Грецкий орешек - Ната Вади Страница 11

У-у-ух, если бы рядом лежал градусник, то точно треснул бы.

— Ну мне кажется странным, что, имея такие связи, ты не пошла работать туда сразу. Или Юля так мало платит?

— Мирослав, кхм... послушай... — это уже Соня пытается вклиниться и урегулировать ситуацию, но я ее игнорирую.

— А мне кажется странным, что на собеседовании в компанию задаются вопросы, которые никак не связаны с работой, — парирует Наташа.

— Мы предпочитаем убеждаться в надежности будущих сотрудников. Где гарантия, что через месяц ты не решишь перебежать к подруге?

— Даже если и так, то компания от этого ничего не потеряет. Странно, что у тебя не схлопывается представление о том, кто такой корпоративный юрист и юрист в частной практике.

О-о-о-о, она хороша. Всегда умела поставить на место. Злюсь и завожусь одновременно. Убойное сочетание.

— Так почему ты переехала то, Наташ? Жила бы себе не тужила в Екатеринбурге, но решила вернуться. Не пойму никак, что же повлияло?

Куколка встает, ее глаза метают молнии. Честно, хочется даже зааплодировать. Только бедная Соня, кажется, в полуобморочном состоянии смотрит то на своего кандидата, то на меня.

— Ну ты же тоже жил и не тужил в Канаде, но почему-то снова здесь...

Моими же словами. Красотка.

— В любом случае, вынуждена остановить это собеседование, потому что оно движется непонятно в какое направление. Что-то по типу цирка. Соня, прости, что потратилатвое время.

Иволгина быстро забирает вещи и движется к выходу из переговорки. Я же просто расслабленно сижу. Добился же своего: смутил и показал характер. Доволен? Ещё как!

— Наташа, прости, э-э-э, давай я тебя провожу, — спешно произносит нанимающий менеджер.

— Ой, не стоит, я запомнила, где выходить, поэтому всего доброго, — мило улыбается Соне. Та в ответ только вымученно кивает ей.

Когда дверь переговорки захлопывается, Соня переводит взгляд на меня, разводит руками и начинает неуверенно:

— Мирослав...

Только отмахиваюсь и тоже иду на выход. Теперь я из максимально адекватного босса трансформируюсь в самодура. Прелестно, да и сплетни пойдут. Вечно я башкой не думаю рядом с Иволгиной. Но это того стоило, конечно... Ладно, поболиают и забудут.

Кстати об Иволгиной.

Вылетаю в коридор и вижу ее удаляющуюся фигуру. Быстро догоняю мою Натали, хватаю за локоть и тяну в еще одну переговорку, находящуюся рядом, которая просто чудом оказывается свободной. Толкаю дверь, затаскиваю девчонку внутрь. Наступаю на нее, оттесняя к столу, а потом кладу руку на талию, ровно под пиджак. Чувствую тепло ее тела через тонкую ткань майки. Куколка пахнет чем-то знакомым, фруктово-сладким, и у меня на секунду едет крыша. Да-да, это физика: мое тело хочет ее тело.

В этот раз все максимально прозрачно.

Я медленно проговариваю, глядя ей прямо в глаза:

— Попалась, птичка...

Глава 6

Наташа

— Попалась, птичка, — произносит этот придурок, расположив свою лапищу у меня на талии.

Замираю. Горин смотрит на меня сверху вниз, а в глазах — сущая тьма. Чёртом был, им и остался. В ответный взгляд вкладываю всю злость и неприязнь, которые реально чувствую. Это, блин, не игра. Дышу часто, поверхностно, пульс на пределе, а сердце расположилось уже где-то горле. Дебильная реакция, я знаю, почти ненавижу себя за это. Потому что тут надо бить только равнодушием. Но у меня не выходит...

— Лапы убрал, — говорю тихо и с максимальной грубостью.

Он поднимает руки вверх, словно сдается, но и шага назад не делает. Еще и лыбится, гад. Скалится натурально.

Прибью Юльку, это уже запланированная акция у меня в голове. Ведь эта зараза точно знала, кому принадлежит компания, в которую я отправилась на собеседование. И ни слова мне не сказала. Подруга называется.

Мне даже в глаза смотреть Горину не хочется. Противно. Лютый дискомфорт испытываю. Блин, и почему я сегодня отдала дань плоской подошве. На каблуках могла бы выглядеть более устрашающе. Придурок всё такой же высокий. Что логично, блин, не вниз же ему расти. А я всё такая же условная полторашка (ну ладно, во мне метр шестьдесят, но сути это не меняет). Поэтому теперь он очень явно возвышается надо мной.

Кстати, смешно, что во всех смыслах: и по росту, и по положению...

— Для чего устраивала этот цирк, Наташ? — спрашивает он.

Я в ступоре смотрю на него. Больной? Нет, тот факт, что он придурочный, мне и так известен, но вот что оставшиеся извилины в мозгу у него явно раскрутились за пять лет — это что-то новенькое.

— Цирк? Клоун здесь только ты, Мир.

Вижу, как он сдвигает брови и проводит языком по своим губам. Выходит как-то пошло, и мне это не нравится... Смущает, напрягает, бесит даже, я бы сказала.

— Не заливай вот только, что не знала, в чью компанию идешь на собеседование. Ты ведь почти наверняка общаешься с Юлькой, а она отлично обо всем осведомлена.

Молчу. Во-первых, я правда не знала. И подруге за это, естественно, ещё аукнется, как я уже и помыслила в своей голове. В ближайшие часы буквально. Во-вторых, я не обязана сейчас оправдываться. Вот уж не перед этим человеком точно. Поэтому просто игнорирую Горина и собираюсь выйти. Но он смещается за мной в моменте и не дает пройти.

Козлина.

— Будешь удерживать меня здесь силой, Горин?

— Я бы применил к тебе силу в другом месте и только в обоюдное удовольствие, но можем, в целом, и здесь, — Мирослав демонстративно оглядывается. — В переговорхах отличная шумоизоляция.

Двадцать семь лет, а ума так и не прибавилось. В груди закипает злость. Горячая и непривычная. Просто потому что во мне уже давно всё выжжено внутри.

— Хорошо, — бросаю взгляд на часы на своей руке, — У меня ещё есть время, постоим, пока тебе не надоест или сюда не зайдут твои сотрудники.

Горин всматривается в мое лицо, а я старательно отвожу взгляд. Мне настолько непривычно его видеть, удерживать взгляд, утягивающий в черную бездну. Эти темные, глубокие глаза с какими-то золотистыми крапинками. Горин всегда меня ими смущал. А сейчас и подавно. Только теперь мне в целом неприятно смотреть на него и находиться рядом.

— Погоди, то есть ты хочешь сказать, что реально не знала... Ну Юлька, ну хороша. — качает он головой и смеется. У него на щеках появляются ямочки, и он сразу выглядит моложе. На несколько лет. — Слушай, если тебетак нужна эта работа, только скажи, возьму без тестового задания, даже если юрист ты, на самом деле, хреновый. Это не проблема. По старой... м-м-м дружбе.

Без