Остров порока и теней (СИ) - Лейк Кери Страница 46

— Ты собираешься трахнуть меня, Тьерри, или будешь задавать вопросы всю ночь?

Боль простреливает мне череп от скрежета зубов, и я заставляю себя отступить от неё.

— Ты можешь заказывать еду за мой счёт. Доброй ночи, мисс Джеймс.

— И это всё? Ты поселил меня в каком-то роскошном грёбаном отеле. Чинишь мою машину чёрт знает за какие деньги. И теперь говоришь сидеть здесь и заказывать еду навынос три дня подряд? Люди не делают хорошие вещи просто так. Мужчины — особенно. А ты уж точно не святой. Ты пытался развести меня на секс раньше, так в чём дело?

— Вот ты мне и скажи. Кто ты такая?

— Забудь. Я не собираюсь играть в эту игру. Если мы не трахаемся, я иду спать.

— В таком случае, bonne nuit65.

— Bonne nuit, — передразнивает она, явно злясь, что я отверг её снова.

Хорошо.

Быстро поправив член в штанах, я выхожу из её номера, мысленно отчитывая себя, пока закрываю за собой дверь.

На полпути по коридору я набираю клуб. Миранда отвечает на третьем гудке.

— Здравствуйте, мистер Бержерон.

— Мне нужно, чтобы ты сегодня закрыла всё сама. Ты знакома с графиком Бри?

Я дал своей управляющей выходной, и, несмотря на всю головную боль и проблемы, которые мне доставляет её сестра, должен признать — я ненавижу ночи, когда Бри не работает.

— Отлично знакома, мистер Бержерон.

— Хорошо. Завтра утром проверю все цифры. Проследи, чтобы Броку заплатили.

Брок — клубный промоутер, которого мы наняли, когда всё только начало набирать обороты. Вероятно, главная причина, почему клуб сейчас процветает. Он привёл множество крупных игроков, привлекая красивых женщин и своих приятелей-королей соцсетей. Это была стратегия, которую я предложил Хулио много лет назад, и, к счастью для меня, она сработала. Иначе, подозреваю, я бы давно был просто кучей костей под землёй.

— Сделаю. Он сегодня привёл какого-то важного типа из Дубая. Ты бы видел, сколько бухла было у них на столе, чёрт возьми.

— Великолепно.

— Доброй ночи, мистер Бержерон.

Пока сексуальное напряжение терзает мою молнию, я спускаюсь на лифте в лобби. Двери открываются, и я резко замираю, мышцы натягиваются, как узлы под кожей.

— Арик.

Грязный федерал стоит рядом с Марсель, которая, как обычно, отводит взгляд от меня.

— Вижу, ты решил остаться на острове на ночь.

— Ах, не смог устоять перед компанией.

Он шлёпает её по заднице, и Марсель дёргается вперёд.

— Ты ведь не против?

Я намеренно смотрю ей прямо в глаза и замечаю едва заметный кивок, прежде чем она снова отводит взгляд.

— Пока это по согласию и не на моей территории.

Хитрая девочка. И я мало что могу сказать или сделать, учитывая, что сейчас она не на моей смене.

— Хотя это бы ничего не изменило. Так что привело тебя в это прекрасное заведение сегодня вечером?

— Дела, как всегда.

— Ну, знать о твоих делах — тоже моё дело.

Только ради множества переговоров, которые понадобились, чтобы затащить этого ублюдка в схему, я продолжаю играть.

— Я здесь, чтобы проверить удобства для одного очень важного гостя.

— И кто же это?

— Бизнес-магнат из Дубая. Сейчас он в клубе и спускает тысячи долларов на выпивку.

Мне не нужно разжёвывать. Чем лучше идут дела у клуба, тем выше его шансы заработать.

— Хороший человек. Миру нужны подлизы. Слушай, раз уж ты здесь, может, заодно проверишь и мои удобства?

— Иди трахни себя сам, Арик.

— Осторожнее. Не хотелось бы тебе в одиночку разрушить такую прекрасную дружбу, как наша. Это было бы трагично.

И это вполне может случиться, если моё давление не придёт в норму в ближайшие пару минут.

— Если позволишь, мне нужно вернуться в клуб.

— Позволяю. А мне нужно попасть в номер, пока я не раскрасил стены лифта своей спермой.

От его мерзкого смеха во мне звенит желание убивать.

Свиньи чище и куда любезнее этого ублюдка.

Мы расходимся, но в тот момент, когда он заходит в лифт и двери закрываются, я резко разворачиваюсь и иду к лестнице. Три пролёта вверх, и я выхожу, держась на приличном расстоянии позади Арика и Марсель, которые сворачивают за угол. Тот самый угол, ведущий в тот же коридор, где находится номер Карли.

Удивительно, как один обычный вечер может стать настолько грёбано сложным.

Когда они скрываются из виду, я ускоряюсь, и фигура выныривает из-за угла.

При виде неё мои мышцы одновременно напрягаются от ярости и цепенеют от похоти. В руке у неё ведёрко для льда, и эта ничего не подозревающая маленькая катастрофа застенчиво улыбается, поднимая его, пока подходит ко мне.

— Не подскажешь, где девушка может раздобыть лёд?

— Что ты делаешь вне своего номера?

— А что ты всё ещё здесь делаешь? Я думала, ты ушёл.

Схватив её за руку, я направляю её обратно к номеру.

— Эй! Отпусти меня!

— Тихо.

— Нет, я не буду молчать.

Мы заворачиваем за угол и видим Арика, прижатого к Марсель, пока они целуются прямо у двери, которая, насколько я понимаю, ведёт в их номер.

Через две двери от Карли.

Закрыв ей рот рукой, я резко тяну её назад к себе и прижимаюсь к стене, вне поля зрения Арика. Пока она извивается у меня в руках, я стараюсь игнорировать, как её зад трётся о мой пах, и тот факт, что необходимость заставить её замолчать возбуждает меня сильнее, чем следовало бы.

Когда раздаётся сигнал считывателя карт, я выглядываю за угол и, увидев, как эти двое вваливаются в номер, отпускаю это бойкое маленькое животное.

— Никогда больше не…

Я снова зажимаю ей рот рукой.

— Мы уходим. Сейчас же. Собирай вещи.

Наконец уловив серьёзность ситуации, её бунтарский блеск смягчается.

— Что происходит?

— Те плохие люди, о которых я говорил? Один из них здесь.

— Тот парень из карточной игры?

— Он тебя видел?

— Не знаю. Его голова была запрокинута, а рука какой-то девицы была у него в штанах. Её лица я не видела, зато его — очень даже. Наверное, он мог мельком заметить меня сквозь всё это.

— Пошли.

С большей силой, чем намеревался, я тащу её обратно по коридору и жду, пока она найдёт карту от номера. Оказавшись внутри, я достаю пистолет у бедра и быстро осматриваю помещение.

— Собирайся. Я отвезу тебя в другое место.

— Ты только что заплатил четыреста долларов за номер. И ещё пятьдесят за макаруны, которые сейчас принесут.

— Я заплатил пятьдесят долларов за макаруны?

— Они французские. А чего ты ожидал? И я их люблю. Ты сам сказал брать всё, что захочу.

— Сейчас мне плевать на деньги. Хватай вещи.

— И куда ты собираешься меня теперь отвезти?

— Пока не знаю.

ГЛАВА 20

Селеста

Прохладный кондиционированный воздух обдувает мои ноги, пока я сижу на пассажирском сиденье грузовика Тьерри, припаркованного у третьего отеля, который мы попробовали сегодня вечером. Очевидно, предстоящий карнавал вместе с каким-то проходящим съездом забронировали все отели и мотели на многие мили вокруг — за исключением самого дорогого, конечно. И, как выясняется, я не могу туда вернуться.

Через окно офиса клерк кланяется и качает головой, почти не поддерживая зрительный контакт на протяжении всего их разговора, будто боится сказать ему, что свободных мест нет. Все, похоже, почему-то боятся этого мужчину. Ранее я наблюдала, как какой-то работник техобслуживания выходил из второго мотеля, где мы остановились, и держался от Тьерри на почтительном расстоянии, пока тот направлялся к лобби. Что именно в нём вызывает у них такой страх?

Он выходит из офиса мотеля, проводя рукой по лицу. Явно раздражённый, но за то очень короткое время, что я его знаю, его эмоции едва ли когда-либо выходили наружу. Они остаются глубоко внутри и тревожно спокойными.

Тихие воды глубоки, как всегда говорил Расс о таких типах личности. Предупреждение, которое тогда я не до конца понимала, но теперь оно имеет идеальный смысл.