Любимая двойная попаданка - Дора Коуст Страница 48

— С кровь драконы впитывать память отец, — с важным видом ответил орк.

— Понятнее не стало, — рассмеялась я.

Ощущала себя на грани истерики. Нам только оравы маленьких драконов для полноты картины и не хватало. Как мы будем возвращаться с ними вниз? Где их держать, когда мы поплывем до ведьмы?

Сыто отвалившись от пальца Арса, дракошка плюхнулся на попец, чихнул и выплюнул огненный сгусток, чему сильно обрадовался. Даже на Арсарвана взглянул, мол, смотри, папаня, вот как я могу, давай хвали меня.

Бледный граф решил встретить эту новость сидя.

Красный ящер тут же воспользовался немощью отца и забрался ему на руки. Явно учуяв запах крови, он облизал повязку, а затем и вовсе плюнул на нее огнем.

Ткань вспыхнула мгновенно, огонь не причинил Арсу никакого вреда, а дракон добрался до раны. Его язык прошелся по глубокому порезу. Видимо, ознакомительная трапеза еще не завершилась.

Решив, что и с меня тоже хватит, я села на шкуру и потерла ладонями лицо. Природное сострадание не давало мне даже подумать о том, чтобы воспользоваться предложением Эльнюса.

А если и остальные драконы вскоре вылупятся? А что они будут есть? А если вывалятся из пещеры и замерзнут?

Мы должны были как минимум забрать их в поселение орков, а там…

Вариант оставить и сбежать виделся мне сейчас идеальным. Орки точно не бросят драконов в беде.

— Что с ним делать? — тихо спросил Арсарван у орков.

Матросы пытались подступиться к ящеру, чтобы рассмотреть поближе, но он героически шипел и плевался огненными сгустками. В общем, защищал единственного кормильца как мог.

— Великий вождь знать, что драконы найтись. Великий вождь дать древний писание, чтобы воины вручать призрак, — засуетился один из орков, доставая потрепанную книженцию из своего наплечного мешка.

Стараясь не делать резких движений, Эльнюс забрал разваливающееся пособие из рук орка и открыл его. Я даже на ноги поднялась, чтобы взглянуть на страницы, но эти каракули не читались. Мне были доступны лишь схематичные рисунки драконов или частей их тел.

— Это письменность орков. Я переведу, но мне нужно время, — сообщил целитель, закрывая талмуд. — Твоя рана исчезла.

— Что? — отозвался Арс и взглянул на свою ладонь.

Да мы все на нее посмотрели. От глубокого пореза не осталось следа.

— Арсарвану потребуется очень много крови, если обитатели других яиц тоже решат вылупиться, — прошептала я так, чтобы меня услышал только целитель.

Искренне надеялась, что среди его склянок был тот самый крововосстанавливающий напиток, который раз уже помог графу.

Пещеру огласил очередной треск.

Рождение новых драконов завораживало. Страх перед неизвестностью быстро сменился умилением и азартом. Даже суровые матросы и орки таяли от обаяния хвостатых, стоило им только появиться на свет.

Для удобства Эльнюсу пришлось переместить все яйца на шкуры. Они лопались одно за другим, будто кто-то дал дракошкам команду вылупляться. И какие же они были милые.

Зеленый, желтый, фиолетовый, черный, снова красный и опять фиолетовый. Цвет скорлупы не давал никакого представления о том, какого окраса будет следующий дракон, но, что примечательно, все они оказались чуть меньше своего первого собрата.

— Красный дракон глава гнездо, — с гордостью заметил орк, держась от Арсарвана и его хвостатых подопечных на приличном расстоянии.

Считая яйца, я ошиблась совсем немного. Их было двадцать, ровно двадцать, по четыре дракона каждого цвета, а значит, и вида. Хвостатые отличались между собой, хоть и едва заметно.

Я тоже держалась на почтительном расстоянии. Едва вылупившись, драконы припадали пузом к земле и безошибочно находили Арсарвана. Лишь один зеленый дракон забрел не туда, писклявым криком требуя спустить ему на пол парящего кота, но, заметив других драконов, быстро изменил свое мнение и примкнул к родичам.

У графа пальцев на руках не хватало, чтобы обеспечить всем драконам кормежку. У Эльнюса на глазах исчезало крововосстанавливающее. Залив Арсу в рот содержимое очередного флакона, он снова углубился в чтение.

Мы с котом, матросами и орками готовились спать. Перед очередным маршбраском всем нам требовались силы.

— Думаешь, не сожрут? — шепотом поинтересовался один матрос у другого.

— Лишь бы до нас не добрались, когда кэп закончится, — со смешком бросил второй и удостоился моего укоризненного взгляда.

— Драконы не есть люди. Драконы испепелять плохой люди, — поделился с нами орк новым откровением.

— Так яишенки хоу-чется, — тяжко вздохнул Бергамот, укладываясь за мной тигром.

— Утром будет тебе яишенка, — пообещала я, складывая под голову пустые мешки.

На дежурстве оставались Эльнюс и Арс. Запасы бодрящей настойки тоже уже были ополовинены.

Закрыв глаза, я провалилась в сон без сновидений.

Проснулась оттого, что мне было жарко, тесно и тяжело. Попытка сделать глубокий вдох не увенчалась успехом, а потому я открыла глаза и…

Обнаружила у себя на груди трех спящих хвостатых, свернувшихся в клубочки. Они облепили меня, словно котята, но места на моей невыдающейся груди всем не хватило, поэтому еще один дракон спал у меня на руке, второй в подмышке, третий утыкался носом в шею, а четвертый забрался на голову. Еще штук пять спали между мной и Бергамотом, а остальные отвоевали себе место на Арсарване. Обнимая меня одной рукой, он спал на шкуре слева.

Услышав голоса орков, я замерла. Они тихо посмеивались, но слова разбирались с трудом:

— Дикий гоблины — дохлый гоблины, — важно заявлял первый, словно дело уже было решенным.

— Драконы жить долго, но расти тоже долго, — пытался образумить его второй.

Вопрос: «Насколько долго?» — так и повис в воздухе без ответа. Я не считала этих драконов своими, но не переживать не могла.

Кто будет ухаживать за ними, когда мы с Арсарваном уйдем? У нас было еще лет пятьдесят, может шестьдесят или семьдесят, учитывая наличие магии в этом мире, а что потом?

— Как долго взрослеют драконы? — спросила я негромко, осторожно приподнимаясь на руках.

На меня искренне нашипели. Я бы даже сказала — нашикали. Причем громче всех шипел Бергамот, а не потревоженные мною хвостатые. Эти сразу перелезли на своего новоявленного отца, и только один зеленый зарылся в шерсть Бергамота по самую макушку.

Демон придерживал его лапой, чтобы не скатился.

— Пятьдесят молодой, сто взрослый, пятьдесят старый, — ответил второй орк, шкодливо улыбаясь.

Двести лет! Они живут двести лет!

Осознав весь масштаб свалившейся на нас проблемы, я тихонечко взвыла и… Обреченно поплелась готовить завтрак. Из входа в пещеру лился солнечный свет, а значит, спали мы непозволительно долго.

Снежная буря за ночь стихла.

Через полчаса на запах жареного мяса сбежались все. Очнулись