Плененная - Лив Зандер Страница 4

Ее взгляд переместился к окну и стал сосредоточенным, будто она действительно могла что-то разглядеть сквозь эти тяжелые жалюзи. До этого она ни разу не смотрела на улицу. Наверное, до смерти напугана.

Ее плечи поникли.

— А если они тебя поймают?

— Не увидят даже, — ответила я, удивляясь уверенности в голосе. — И попадаться я не собираюсь. Мотнусь за десять минут, тем более я знаю, что ищу. К тому же нам кое-что нужно захватить перед уходом. Марлю, антибиотики, витамины.

Она согласилась, лишь коротко кивнув и смущенно прошептав «спасибо». В конце лета она должна была получить диплом по кибербезопасности. Сорок девять тысяч долларов долга за обучение — теперь его, вероятно, простят, но и толку от него в этом новом мире никакого.

Я допила кофе, еще раз зашла в туалет, а затем проверила, заряжен ли пистолет и стоит ли он на предохранителе. Макена проводила меня в подвал и встала на четвереньки, чтобы я могла дотянуться до решетки.

— Если ты не вернешься…

— Конечно я вернусь. До аптеки восемь секунд бега. Улица пуста с двух часов ночи.

Чего не скажешь о небе — всю ночь я наблюдала, как вдалеке взлетают дроны. Наверное, забирают всех тех людей, что так и не вернулись из магазинов, с заправок… из аптек.

Я наступила ей на спину и выбралась наружу.

Свежий воздух стал приятной переменой. Я вылезла наверх и осторожно опустилась на ледяной тротуар.

За ночь температура упала до неожиданного холода, кожа на руках тут же покрылась мурашками. Серые тяжелые тучи плыли по раннему небу, окрашивая горизонт в цвета от темно-пурпурного до первых тонких алых полос.

Ночью они выключили громкоговорители.

Теперь вокруг царила лишь тошнотворная тишина, в которой сердце сбивалось от паники. Ни души, и я твердила себе, что так даже лучше. Встреча с другим человеком сейчас была бы некстати, а то и опасна.

Пригнувшись, я перебежала улицу меньше чем за восемь секунд. Осторожно обошла крупные осколки разбитой витрины и пролезла за защитную решетку.

Этот лязг металла?

Наверняка он не был таким громким, каким показался мне. Просто нервы. Навряд ли кто-то дальше чем в двадцати шагах мог его услышать.

Я приказала себе взять себя в руки и провела ладонью по оконной раме. Найдя безопасное место, за которое можно ухватиться, я подтянулась и шагнула внутрь, стараясь не задеть осколки, торчащие снизу.

Под подошвами захрустело стекло.

Чем дальше я уходила от свежего воздуха у окна, тем сильнее в нос бил запах пыли. Чувствовался след антисептика, но он почти терялся в затхлости этой маленькой частной аптеки. Местечко выживало лишь потому, что здесь торговали еще и товарами для химзавивки, накладными волосами, садовыми флажками и накладками на почтовые ящики.

В глубине мерцал свет, указывая дорогу. К моему удивлению, шкафы с лекарствами уже были вскрыты. Я пошла вдоль полок с рецептурными препаратами, роясь в белых пластиковых баночках с антибиотиками, стероидами и антидепрессантами.

— Так, — прошептала я в тишину, хватая два ингалятора и вырывая их из упаковок.

Они отправились прямиком на прилавок вместе с четырьмя картриджами «Фликсотида»3. Еще я прихватила упаковку ферментов для Макены. Следом пошел амоксициллин, а для верности я взяла аспирин и марлю. Все это нужно во что-то упаковать. Пластиковый пакет сойдет, но тканевая сумка была бы лучше. Меньше шума. Хотя гора таблеток будет греметь в любом случае.

Только я потянулась за витаминами, как руки замерли — снаружи за окном послышался шорох.

Это могло быть что угодно.

Может, собака или пластиковый пакет, зацепившийся за сломанную колонку на заправке напротив.

Я медленно присела, пытаясь прокрасться к прилавку. Но осколки стекла, застрявшие в подошве кроксов, отчетливо цокали по черно-белому линолеуму, как при чечетке.

Я затаила дыхание.

Прислушалась. Совсем рядом.

Снаружи здания кто-то двигался.

Топ…

Шаги.

Тяжелый, но осторожный. Ладони вспотели, нервы натянулись до предела. А вдруг это человек? Отец, ищущий смесь для младенца. Или наркоман в поисках последней дозы перед концом света.

Надо было выглянуть из-за стойки.

Я выглянула и тут же об этом пожалела.

Один из них стоял прямо перед окном, широко расставив ноги. Ростом под семь футов4. Волосы, кажется, светло-каштановые. Глаза темно-зеленые. Совершенно точно светящиеся.

Я снова сползла вниз, притворяясь, что меня не существует.

Может, если я буду его игнорировать…

Динь… динь-динь…

Холодный пот выступил на лбу.

Дверь все это время была не заперта, и колокольчик возвестил о его приходе. Как и шаги. Тяжелые подошвы дробили осколки.

— Вы ранены? — Голос с сильным акцентом и раскатистым «р», но тон спокойный, собранный. — Если вам больно или нужны лекарства, позвольте мне помочь.

Топ…

Еще шаг.

Я судорожно глотала воздух, дыша так редко, что голова начала кружиться.

Что мне делать?

Куда бежать?

Даже если выберусь, я не могу вернуться в ресторан и привести его к Макене. Но и сдаваться я не собиралась. Просто сидеть тут и…

— Как тебя зовут, леска?

Я всхлипнула на вдохе и медленно подняла глаза.

Руки сложены на прилавке, тело слегка наклонено над белой поверхностью. Черная форма обтягивает широкую грудь. В воротник вшиты узоры в виде переплетенных ветвей. Да, я видела все эти детали в миллионах кадров, и сердце замерло, отказываясь издавать хоть звук.

Подбородок и нос — сплошные прямые линии, застывшие в строгом нейтралитете. Изумрудные глаза впились в меня: такие яркие и в то же время будто лишенные всяких эмоций.

От бешеного пульса конечностям стало жарко.

Я рванула.

Руки замелькали во все стороны, когда я подскочила. Побежала к полкам. К задним помещениям. В аптеках обычно есть черный ход. Должен быть!

Топот.

Пол задрожал под ногами.

Но я продолжала бежать, выжимая из мышц всю силу, что у меня была. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять: он перемахнул через прилавок и бросился вдогонку.

Дрожащими пальцами я потянулась к ручке кабинета. И как только холодный металл обжег влажную ладонь, а дверь распахнулась, мой подбородок встретился с полом. Секунду спустя щека проехалась по потертому линолеуму, и крошка впилась в кожу.

— Я устал и вымотан, — произнес он небрежно. — Сопротивление тебе не поможет. Тебе не причинят вреда, даю слово.

Я перевернулась на спину, пистолет больно уперся в позвоночник, глядя, как он подтягивает меня к себе за лодыжку. Резкий удар пяткой ему по запястью, и он разжал руку. Я потянулась за спину и выхватила ствол.

Предохранитель долой.

Спуск.

Бах!

Куда я попала, не