Десерт для господина - Анна Шерман Страница 11

Мне хотелось смеяться! Мы и раньше шутили, что ТикТок читает наши мысли, чтобы подсовывать нужные видео. А теперь я была практически уверена в этом.

Допив какао, я ещё с четверть часа просидела с отсутствующим взглядом. В университете училось достаточно девчонок, у которых не было никаких проблем. Ведь у них были состоятельные мужчины… Моя гордость всегда тихо шептала: «Не смотри на них, ты сама всего добьёшься! А они в тридцать лет останутся на обочине, когда их папики найдут себе подружек помоложе!» Вот только сейчас всё складывалось с точностью до наоборот: на обочину вышвырнуло меня…

Если бы я могла хоть с кем-то посоветоваться… Но даже такой возможности у меня не было.

Помыв кружку, я снова посмотрела на себя в зеркало. На своё лицо. На фигуру. Сжала ладонями грудь. Провела языком по губам. Состроила соблазнительный взгляд… Не Лолита, конечно… Но ведь хороша.

«Может быть, я войду во вкус? Может быть, так больно бывает только в самом начале? Может быть, он утрирует про «каждую ночь»? Может быть, это мой главный шанс?»

Я натянула на себя утреннее платье, подкрасила губы нежно-розовым блеском и вызвала такси…

Глава 11

Мира

Чем меньше оставалось до офиса профессора, тем слабее была моя уверенность в выбранном решении. Выходила я из такси уже на дрожащих ногах, а мой желудок сжался до размеров грецкого орешка.

«В конце концов! На Никитина заглядывается половина вуза! Сколько девчонок представляют его в своих фантазиях! А занять место рядом с ним он предложил именно мне. И думал обо мне всё это время. Я должна радоваться!»

Сказав охраннику, что пришла к Никитину, я медленно вдохнула, выдохнула и… мой кулак завис рядом с большой дубовой дверью.

«Всё будет хорошо! Через месяц я буду смеяться над своей нерешительностью, попивая дорогущий кофе в ЦУМе!»

Решительно постучав в кабинет, я прислушалась.

— Войдите.

И я вошла…

— Здравствуйте, Владимир Иванович…

— Мира. Вот это сюрприз! Я уже был уверен, что ты решила отказаться… — Никитин встал из-за стола и широкими шагами приблизился ко мне.

— Нет, я… я согласна… — выдерживать его сильный взгляд было крайне сложно, и я опустила глаза на уровень узла его галстука.

— Малышка, ты не пожалеешь, обещаю, — он обнял меня за талию и приник губами к моему рту.

Замерев, я лишь слабо ответила на поцелуй, шевельнув языком. Он явно заметил моё состояние и отодвинулся. Потом прикоснулся к подбородку и задрал мою голову вверх.

— Мира, ответь на один вопрос. Ты действительно хочешь быть со мной или пришла сюда исключительно ради спасения своего студенческого статуса? — его серые глаза пронизывали меня насквозь получше любого детектора лжи.

«Он всё понял. И сейчас сам откажется… Нужно срочно что-то ответить! Что-то вразумительное!»

— Я… Я очень хочу! Я просто… — лихорадочно моргая, я пыталась придумать, как оправдать своё поведение. — Мне… Мне немного страшно… Я же в первый… первый раз, и… Я хочу быть с вами, правда…

Он разглядывал меня ещё с минуту, как будто пытался уловить малейшие признаки вранья.

— Что ж… Если очень хочешь, то докажи. Докажи, что тебе нужен я, а не мои связи в университете.

Я нерешительно сглотнула. На задворках сознания крутились мысли о физической природе доказательств.

— К-как?..

— Как считаешь нужным. Но я должен поверить в твою… симпатию.

В этот раз Никитин явно решил не подсказывать. Я пришла сама, но этого мало. Я ведь и в прошлый раз приехала по собственной воле с целью получить зачёт в обмен на секс.

— Я бы хотел искренних отношений, а не взаимовыгодного сотрудничества, понимаешь?

— Да…

— Ты, конечно, очень смелая девочка, Мира. Но стоит мне прикоснуться к тебе, как я чувствую, что для тебя это скорее пытка, на которую ты самоотверженно соглашаешься ради собственных интересов. Такие отношения мне не нужны…

— Нет, я… Я могу доказать…

— Хорошо, — профессор пожал плечами, будто слабо верил моим словам, и вернулся в своё кресло.

Мне нужно было действовать. Быстро и решительно…

* * *

Никитин

Внушение — прекрасный инструмент для манипулирования людьми. И я умел им пользоваться с ювелирной точностью. Сообщив Мире, что мне нужны настоящие отношения, я состроил слегка разочарованное лицо и уселся в кресло. Было жутко интересно, как она выкрутится. Оставался микроскопический процент вероятности того, что она струсит и убежит, но я почему-то верил в успех разыгранной мной сцены. И не зря.

Стоило мне немного зевнуть, как она трясущимися руками вдруг начала активно стаскивать с себя платье и нижнее бельё. Умничка… Дошло.

Полностью обнажённая, она подошла к моему столу и на секунду замешкалась. Я продолжал беспристрастно наблюдать.

— Чего бы… чего бы вам хотелось?.. — от одного этого вопроса я почувствовал, как тесно стало в брюках.

— А ты сама? Чего хотелось бы тебе? В отношениях между мужчиной и женщиной право на удовольствие имеют оба, — я смотрел на неё снизу вверх и мечтал, что она даст единственно верный ответ.

«Ну же, девочка, не подведи… Папочка верит в тебя!»

— Я?.. — она мельком глянула на мой стол, потом снова посмотрела на меня, опустила глаза на мой пах. Её розовые сосочки в этот момент красноречиво затвердели и топорщились вперёд. — Мне нравится всё, что нравится вам, Владимир Иванович…

* * *

Мира

Я так боялась ошибиться, выбрать не тот вариант, который показался бы ему максимально убедительным, что решила действовать наверняка. Конечно, задыхаться с членом во рту и умирать от боли в заднице мне хотелось меньше всего на свете. Но, по закону подлости, именно один из этих вариантов Никитину приносил максимальное блаженство. Поэтому пришлось смириться с необходимостью терпеть, и я ответила расплывчато:

— Мне нравится всё, что нравится вам, Владимир Иванович…

Он хищно улыбнулся:

— Тогда делай всё, что мне нравится, Мира. Прямо по нашему списку… — он выдвинул ящик, в котором лежала та самая пробка. Большая, металлическая и очень холодная на ощупь.

Я взяла её, несколько секунд порассматривала, чтобы хоть немного согреть в ладонях, потом расставила ноги пошире и попыталась впихнуть в свой анус. Но ничего не вышло.

— Тебе будет проще, если ты нагнёшься. Тело в горизонтальном положении легче принимает в себя инородные предметы…

— Ясно… — я попыталась смущённо улыбнуться и нагнулась к столу, сделав это максимально соблазнительно, как мне казалось.

Коснувшись сосками шершавой деревянной