Поцелуй василиска - Линдси Штрауб Страница 46

Девушки по очереди флиртовали с Лео, то заискивая перед ним, то бросая друг на друга уничтожающие взгляды. Смотреть на это было трогательно, и Тэмми поймала себя на том, что грезит наяву. Она как раз собиралась воспроизвести в уме свой оргазм прошлой ночи, когда услышала это:

Помоги.

Это снова был голос — тот самый, который она слышала раньше.

Внезапно ей в голову пришла идея. Если она могла поговорить с Каспеном, возможно, она смогла бы поговорить и с этим голосом. Она мысленно потянулась вперед, открывая еще один коридор и посылая по нему свои мысли:

Где ты?

Голос был едва слышен.

Я здесь.

Тэмми почувствовала прилив удовлетворения. Она кое-чего добилась.

Расскажи мне больше. Ты в замке?

Ответа не последовало.

Тэмми попробовала снова.

Как мне тебя найти?

По-прежнему никакого ответа. Жареного цыпленка убрали и заменили белым слоеным пирогом. Дворецкий снова налил ей вина. Из-за разговоров за столом и шума от алкоголя было трудно сосредоточиться. Тэмми закрыла глаза, заставляя себя сосредоточиться.

Я хочу помочь тебе. Что я могу сделать?

На этот раз ответ пришел быстро:

Не доверяй королю.

Взгляд Тэмми метнулся к Лео. Он слушал девушку справа от него, которая то энергично болтала, то покусывала губу, что, по ее мнению, было соблазнительно.

Почему я не должна ему доверять?

Но коридор закрылся. Голос исчез.

Именно тогда она поняла, что Лео прикасается к ней.

Его взгляд не дрогнул — он все еще смотрел на девушку справа от себя. Но его пальцы уже начали прокладывать свой путь вдоль разреза на платье Тэмми, скользя по обнаженной коже ее бедра.

Она шлепнула его по руке.

Вышло так, словно она вообще ничего не сделала; Лео даже не моргнул. Но мгновение спустя его рука вернулась к ее ноге, его длинные пальцы с удивительной властностью сжали ее колено.

Он повернулся к ней.

— Не окажешь ли ты мне услугу, Тэмми?

Его серые глаза были ужасно близко. Впервые Тэмми поняла, что в них появились зеленые крапинки.

— Зависит от оказанной услуги.

— Поцелуй меня.

— Ты пьян.

— А ты великолепна. Поцелуй меня.

— На глазах у всех?

Он наклонился к ней.

— Если только ты не изменила свое отношение к ваннам и шампанскому.

— Не изменила.

— Тогда поцелуй меня. Прямо сейчас.

Это больше не было просьбой. Это был приказ, и Тэмми понятия не имела, что произойдет, если она не подчинится. Ее взгляд метнулся к Вере, которая наблюдала за их общением, как ястреб. Когда она снова посмотрела на Лео, он хитро улыбнулся ей.

— Если только ты не предпочитаешь, чтобы я поцеловал кого-нибудь другого, — тихо сказал он.

Укол ревности пронзил Тэмми. Она не могла этого объяснить, но не хотела, чтобы Лео целовал кого-то еще. Особенно Веру.

Но она также не могла сдаться. Не тогда, когда он вел себя так, будто она у него в долгу.

Тэмми снова оттолкнула его руку.

— Я бы предпочла, чтобы этот вечер не затянулся допоздна. Завтра мне рано утром нужно быть в курятнике.

Глаза Лео сузились.

— Понятно. Что ж, я определенно не хотел бы тебя задерживать.

Он щелкнул пальцами, и появился дворецкий, склонившийся над его плечом.

— Время пришло, ваше высочество?

— Да.

— Очень хорошо. Кого бы вы хотели увидеть первой?

Не прерывая зрительного контакта с Тэмми, Лео указал на Веру.

Дворецкий кивнул. Он позвонил в маленький колокольчик, и за столом воцарилась тишина.

— Его высочество желает приступить к вечерним мероприятиям. — Дворецкий протянул Вере руку. — Не будете ли вы так любезны проследовать за мной, мисс?

На лице Веры расцвел неподдельный триумф. Она бросила на Тэмми уничтожающий взгляд, прежде чем взять дворецкого за руку и позволить ему проводить ее к двери в дальнем конце столовой.

Дворецкий повернулся к Лео.

— Ваше высочество?

Лео встал, все еще держа в руке виски. Не оглядываясь, он последовал за Верой в комнату. Дворецкий закрыл за ними дверь.

Остальные девочки немедленно разразились хихиканьем и перешептыванием. Тэмми могла только представить, какую ехидную победу, должно быть, испытывает Вера теперь, когда наконец осталась наедине с Лео. Вероятно, она не смогла снять с себя одежду достаточно быстро.

И что Лео подумает о ней? Понравится ему то, что он увидит?

Желудок Тэмми скрутило от этой мысли.

Шестьдесят секунд пролетели гораздо медленнее, чем она могла себе представить. К тому времени, как Вера вышла, казалось, что прошел час. За столом воцарилась тишина, когда она распахнула дверь, подчеркнуто поправляя вырез платья. Ее помада размазалась. Она бросила Тэмми язвительную ухмылку, прежде чем покинуть столовую.

Дворецкий подошел к столу и протянул руку другой девушке, которая густо покраснела, прежде чем пожать ее.

И так пошло и дальше.

Было ясно, что Лео определял очередность девушек. Как на подиумы. Тэмми не сомневалась, что она будет последней. Он подумает о ней после всех. Тэмми удостоится встречи с принцем только после того, как он насытится всеми остальными. Тэмми внезапно почувствовала, что очень хорошо знает свое тело — каждый изгиб и выпуклость, все, чего никто, кроме Каспена, никогда не видел. Неужели она действительно собиралась подставиться перед кем-то, кто ничего не сделал, чтобы заслужить ее?

Минуты тянулись мучительно медленно.

Девушки выходили из комнаты в разной степени раздетости. Пятая девушка все еще была полуголой — она, спотыкаясь, вышла в платье, спущенном с плеч, бросив на Тэмми печальную усмешку, когда дворецкий провожал ее прочь.

Вошла шестая девушка.

Что произойдет, если она откажется раздеваться? Если она просто будет молча стоять и ждать, пока закончится время? Исключит ли Лео ее на месте?

А что произойдет, если она все-таки разденется?

Прозрение обрушилось на нее, как волна.

Тэмми поняла, что потратила слишком много времени, беспокоясь о своем теле, и почти недостаточно времени, обдумывая вполне реальные последствия того, что произойдет, если она разденется в той комнате. Если бы она была наедине с принцем — если бы она разделась перед ним — Лео увидел бы каждую ее частичку. Каждую. Ее. Частичку.

Коготь все еще был внутри нее, его гладкое острие прижималось к клитору. У нее не было возможности вытащить его — дворецкий стоял в пяти футах. Даже если бы она могла убрать его, куда бы она его положила? На стол? Об этом нельзя было даже подумать.

Вышла шестая девушка. Вошла