Любимая двойная попаданка - Дора Коуст Страница 40

— Подеру-утся. Ам-ням-ням! — довольно урчал увеличившийся в размерах Бергамот, безнаказанно объедая мой кусок мяса прямо над тарелкой.

Отобрав у него свой ужин, я посмотрела на кота с укором.

— Эльнюс все еще любит императрицу. Он просто вылечил мои руки, и все, — возразила я, убеждая в этом в первую очередь себя.

— Он моу-г сделать это на расстоянии, не прикасаясь к тебе-у, — усмехнулся котофей, глаголя истину.

И я знала, что он был прав. Видела, как целитель лечил Арса. Его ладонь была над раной на некотором расстоянии, но…

— Зачем ему это? — спросила я совсем тихо.

Двое наших матросов не пошли к костру, а сидели рядом с орками, охраняя меня. Но слышать нас не могли. Вокруг меня на лавках образовалась пустота, отчего сразу стало в разы холоднее.

— Неужели не понимаешь, хозяу-йка? — блеснул демон хитрым глазом, незаметно пытаясь стащить у меня кусок мяса когтем, за что получил по лапе. — А, ну да. Все время-у забываю, что ты еще дите-у. Всем без исключения хочется любви-у и душевного тепла, Мари. Кем бы ты ни был: орком, человеу-ком, магом или демоном. Все мы созданы для того-у, чтобы однажды наши половинки стали целыми. Вот у меня-у, например, есть ты.

Я посмотрела на кота с недоумением.

— Императрица далеко-у, а ты здесь, — пояснил он как для особо недалеких. — Твое душевное тепло-у манит как костер.

— Но ты же понимаешь, что это невозможно? — прошептала я сдавленно, так и не донеся кашу до рта.

Ложек здесь не имелось, поэтому приходилось есть руками.

— Лишь бы он это понима-у, — тяжко вздохнув, метко добавил демон. — Совершау-ть глупые поступки людей всегда заставляет отчаяние. Вы, люди, вообще-у очень сложные и странные.

«Незаметно» подобравшись к нам со спины, серый пес с желтыми глазами счастливо прикусил кошачьему философу хвост.

Слава всем богам, скандала не случилось. Бросив собаке свой кусок мяса, я отобрала у нее кота. Собиравшемуся заорать Бергамоту запихала в пасть горсть каши, а сама пригубила напиток. На вкус он был похож на перетертую полынь, но остальные пили и не морщились, а потому я вынужденно повторяла за ними.

— Мое мясо-у! — искренне возмутился демон, прожевав.

— Мое мясо, — поправила я, с улыбкой встречая возвращающегося Арсарвана. — Что тебе дороже: хвост или мясо?

— Хво-уст я мог бы и новый отрастить! — выдал он с обидой. — Так и скажи-у, что ты меня не любишь, хозяйка! Уйду я от тебя-у…

— К Арсарвану, — договорила я за него, уже откровенно посмеиваясь.

Взглянув на меня с укоризной, котяра и правда перескочил к графу, стоило ему занять место на скамье.

Отсутствие мяса в моей тарелке не осталось для Арса незамеченным. Поделив свой кусок на два, он принялся есть.

Бергамоту ничего не оставалось, как пойти выклянчивать добавку у целителя. Несмотря на внешнюю строгость, Эльнюс велся на его уловки.

— Как ваши руки? — спросила я негромко, пальцами собирая рассыпчатую кашу в комок.

— Нам повезло больше, — отозвался граф. — Эльнюс создал временную защиту вокруг наших ладоней. Как твои пальцы?

— Как новенькие, — продемонстрировала я искомое и замерла.

Мой голос прозвучал слишком громко в повисшей тишине. На площади сейчас даже ветра слышно не было.

Проследив за взглядом целителя, я обнаружила вождя клана на квадратном помосте. Ударив в кожаный бубен трижды, он улыбнулся, наповал сражая своим обаянием, и тихо произнес:

— Пища для желудок мало, когда пища для ум много. Когда я быть маленький орчонок, мой дед великий вождь рассказывать история о большой зубастый птица. Их ярость уничтожать кланы и земли за горы, но сердце быть справедливый. Эти птицы всегда жить с орками крыло к плечо. Они защищать нас века, но затем погибать сами. Как цветы не расти без любовь и дом, так и они чахнуть, не отыскать себе место. Это быть драконы.

— Пусть горы отпустить их души! — громогласно рявкнули орки, вскакивая со своих мест.

Лавка подо мной затряслась. И задрожала повторно, когда все усаживались обратно.

Глава клана тем временем продолжал:

— Наши легенды — это наша история. Пока мы знать история, мы знать себя. Сегодня я рассказать вам легенда о странствующий призрак. Мой дед великий вождь тайно сказать мне история, а ему — его дед.

Орки разом перестали жевать и со всем вниманием уставились на своего предводителя. Пришлось глотать комок каши, не жуя.

— Легенда гласить: когда последний дракон умирать, он отказать прощаться с великий вождь. Он говорить: земля принимать, земля отпускать. Великий птица дать секрет бессмертие. Наши души уходить на время и приходить, когда время возвращаться.

Орки глубокомысленно молчали. Почувствовав, как Арс переплетает наши пальцы, я посмотрела на него. Наши взгляды встретились, но на его лице было не больше понимания происходящего, чем на моем. Если нас так развлекали, то: спасибо, можно мы уже пойдем?

Холодом веяло не от земли. Он будто пробирался в самую душу и сворачивался там тугим комком.

— Последний дракон говорить: когда время возвращаться, приходить странствующий призрак. Когда время возвращаться, великие птицы снова летать. Когда время возвращаться, великий вождь открывать странствующий тропа. Кто идти в пещеры с чужаки? Кто помогать искать последний яйца драконы?

— Я что-то не пойму. Это он сейчас о чем? — спросила я у Арсарвана.

Он выглядел озадаченным, сильно хмурился в отблесках костра и все крепче сжимал мою руку.

— О вашем предназначении, — сухо поведал Эльнюс, но на его лице тоже поселился отпечаток настороженности и непонимания. — Они считают, что среди нас есть тот, кого можно назвать «странствующим призраком». По их легенде, этот призрак возродит драконов.

— Какие драконы, хозяу-йка? — возмутился Бергамот. — Тебе меня-у мало?

— Скажите им, что нам нужна только скорлупа, — попросила я у целителя.

— Боюсь, тогда нам не откроют тропу, — выразил Арс свои сомнения.

Пока мы переговаривались, орки не бездействовали. Со скамеек поднялись два массивных представителя этой расы. Благосклонно кивнув им, старейшина обратился к нам:

— Кров, пища, безопасность — мы дать. Я открыть тропа, когда солнце снова уходить.

— А если великая птица не проснется? — спросила я громко, не сдержавшись.

Ну какие, в самом деле, драконы⁈ Да они рехнулись!

— Значит, еще не время возвращаться, — спокойно ответил вождь, глядя на нас как на неразумных детей. — Ночь прийти, орки спать, чужаки спать.

Услышав приказ главы клана, орки разом засобирались по домам.

— А что означау-ет «когда солнце снова-у уходить»? — спросил Бергамот, запрыгнув мне на руки.

Зарывшись пальцами в его мех, я пыталась совладать с подступающей паникой. Некоторые орки, как и мы, не торопились, но, скорее, были оставлены здесь, чтобы приглядывать