Непристойное Рождество - Тадж Сиктерат

Тадж Сиктерат

Непристойное Рождество

Дисклеймер

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и события являются плодом воображения автора или используются в вымышленном контексте. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, местами или событиями является случайным.

[Это относится и к вам: Кен, Кевин, Кайл, Чад, Карен и Сьюзен. Вы не найдете здесь своих имен, но, честно говоря, это не о вас. Точно не о вас. Я серьезно.]

С КЛЯПОМ ВО РТУ В ПРЯНИЧНОМ ДОМИКЕ

ТРИГГЕРЫ: Кляп во рту, ложное заключение, похищение, упоминание об убийстве, главный герой психопат.

Нора

Последнее, что я помню, - это как я иду по улице и чувствую, что кто-то следует за мной. Я мельком вспоминаю, как резко свернула в маленький переулок, по которому ходила чаще, чем любой здравомыслящий человек.

Я знаю этот город как свои пять пальцев, поэтому была уверена, что никто в здравом уме не последует за мной. Но, по-видимому, они последовали. Мой затылок пульсирует от боли, должно быть, кто-то ударил меня сзади, чтобы вырубить и притащить... ну типа, сюда?

Я медленно поднимаю голову, чтобы осмотреться. Я не могу пошевелить конечностями; не нужно быть гением, чтобы понять, что я привязана к стулу. У меня во рту какой-то предмет; не знаю, что именно, но мне явно заткнули рот, как поросенку на праздничном блюде, и я никак не могла позвать на помощь. Тот, кто похитил меня, явно все спланировал заранее.

Я не настолько популярна, чтобы быть похищенной или стать мишенью для убийцы. Честно говоря, я ничем особенным не выделяюсь — уж точно не настолько наивна, чтобы предполагать, что меня похитили только потому, что мои подкасты о реальных преступлениях набрали пару тысяч лайков.

И если похищение в случайный четверг вечером — это ещё не всё, тот, кто стоит за этой глупой выходкой, решил ещё больше усложнить ситуацию, заперев меня в чём-то, похожем на пряничный домик.

Дверь открывается, и я напрягаюсь всем телом от пронзительного звука. Медленно я поворачиваю голову в ту сторону и несколько раз моргаю, пока не понимаю, что вижу реальность, а не плод своего воображения.

В дверях стоит человек. По одежде и фигуре под плотным слоем одежды я могу определить, что это мужчина. Я не знаю, кто это, потому что лицо закрыто маской, которая, на мой взгляд, так же ужасна, как и чертовски глупа.

Представьте глазурь от пряничного человечка, но страшнее — и неоново-зеленого цвета.

Как бы мне ни хотелось потребовать ответов, я не могу. То есть, я пытаюсь, но каждое слово выходит из меня приглушенными звуками, которые напоминают мне рычание бешеного животного, а не речь.

– С Рождеством, Нора, - говорит мой похититель и подходит ближе. – Я знаю, как сильно ты ненавидишь праздники, но я все равно принес тебе подарок.

Подождите, кажется, я знаю этот голос. Конечно, я не слышала его много лет, но я не могла спутать его ни с чем другим. Никто не смог бы забыть голос, который годами преследовал их в кошмарах.

– Вот, - шепчет он, когда подходит так близко, что я могла бы схватить его, если бы не наручники. – Я знал, что ты не забыла меня, знал, что они все лгут. Ты никогда меня не забудешь.

Мои глаза расширяются, когда он наклоняется так близко, что неоновый свет маски почти ослепляет меня.

– Кто угодно, только не ты, Нора. Ты единственная, кому было не все равно, единственная, кто слышал меня, когда я говорил, единственная, для кого это имело значение.

Он медленно отстраняется от меня и достает маленькую бархатную коробочку, которую прятал за спиной.

– Я принес тебе это. Ничего особенного, но я уверен, что тебе все равно понравится. Хочешь посмотреть?

Я наблюдаю, как он нервно перекладывает коробку из одной руки в другую, и решаю подыграть, на случай, если у него на уме что-то более мрачное, чем похищение меня. Я медленно киваю и жду его реакции.

Кэллум нетерпеливо открывает коробочку и разворачивает ее, чтобы показать мне потрясающее кольцо с изумрудом.

– Зеленый - твой любимый цвет, верно? Я прослушал все твои подкасты, но не слышал, чтобы ты упоминала об этом, поэтому я предположил, что всё осталось по-прежнему, как в детстве.

Мой взгляд метался между кольцом и ужасной маской.

Как я должна реагировать на это безобразие? Мне заткнули рот кляпом, привязали к стулу после того, как он ударил меня по затылку с такой силой, что я потеряла сознание, затем притащил в это место, а теперь, по какой-то странной причине, он дарит мне кольцо?

– Я знаю, это нелегко принять, но я уверен, что ты понимаешь. Ты всегда понимала меня, как никто другой.

Кэллум закрывает коробку и начинает ходить по комнате, как зверь в клетке.

– Я сделал это, - он повышает голос и обводит рукой комнату, – я сделал все это для тебя. Это место - точная копия дома нашего детства, но я превратил его в пряничный домик, потому что это рождественская декорация. Я знаю, тебе не нравится это время года, но я подумал, что могу это изменить. Мы можем забыть плохие воспоминания, Нора.

Он останавливается, поворачивается ко мне и снова подходит на шаг ближе.

– Мы можем забыть их вместе. Только ты и я. Наконец-то, только мы.

Слезы наворачиваются на глаза. Я годами ходила на терапию, чтобы забыть наше общее детство, но вот он стоит, утверждая, что мы можем все исправить просто потому, что он так решил.

Некоторые вещи легче сказать, чем сделать, и в этот момент сам факт того, что Кэллум стоит передо мной, скорее напоминает о кошмаре, чем дает возможность забыть.

– О, нет, нет, нет, не плачь, малышка Нора, - бормочет Кэллум и опускается на колени перед стулом, к которому я привязана. Его дрожащая рука тянется, чтобы вытереть слезы, которые текут из моих глаз.

– Не плачь, детка, я здесь. Я никуда не уйду, не в этот раз. У них больше нет власти над нами, я здесь, чтобы остаться, они больше не смогут заставить меня уйти.

Я хочу кричать, бушевать, требовать, чтобы меня отпустили, но он успешно отбирает у меня все шансы на это. Даже