика, но использование такой символики в сочетании с лунным календарем нетипично. В нескольких местах есть цифра семь. Ученые предположили, что эти знаки могли быть описанием пути исцеления, паломничества или ритуала, которые следовало совершать в полнолуние.

– Значит, речь все-таки о Древних Ритуалах. Нам придется танцевать внутри мегалитических кругов?

Фейрим высокомерно вскинула подбородок.

– Если бы получить чудесное исцеление было так просто, все бы только так и лечились, вам не кажется?

– А это что за линии? – спросил Озрик, указывая на изогнутые символы, вырезанные на одном уровне с лунами и уходящие к основанию Камня.

– Возможно, декоративные элементы. Или естественная эрозия. Или неизвестный вариант древнего языка. Один филолог даже предположил, что это может быть одним из языков фейри[17].

Фейрим сообщила это с таким видом, словно подобное предположение ее оскорбило.

– Разумеется, ученые не слишком хорошо приняли эту теорию. С течением времени знания об истинном предназначении Камня (даже если оно и состояло в каком-то способе исцеления) оказались утрачены. У нас нет никаких данных, кроме списка названий полных лун и медицинских символов. Десять лет назад одна инициативная юная Целительница решила тщательнее изучить этот артефакт – к сожалению.

– К счастью, – поправил Озрик.

Фейрим с ним явно не согласилась, о чем можно было судить по тому, как раздулись ее ноздри. Она постучала пальцем по аналитической машине. Лунный камень исчез. Стремительно промелькнула последовательность изображений: страницы из книг, стихотворные строки, фрагменты историй о фейри, надписи на бересте, стенограммы разговоров, которые давно состоялись, между людьми, которые давно умерли. Фейрим пролистала эти картинки, коротко комментируя: все они оказались историями о чудесных исцелениях, случившихся в полнолуние.

– Все это бездоказательно, – поспешила добавить Фейрим. – Великолепное собрание апокрифов[18], вот что это на самом деле. Но тем не менее количество этих историй впечатляет. Исцеления при полной луне – повторяющийся мотив легенд и преданий на протяжении всей истории – от