Клятва крови - Пайпер Рейн Страница 8

– Вот еще! – прищурившись, огрызаюсь я. – Забавно наблюдать, как ты строишь из себя ворчливого старикашку, придираешься к каждому моему слову и делу. Вот только не припомню, когда это ты моим папой заделался.

Марчелло, стиснув зубы, готовится высказать что-то, когда Мира гладит его по бедру, и он снова оборачивается к Николо.

Мира подмигивает мне. Она обещала сдерживать моего братца, чтобы он не вел себя как властный родитель. Посмотрим, удастся ли ей. Ошеломительных результатов я не жду.

Мне кусок в горло не лезет, в животе слишком уж неспокойно. Огромных усилий стоит не смотреть на Габриэле, и это бесит, учитывая, что он наговорил мне в последний раз. Мне бы ненавидеть его, испытывать отвращение, желать ему смерти. В Майами он открыто показал, как относится ко мне, и все же я затылком чувствую на себе взгляд его глаз цвета начищенной меди. Мое присутствие, похоже, его сильно раздражает.

– Пойду искать свою аудиторию, – говорю, вставая из-за стола. – Увидимся позже, ребята.

– Приятного дня, – желает Мира.

Парни тоже вяло прощаются, лишь на мгновение прервав свой разговор.

Махнув Софии и Антонио за столом Ла Роса, я направляюсь к выходу.

Не в силах сдержаться, все-таки оборачиваюсь на стол Витале. У меня снова перехватывает дыхание, стоит встретиться взглядом с Габриэле. На его лице выражение полного безразличия, ни капли эмоций. Ни малейшего признака интереса или желания. Я невольно задумываюсь, выходя в двери: раз он не хочет меня знать, чего тогда пялится?

Я выхожу из кабинета информатики, и меня окликает какая-то девушка:

– Постой!

Я оборачиваюсь и жду. У девушки каштановые волосы чуть ниже плеч и голубые глаза. Из какой она семьи – непонятно, однако, судя по цветам юбки, она итальянка.

– Ты ведь сестра Марчелло, да?

Я невольно хмурю брови. Так вот за кого меня здесь держат?

– Прости, прости, – отмахивается она. – Я не знаю твоего имени. Меня Бьянка зовут.

– Ария. Приятно познакомиться. Ты из какой семьи?

– Аккарди. Я кузина Данте. – Данте Аккарди в этом году оканчивает академию и стоит первым в очереди на место главы юго-западных территорий. С Данте я не знакома, зато наслышана о нем. Понятия не имею, как мы с ним не пересеклись на венчании Антонио и Софии. Может, потому, что гостей было пять сотен человек?

– Ты только поступила? – спрашиваю.

Бьянка кивает.

– Да. У меня тут родственники, но они моих интересов не разделяют. Я хотела узнать, вдруг ты захочешь как-нибудь оторваться. Говорят, ты в этом дока.

Я на миг замираю. Ей известно про случай в Майами?! Да нет. Я медленно расслабляюсь: про Майами никто не в курсе. Разве что один-единственный человек. В противном случае братец уже давно посадил бы меня под домашний арест.

– Да, – натянуто улыбаюсь я, – люблю оторваться время от времени. В нашем положении свобода – большая роскошь.

Бьянка закатывает глаза.

– И не говори. Слава богу, у меня одни сестры. Хотя Данте сам распутничает направо и налево, но не приведи боже нам с сестрами хотя бы заговорить с мальчиком…

– Вот именно!

Дальше мы идем вместе и болтаем совершенно непринужденно.

Общаться с представителями других итальянских кланов не запрещено – не то что с русскими, ирландцами или членами картеля. Нельзя только слишком сильно сближаться. Доверие между кланами – штука хрупкая, если не сказать зыбкая.

Однако Бьянка мне нравится. Она прикольная и очень похожа на меня.

Я люблю Миру и Софию, в академии учатся и другие девчонки из нашей семьи, но отчасти я поступила сюда, чтобы понять, кто я за пределами клана. Очень хочется завести собственных друзей, выяснить, кто я есть.

Вполне возможно, что в определенный момент Марчелло подберет мне пару из нашего мира, и если к тому времени я не найду себя, иного шанса уже не будет. Марчелло заставит меня играть роль, которую назначит сам, и мне останется только втиснуться в эти рамки.

У развилки на тропинке мы останавливаемся, и Бьянка указывает вправо.

– Думаю зайти в кафе «Амброзия» и уже потом вернуться в Рим-хаус. Ты как?

Я мотаю головой.

– Сразу назад. Хочу до ужина успеть сделать домашку, чтобы вечер посвятить себе.

– Ладно. А не хочешь вечером потусить?

– Конечно. Я только «за». – Достаю из сумки школьный телефон, гаджет без связи с внешним миром и предназначенный для переписки с однокашниками и администрацией. – На вот, вбей свой номер.

Бьянка создает контакт и отправляет самой себе сообщение.

– Вот, теперь ты у меня тоже есть. Напишу после ужина.

– Хорошо, буду ждать.

Наши пути расходятся, но по дороге в общагу я чувствую тепло в груди. Нет, лучшими подругами нам с Бьянкой не стать, мы же из разных семей, однако дружить все равно можем. Именно за этим я и поступала сюда, в академию, где создам собственную жизнь, обрету себя настоящую.

6. Габриэле

В итальянской общаге иду к лифту, чтобы подняться к себе на пятый этаж, а у кабины меня поджидает Данте Аккарди.

– Витале, – обращается он ко мне.

– Данте. – Я киваю ему в знак приветствия и прохожу в дальний угол. Этот парень мне не нравится. Он позер, любит привлекать внимание. Слишком наглый.

И еще я не дурак, чтобы поворачиваться к нему спиной в замкнутом пространстве. Пусть даже в кампусе запрещено насилие.

– Так-так, что это у нас тут? – бормочет он себе под нос и успевает нажать кнопку задержки дверей. – Привет, красотка. Нас вроде бы не представляли друг другу?

Сперва я не вижу, к кому он обращается, а потом девушка входит в кабину. И я стискиваю зубы… встретившись взглядом с Арией. Впрочем, она тут же поворачивается ко мне спиной и становится возле Данте.

– Зато я точно знаю, кто ты. – И она смотрит на него своими выразительными глазами.

Да чтоб меня! Какая она милая и невинная, этот юбочник Данте сожрет ее с потрохами. Она станет очередной его жертвой в длинном списке использованных девушек.

– Данте Аккарди. – Он протягивает ей руку. Джентльмен выискался!

Позорище.

– Ария Коста. – Она пожимает ему руку, и он еще какое-то время не отпускает ее, держит. – Я познакомилась с твоей кузиной. Классная девчонка.

Данте со смехом проводит рукой по вьющимся светло-каштановым волосам.

– Будь осторожна с Бьянкой. С ней неприятностей не оберешься. – Он встает ближе к Арии. – Со мной тоже, конечно. Но вдруг тебе нравятся неприятности?

– Придержи коней. – Слова сами срываются с моих губ.

Данте