Вакцина любви - Дейдра Дункан Страница 14

– Ты ехал за мной, Джулиан. Не отрицай.

– Ты уверена?

Я скриплю зубами, достаточно громко, чтобы он услышал.

Он опускает взгляд, усмехается и лениво постукивает костяшками пальцев по крыше кабины.

– Я не следил за тобой. Я здесь живу.

– Нет. Это я здесь живу.

Он обводит взглядом территорию, и зловещие тени от уличного фонаря играют на его лице.

– Это жилой комплекс, Сапфир. Полагаю, здесь живет больше одного человека.

Не может быть.

– Так ты жил здесь все это время? – спрашиваю я, не веря своим ушам.

Он жует жвачку, склонив голову и внимательно изучая меня.

– Да, Сапфир. Я живу здесь уже несколько недель.

Я ахаю.

– Значит, дом проклят?

– О, я определенно приложил к этому руку.

– Похоже, мне пора переезжать, – бормочу я, разворачиваясь к лестнице.

Серьезно, я не могу жить с ним в одном комплексе. Что за черт?

– Это сделало бы мою жизнь более приятной, – тихо бормочет он.

Джулиан следует за мной по первому пролету, и по моей спине пробегает странное, почти приятное тепло, когда я представляю, как он смотрит мне вслед.

– Ты в курсе, что у тебя кровь на форме?

Я резко останавливаюсь на лестничной площадке, и он врезается в меня. От неожиданности я заваливаюсь на перила. Он хватается одной рукой за них для равновесия, а другой рукой обхватывает меня за плечо, чтобы удержать. Целых две секунды его поджарое тело прижимается к моей спине, и я понимаю, что тонкий хлопок медицинской формы ничего не скрывает: ни твердости мышц, ни тепла кожи.

Он не крупный и не мускулистый, но я ожидала, что он окажется мягче. Гораздо менее пугающим, чем эта угловатая сила, теперь запечатленная в моей памяти.

Джулиан отстраняется:

– Прости. Все хорошо?

Я поворачиваюсь, чувствуя, как краска заливает лицо.

– Да. Извини.

– Все в порядке. – Он покашливает. – На каком ты этаже?

Я указываю на свою квартиру:

– На втором.

Он кивает, предлагая мне первой пройти по лестнице. Я нерешительно замираю на площадке.

– А я живу на третьем. Спокойной ночи, Сапфир.

После чего Джулиан не спеша и непринужденно поднимается по ступеням, держа спину прямо.

– Меня зовут Грейс! – кричу я ему вслед.

– Точно. – Он даже не оборачивается. – В следующий раз запомню.

Глава 5

Джулиан

Ноябрь, первый год обучения

Опершись на стену кабинета для диктовки, я крепко прижимаю телефон к уху.

– Да, мам. Мой рейс во вторник…

– Джулиан, если ты пропустишь День благодарения, я клянусь…

– Я уже купил билет и точно приеду домой.

– И так плохо, что ты пропускаешь Рождество. Кто вообще работает в праздники?

Я вздыхаю:

– Новорожденных это мало волнует, мам.

В ее голосе слышится укор:

– Твои сестры с таким нетерпением ждут встречи с тобой. Они говорят, что ты совсем им не пишешь.

– Я работаю девяносто часов в неделю.

Она фыркает в трубку:

– Чтобы отправить сообщение, нужно семь секунд, сынок.

– Мам, мне пора. Я должен работать.

– Только попробуй пропустить этот рейс, Джулиан!

– Пока.

– Джулиан…

Я кладу трубку и прижимаю ладонь к глазам, пытаясь унять раздражение.

С тех пор как умер папа, когда мне было всего два года, мама целиком сосредоточилась на детях. А так как я – младший ребенок, мои новые личные границы вызывают у нее раздражение и пробуждают властные материнские инстинкты.

Сестры все понимают, но мама, кажется, не осознает, как усердно я работал, чтобы добиться своего нынешнего положения. И уж точно не задумывается над тем, что я выбрал этот путь из-за опасного для ее жизни кровоизлияния, которое произошло, когда мне было пятнадцать лет. Мы ее чуть не потеряли. Я еще никогда и ничего так не боялся.

Джулиан-подросток был маменькиным сынком.

Я хмурюсь.

Я ведь все еще маменькин сынок, не так ли?

Боже. Мне никогда от этого не избавиться.

Мой взгляд падает на телефон, и я быстро набираю сообщение.

Я: Мама снова пытается вызвать у меня чувство вины.

Тори: Полагаю, ты это заслужил, Пу.

Это чертово прозвище! Все началось с Пупсика, после трансформировалось в Пупса, а теперь стало просто Пу.

Тори: О, она уже написала мне об этом.

Тори присылает скриншот их переписки с мамой, где та подробно перечисляет мои «прегрешения».

Ма: Джулиан бросил трубку.

Ма: Не думаю, что он приедет на День благодарения.

Ма: Пожалуй, я продам его мебель.

Ма: Виктория, ты здесь?

Ма: Твой брат бросил нас.

Ма: Ты привезешь яйца?

Ма: Как думаешь, у него есть девушка?

Тори: Да, я привезу яйца.

Ма: Нам нужно пригласить его девушку.

Подавляя стон, я засовываю телефон в карман белого халата. Типичная пассивная агрессия от мамы, когда ей кажется, что я поступил неправильно. Она устраивает мне молчанку, что одновременно и облегчение, и кошмар, вызывающий во мне чувство вины.

Придется перезвонить ей позже.

Мой телефон снова вибрирует, но я игнорирую сообщение от Ребекки – ординатора по терапии, которую Грейс натравила на меня пару месяцев назад. Ребекка чертовски настойчива и просто выматывает меня своим напором. Совсем скоро я окажусь на нежелательном свидании с ней, и все «благодаря» Грейс Роуз.

Однажды я найду изощренный способ отплатить ей за это.

Я замечаю на подоконнике маленький колючий кактус с красным цветком, быстро делаю снимок и отправляю Грейс с подписью: «Нашел это. Напомнило мне о тебе».

Колючая и красная. Идеальное описание Грейс Роуз.

Мой старший ординатор, Сарабет Штайнер, – невысокая добродушная полная женщина – заглядывает в комнату для диктовки.

– Эй, Сантини, закончил разговор?

– Да.

– Тогда пошли обедать.

Она поправляет очки и жестом приглашает меня следовать за ней.

Вместе мы оказываемся в комнате отдыха для ординаторов и морщимся, глядя на предложенное меню.

– Ненавижу рыбную пятницу, – ворчит Сарабет.

Я киваю.

– Сделаю-ка я себе сэндвич.

Комната небольшая, и основное пространство в ней занимают круглые столы с разнокалиберными стульями.

У стойки с закусками я сталкиваюсь с Алешей.

– Что нового, Сантини?

Широкая улыбка обнажает ее ровные зубы, и она заправляет несколько синих прядей за ухо.

Я киваю на ее волосы:

– Новая прическа?

Она бросает на меня недоуменный взгляд:

– Не буду же я долго ходить с одной и той же прической.

Только я собрался засмеяться, как смех внезапно замер в горле, а по спине пробежала дрожь.

Как мое тело узнает