Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос Страница 12

По моему телу пробегает дрожь: эти кланы принадлежат к высшей лиге; совершенные ими преступления леденят душу, и именно они управляют подгруппами, за которыми мы так охотимся.

— Есть более сорока кланов, но итальянцы и русские занимают первое место по шкале силы, — объясняет полковник. Мы отправимся сначала к итальянцам, которые разрабатывают странный, единственный в своем роде препарат. Его создатель — Антони Маскерано, ключевая мишень во всем этом деле. Он самый могущественный из братьев, и за ним стоит группа очень опасных убийц «Черные ястребы».

Проектор показывает уличающие их изображения, среди которых бесчисленное множество людей в ужасном состоянии, явно пострадавших от воздействия наркотиков. Ученые не могут найти способ вывести наркотик из их организма, более того, они не знают, из чего он сделан.

Италия — это их зона, но у них есть лаборатории по всему миру, — продолжает полковник. Они работают в четырех странах, мы не знаем, что они планируют, и поэтому мы будем вести разведку во всех из них.

— Какими инструментами мы располагаем на данный момент? — Спрашивает Братт.

Все, что у нас есть, — это проблемы, — отвечает полковник. В джунглях Амазонки есть «черная дыра», где пропадают туристы, а затем обнаруживаются мертвыми от передозировки. Среди пропавших — сын и жена сенатора из Бразилии.

Показываются фотографии людей, проектор выключается, и все сосредотачиваются на модели.

— Мы сосредоточимся на городах, где они сейчас работают: Сидоне, Москве, Мюнхене и Рио-де-Жанейро. Я отправлю к ним лучших капитанов.

Возьмите фигурки, обозначающие периметр, который каждый из них будет охватывать.

— Капитан Дмитрий будет в Сидоне. — Он ставит красный флаг на карте этого города в Ливане. Капитан Миллер будет в Москве, капитан Льюис — в Мюнхене, а капитан Томпсон — в Рио-де-Жанейро. Они вылетят сегодня рано утром.

Я делаю глубокий вдох — это же FEMF, ты не знаешь, когда, черт возьми, тебя не будет несколько месяцев подряд.

Их долг — остановить исчезновения, собрать информацию и уничтожить главарей, — требует он. У них есть остаток дня, чтобы собрать свои вещи и подготовить отряд.

Большинство из них уходят, и я пытаюсь сделать то же самое, поэтому начинаю собирать свои записи.

— Мы еще не закончили. — Мой капитан указывает мне на стул.

Здесь только секретарь, полковник, мой капитан и я. Я опускаю взгляд на стол, когда напротив меня садится Регул Перфект.

— Самый обученный и опытный отряд — ваш, капитан.

Лоренс подходит, не спрашивая разрешения, но он немного неуклюж и задевает лицо Кристофера кончиком локтя.

— Простите! — заикается он, его щеки пылают.

Иди в свою кабинку, — приказывает он. Ваша неуклюжесть меня не касается».

Бедная секретарша поднимает модель, спотыкается об один из стульев и падает на пол поверх конструкции. Мужчины не двигаются, чтобы помочь ей, но я немедленно делаю это.

Я идиотка, — бормочет она, поправляя очки.

— Стул был не в том месте....

— Я не трачу время зря, лейтенант, — ругает меня полковник. Со своей позиции он выглядит так, будто вытирает о вас ноги. Вставайте и возвращайтесь на свой пост!

Я оставляю Лоренса наводить порядок, а капитан бросает на меня грязный взгляд. Я делаю вид, что он не со мной, и сажусь обратно. Патаны...!

— Мне нужно, чтобы вы выяснили местонахождение пропавших в бразильских джунглях людей менее чем за неделю, — приказывает он капитану Томпсону. В последних случаях похищения жертв заканчивались смертью в течение двух недель, а мы потеряли след более двадцати человек.

— Рассчитывайте на это, полковник.

— Когда у меня будут координаты, я сам возьмусь за выполнение задания. Для этого мне нужны вы, лейтенант, поскольку мне необходимы ваши навыки расследования и опыт спасательных операций. — Он смотрит на меня. Вы останетесь здесь, будете помогать мне с информацией, которую присылают капитаны, которые уезжают, мне нужно, чтобы вы отчитывались за каждый их шаг, что они делают, что не делают, какие плоды приносит их работа... Мы также создадим структуру для спасения жертв и вместе отправимся в Бразилию, когда придет время.

Я не могу выдержать их взгляда на себе больше двух минут, а теперь мы станем командой. Это хорошо, Рейчел, это хорошо!

— Три солдата, имеющие опыт работы в джунглях Амазонки, прибудут из Панамы, — объясняет он. Мы будем использовать их в операции, так что проследите, чтобы они были проинструктированы обо всем.

Да, сэр, — отвечаю я, не глядя на него.

— Вот и все. — Он встает. Убирайтесь отсюда.

Капитан Томпсон остается задавать ему вопросы, а я подчиняюсь приказу. Мне нужно руководство, как справиться со стрессом на работе. Братт ждет меня в коридоре на выходе, и я благодарна ему за это.

Мы идем бок о бок, поскольку демонстрация чувств в коридорах запрещена. Несколько солдат обращают на нас внимание, и ни для кого не секрет, что мы — пара.

Когда мы выходим в сад, светит солнце, и свежий воздух оживляет мой мозг.

— Я буду скучать по тебе. — Я лукаво хрустнула костяшками пальцев. Я действительно хотела проводить с ним больше времени.

— У меня не было времени, чтобы дать нам столько ласки, сколько я хотел.

Я рассматриваю черты его лица, зеленые глаза светятся на солнце. Мы с Браттом — образец надежности. За пять лет я ни на что не жаловалась, он из тех парней, которые наполняют тебя всем и... Кристофер Морган приходит на ум, и мое сердцебиение учащается. Я не хочу работать с этим парнем, я чувствую, что он втянет меня в неприятности.

— Все в порядке? — спрашивает Братт, обеспокоенный.

Да, — вздыхаю я.

— Ты ужасная лгунья. — Он заставляет меня посмотреть на него. — Скажи, что у тебя есть.

Я не поеду в Рио-де-Жанейро. Я должна остаться и помочь полковнику со спасательной операцией, и мы будем одной командой на первом этапе миссии.

— Это хорошая новость. — Ты не будешь раскрыта, как мы; кроме того, Кристофер очень хорош в своем деле.

Ты слишком доверяешь ему, мне не нравится его эгоцентризм.

— Наберитесь терпения, это сложно, но со временем можно привыкнуть. — Мы остановились, прогуливаясь под одним из деревьев. Морганы такие, и именно это делает их хорошими в своей работе.

Вспоминается время, когда он пропал, когда ему было семнадцать лет.

— Почему он сбежал из ополчения несколько лет назад?

— Он восстал против своего отца, министра. Сара Харт, его мать, ушла, когда ему было одиннадцать, и Алекс Морган стал еще строже, чем раньше, — объясняет он.