Академия Форхиллз - Дарья Михайловна Сорокина Страница 5

Не ожидала от этого парня таких откровений. Он вдруг осёкся, словно испугался, что лишнего наговорил и снова напустил на себя надменно холодный вид, что ему совсем не шло. Я же хотела обнять его. Ещё одна страница истории о моей сестре. Я словно стираю конденсат с ее портрета. До этого момента четкой там была лишь черная траурная лента, а теперь Ви стала чуточку живее и реальнее.

— Спасибо, — поблагодарила парня, чтобы он перестал грузиться, и он снова дёрнулся от моих слов, словно я кнутом его по спине стеганула.

— Не говорите госпоже Теймроуз, что я посмел открыть рот. Мне не следовало говорить без должного уважения о леди Вианор. Да и матушка меня точно заругает.

— Не скажу. Ни своей бабке, ни твоей матушке. Тогда и тебе совет. Беги отсюда. Они тут все сумасшедшие, — я покрутила пальцем у виска, надеясь, что мой спутник рассмеётся, но в его пустых глазах не было ничего кроме лакейской

покорности.

— Как скажете, леди Вивьен.

Мы подъехали к главному входу в дом. Парень помог мне выбраться из гольфкара, а после поспешил куда-то прочь от дома, даже не взяв с собой зонт.

Странный. Какие поручения у него могут быть в лесу в такую-то погоду? Потому что бежал он именно в лес. Даже имени его не спросила. А он был очень вежлив и по-настоящему добр со мной. Неважно, все равно я скоро уеду отсюда и больше не вернусь.

Толкнула двери в поместье. Внутри было тихо. Слуги прибирались, переставляли цветы, убирали посуду с закусками, вполголоса переговаривались, а завидя меня отводили глаза и склоняли головы. Лишний раз убедилась, что хочу поскорее сбежать отсюда, только бы найти маму.

Обошла гостиную, и уже собиралась подняться наверх, как увидела ее спящую на одном из диванчиков. Она подложила ладони под голову и напоминала ангелочка с фресок. Пухлые губки, щечки и завитки волос. После дождя пряди у нее всегда начинают закручиваться. Протянула к ней руку в каком болезненном желании облегчить ее состояние, но быстро отдернулась.

Что она будет чувствовать теперь, глядя на меня? Я точная копия ее безвременно ушедшей дочери, и если фотографии на можно убрать, чтобы унять скорбь, то я всегда буду рядом. Буду вечным напоминанием ее утраты. Да и самой от себя мне никуда не деться. От своего голоса, отражения в зеркале, собственного мятежного сердца.

— Не буди ее, Вивьен, — мягко попросила бабушка.

Она уже успела переодеться в домашнее, и больше не выглядела неприступной скалой. Алую помаду сменило что-то нюдовое, да и шпилек в волосах стало меньше, мягкой волной седоватые пряди падали ей на плечи.

— Сегодня вы останетесь здесь, — она не спрашивала, а констатировала факт. — Погода портится.

В подтверждение ее слов за окном вспыхнуло, а через несколько секунд раздались раскаты грома.

Интересно, тот парень вернулся? Я волновалась о слуге, хотя даже имени его не знала.

— Дождь мне не помеха, я и не в такую погоду ездила за рулем, — возразила я.

Ни секунды тут не останусь.

— Пожалей Беатриче, она только-только успокоилась, Вивьен.

— Дома она быстрее пойдет на поправку, — не сдавалась я и с вызовом глядела бабушке в глаза.

— Здесь тоже ваш дом, — напомнила она, а за окном снова угрожающе блеснуло. — Тем более нотариус еще не приехал, вы не можете уйти, не услышав оглашения завещание.

Мне совсем не понравилось ее “не можете". Еще как могу, могу, но… Меня в тот же миг пригвоздило к полу. Я чувствовала на себе силу убеждения Авелин Теймроуз, и хоть меня вселенная не наградила этим даром, но долгое время я могла противиться ему. Сейчас же ноги мои не слушались меня, а разум начал туманиться.

Хлопнули дверью, и бабушка с раздражением повернулась на звук, а я чуть выдохнула, избавившися от воздействия. На пороге стоял старик Эшрейвен со своей компаньонкой. Я видела, как губы Авелин кривятся от совсем не радушной улыбки.

— Редмонд, может быть чаю? Вы там не замерзли с Керри?

— Было бы чудесно, Авелин. Хочу ваш фирменный чай с шиповником.

— Я отдам распоряжение слугам.

Все их общение было натянуто вежливым, я же гадала, зачем на оглашение завещания остался старый ворон.

Ноги потащили меня вслед за бабушкой. Я вполне могла бы воспротивиться ее внушению, и уже чувствовала, как сбрасываю оковы, но решила подыграть и изобразить покорность.

— Что же ты задумала, Вианор, — искренне сокрушалась Авелин. — Зачем вписала его в завещание? Зачем связалась с Эшрейвенам и Торнхартами…

Я даже споткнулась. Ви имела какие-то дела с этим жутким типом? Теперь его приглашение на чай выглядело даже заманчивым, он явно был близок с моей сестрой, раз она упомянула его в такой важной бумаге. Но почему здесь нет самого Шона Торнхарта? Если он был чуть ли не женихом сестры, почему не остался на погребение и почему Вианор не включила его в завещание.

Снова вопросы. Может одна ночь в особняке не самая плохая идея? Узнаю перед отъездом хоть что-то иначе сойду с ума от догадок.

Очередная вспышка, и даже свет моргнул.

— Вы не видели Верни? — тревожно спрашивала кухарка у остальных слуг. — Он уже должен был вернуться.

На её бледных щеках были щедро рассыпано темные веснушки. Несложно догадаться, чья это матушка.

Глава 2 Очень долгая ночь

Виви

Значит, того парня зовут Верни. Я уже хотела было сказать, что видела, как он помчался в лес по каким-то делам, как кто-то из слуг успокоил женщину.

— Я видел его минут пять назад, Хейзел. Он промок и пошёл переодеваться.

Кухарка выдохнула и убрала руку от сердца.

Пять минут назад? Шустрый малый. И когда он успел?

Но мне не дали более ломать голову над этим ребусом. Бабушка засуетилась и начала сгонять всех в библиотеку.

— Звонил нотариус. Он уже подъезжает. Прошу последовать за мной. Чай отнесут уже на место.

Кто-то осторожно растормошил мою маму. Она долго моргала, пыталась понять, где находится и, кажется, даже на какое время забыла о причинах, по которым мы гостим в особняке Теймроуз. А потом она вцепилась в платок, которым её укрыли и начала раскачиваться из стороны в сторону.

Отвернулась. Это уже сильнее меня. Не могут смотреть на страдания ма, не могу ей помочь. Ничего не могу. Но