Лекарство от измен - Ольга Гольдфайн Страница 10

— Рассказывай всё как на духу. Что ты забыла в клубе, и с какого перепугу девушку из благополучной интеллигентной семьи понесло в эту обитель разврата?..

Каждое слово отдаётся эхом в ушах, тело сжимается как от ударов. Взгляд пробирает до костей, и я понимаю, что врать бессмысленно.

Этот зверь чувствует малейшую ложь и не приемлет неповиновения.

Мрак…

Перед лицом мрака нужно говорить только правду и ничего, кроме правды…

Осторожно укладываю вилку рядом с тарелкой, делаю небольшой, едва заметный вдох и начинаю рассказывать всё с самого начала.

С первого курса, когда меня заметил Голубев…

На протяжении моей исповеди Крайнов сидит неподвижно и сверлит меня взглядом.

Я под воздействием этого рентгена не то что соврать, пошевелиться не могу. Вытираю о юбку мокрые ладошки и нервно кусаю губы.

Смотрю то на стол, то в окно. Пару раз встречаюсь глазами с Марком, и меня словно кипятком ошпаривает.

Ему не адвокатом, ему следователем надо работать или государственным обвинителем. Такой прокурорский взгляд не натренируешь, это от природы дано.

И про школу выкладываю, и про подругу-разлучницу, после встречи с которой меня с катушек снесло…

Заканчиваю речь очевидным для всех выводом:

— Сглупила, больше такого не повторится.

Крайнов усмехается:

— Дорого тебе могла эта глупость обойтись. Но раз ты не успела поменять паспорт, может, оно и к лучшему. Есть у меня одна мысль…

Он ставит локти на стол и укладывает на сцепленные в замок руки свой мощный подбородок.

Я вся внутренне группируюсь, готовясь встретить опасность. В том, что предложение не понравится, не сомневаюсь ни на йоту.

Беру дрожащей рукой ложку и начинаю аккуратно помешивать в чашке остывший кофе. Лишь бы деть куда-нибудь взгляд и не смотреть на Марка.

Мужчина осторожно накрывает мою руку своей лапищей и хриплым баритоном, от которого на моей коже встают дыбом волоски, продолжает:

— Вероника, я тебе помог, теперь прошу тебя оказать услугу мне.

— Кккакую, — интересуюсь, слегка заикаясь.

— Так получилось, что пострадала моя репутация, и теперь мне нужно её восстановить. Лучший вариант — жениться на приличной девушке. Ты согласна вступить со мной в фиктивный брак?

Резко дёргаюсь назад и роняю на пол ложку. В тишине звон железа о кафель производит эффект разорвавшейся бомбы.

Лихорадочно мотаю головой:

— Нет, нет, нет! Я не согласна! Я только что развелась! И где на мне написано, что я приличная девушка?

Интуиция мигает внутри лампочками полицейской сирены и орёт: «Ника, даже не думай! Этот монстр проглотит тебя и не подавится! Он опасен!»

Все мои органы чувств обостряются. Слышу, как капает вода из крана в ванной, тикают дорогие часы на руке хозяина. От него пахнет гелем для душа и дезодорантом с древесными нотками. Вижу искорки гнева, вспыхивающие на радужке.

Он не привык слышать слово «нет». Я рискую разозлить хищника и стать его добычей, безмолвной и бесправной.

Надо срочно спасать ситуацию!

— Простите, но я хотела сказать, что не готова к ещё одному замужеству. Мне очень тяжело было после развода, а вчерашние события усугубили травму, и я определённо нуждаюсь в помощи врачей и психологов. Моё ментальное здоровье пошатнулось.

Лепечу и едва не умоляю Крайнова отказаться от своей затеи:

— Вы с вашей внешностью и социальным статусом без труда найдёте другую приличную девушку, которая согласится на время стать вашей супругой.

— Другую, говоришь… А что, если я не хочу другую? — разъярённый мужчина плавно встаёт со стула, а я на инстинктах вскакиваю и срываюсь в сторону выхода.

Но наши физические возможности слишком разные. Марк в два-три шага настигает меня, закидывает на плечо и несёт в спальню:

— Считай, я врач, психолог и психиатр в одном лице, сейчас быстро вылечу твою голову.

'Мамочки! Что я наделала⁈ Надо было согласиться и выторговать себе хоть минимум свободы и отсутствие интимных отношений!

А теперь он получит всё, что хочет…'

Глава 6

Пытаюсь вырваться, дрыгаю ногами и извиваюсь на его плече, но у Марка железная хватка. Получаю звонкий шлепок по попе и команду, словно собаке брошенную:

— Угомонись!

Моё сердце стучит где-то в пятках. В груди всё сжалось, я даже не могу сделать вдох.

Крайнов скидывает меня с плеча на постель и наваливается сверху. Плотно прижимает мои руки, закидывает ногу на бёдра, чтобы не трепыхалась.

Слёзы сами собой катятся по щекам.

Мне страшно…

Невыносимо страшно…

Он такой большой и сильный. Конечно, мне с ним не справиться.

Шепчу:

— Не надо. Пожалуйста. Не трогайте меня. Умоляю вас, не трогайте…

— Шшшшш, тише, малышка, — шепчет в ответ Крайнов.

Голос у него хриплый, зрачки затопили радужку, глаза потемнели. Он тяжело дышит, и я чувствую каменный бугор, который упирается в низ живота.

— Расслабься, дурочка, и послушай меня. Я не собираюсь тебя насиловать. Это не в моих правилах. Женщины сами приходят ко мне и умоляют о сексе.

Но ты не такая, я уже понял. Поэтому дам тебе немного времени прийти в себя.

Если ты не сможешь побороть страх — искалечишь всю свою жизнь, не сможешь в будущем создать семью и родить детей. Или сделаешь ЭКО и останешься матерью-одиночкой.

Вычеркни то, что произошло вчера вечером. Удали это воспоминание, как кусок грязи в своей голове.

Ну, было и было, какой смысл окунаться в прошлое?

Я сделаю так, что ты почувствуешь, что значит быть рядом с сильным мужчиной. Ты получишь защиту, финансовую стабильность и удовольствие в постели. В ответ я попрошу лишь ласки и верности на период нашего брака.

Согласна?

Мужчина смотрит мне в глаза и буквально гипнотизирует. Тело парализовано, не могу двинуть ни рукой, ни ногой. В голове сплошной туман. Морок.

«Мрак наслал Морок», — звучит в голове внутренний голос.

Понимаю, что это ненормально — цепенеть под чужим влиянием. Чувствую себя слабой мухой, попавшей в липкую паутину. Коварный паук сплёл крепкую сеть и сейчас опутывает меня обещаниями, страхом, искушением, соблазном…

Марк приближается и начинает нежно сцеловывать с моих щёк слёзы.

— Не упрямься, малышка, обещаю, тебе понравится быть со мной…

С трудом выталкиваю из себя два слова:

— Почему я?

Неужели я в прошлой жизни сделала что-то настолько ужасное, что теперь вынуждена расплачиваться за этот грех, подвергаясь насилию…

Крайнов отстраняется и садится на кровати. Он чувствует, что я уже никуда не денусь. Жертва без сил и можно не беспокоиться.

— Когда я увидел, как ты танцуешь, у меня все внутренности