Домоправительница для Бездушника (СИ) - Наталья Алексеевна Мусникова Страница 36

Он меня ещё и утешает! Я всхлипнула, порывисто бросилась на грудь некроманту и громко, со вкусом разрыдалась. Светозар обнимал меня, гладил по голове, успокаивая, убаюкивая, закрывая собой от всех невзгод жизни, а потом и вовсе крепко поцеловал в солёные от слёз губы. Я ошеломлённо застыла, недоверчиво хлопая мокрыми ресницами, а некромант озорно улыбнулся и чмокнул меня снова. На этот раз в кончик носа:

— Хвала тьме, ты перестала плакать! А я уж думал, что у меня от сырости жабры отрастут и хвост русалочий. Довольно на сегодня откровений, моя заботливая домоправительница, поздно уже, спать пора.

Светозар ушёл, я быстро намыла посуду и направилась к себе в комнату, старательно отгоняя от себя воспоминание о поцелуе, точнее, поцелуях. И только когда сон смежил мне веки, я вспомнила, что серебряного когтя на столе, когда я уходила, не было. Некромант забрал его с собой.

Глава седьмая. Дела ведьминские и не только

День выдался насыщенным, потому ночью я спала, как говорят оборотни, без задних ног. Проснулась я от шаловливого ветерка, залетевшего в комнату, взъерошившего мне волосы и защекотавшего нос. Я звонко чихнула и открыла глаза, сладко потягиваясь и зевая. В окошко светило уже неяркое осеннее солнце, на ветке рябины, растущей рядом с домом, открывала утренний концерт, негромко пинькая и ежеминутно встряхиваясь и распушая перья. Из-за двери, вызывая обильное слюнотечение и сонное бурчание животика, доносился умопомрачительный аромат жареного мяса, и долетали приглушённые мужские голоса. Да, хороша из меня домоправительница: заспалась, завтрак не приготовила, гостя не встретила… Я быстро выскочила из кровати и принялась поспешно одеваться. По закону подлости, который в отличие от всех прочих никогда не даёт сбоя, нужные мне вещи никак не хотели находиться-надеваться. Шипя сквозь зубы, я содрала с себя впопыхах нацепленное задом наперёд платье, щелчком пальцев приклеила невесть с чего решившую отвалиться подмётку на туфле и принялась лихорадочно искать гребень, чтобы из пушистого вороха, в который за ночь успела превратиться моя шевелюра, сметать аккуратный стожок. Гребень, паразит такой, категорически не желал появляться, я даже зарычала с досады, словно голодный оборотень. И вот что мне делать, не выходить же лохматой к Светозару и его гостю, ещё напугаю последнего до икоты, извиняйся потом! Можно, конечно, причесаться с помощью заклинания, но учитывая непредсказуемость моей магии лучше не рисковать. Под ногой раздался сухой печальный треск, в ступню, словно голодные вурдалаки, впились сухие деревянные зубцы, возвестившие меня о том, что гребень я всё-таки нашла. Я ойкнула, наклонилась, отделяя остатки гребня от моей босой ножки. Что ж, один раз я этими руинами из прошлого причесаться ещё смогу, точнее, попытаюсь, а к завтрашнему дню нужно будет найти что-нибудь другое. И как это только гребень на полу оказался, ума не приложу!

Кое-как причесавшись, я открыла дверь, прислушалась, старательно игнорируя понятный каждому, у кого есть обоняние, зов горячего, негромко шкворчащего на сковороде мяса, щедро посыпанного (судя по запаху) какими-то специями. Я сглотнула слюну и мухой полетела к умывальнику. Завершив все обязательные ежеутренние процедуры, я покрутилась перед зеркалом, окидывая себя придирчивым взглядом. Весьма недурственно, теперь можно и гостям показаться. Перекинув косу через плечо и ещё раз поправив платье, я церемонно вплыла в наполненную умопомрачительными ароматами кухню, стараясь держаться со спокойным достоинством, как и подобает приличной домоправительнице. Моё появление не осталось незамеченным. Беззаботно сидящие прямо на столе (ай-яй-яй, рядом с тарелками и ковригой хлеба!) Светозар и Святогор разом посерьёзнели и моментально спрыгнули на пол, словно вспугнутые с ветки воробьишки. Я машинально отметила, что некромант не уступает оборотню в ловкости и проворстве, хотя и несколько проигрывает звериной текучести движений.

— Каким добрым стало утро, — промурлыкал Святогор, подходя ко мне и посверкивая глазами, чуть бликующими звериными огоньками.

Ясно, наша песня хороша, начинай сначала, оборотень, похоже, из тех, кому проще сказать да, чем долго и муторно объяснять, почему нет. Не люблю таких.

— Доброе утро, — я приветливо улыбнулась Светозару, Святогору лишь коротко кивнув. — Прошу прощения, я проспала.

— Да нет, ты как раз вовремя, — Свет пошевелил деревянной лопаточкой призывно шкворчащее мясо. — Завтрак готов. Надеюсь, ты предпочитаешь есть животных, а не объедать их?

Я аккуратно, чтобы не крошить на стол и пол, а также, оборони свет, не порезаться, принялась нарезать хлеб:

— Я всеядная. Студенческая жизнь быстро отучает от капризов в еде.

Оборотень подошёл едва ли не вплотную ко мне, навис за моей спиной, словно скала над одиноким путником:

— Твоё появление весьма благотворно сказалось на нашем некроманте, он вспомнил о том, что посуда нужна не только для красы, а ещё и для еды.

Вот ведь привязался, растворителем не смоешь! Одного понять не могу: зачем он так откровенно провоцирует Светозара, да и меня заодно, неужели, хочет по шее от некроманта получить? Или наивно полагает, что защищён от магии ведьмы? Я решила игнорировать двусмысленные намёки оборотня, переводя разговор в другое, очень хочу верить, более спокойное русло:

— Не сочти за грубость, но чем обязаны визитом? Что-то случилось?

Святогор моментально посерьёзнел, чуть дёрнул верхней губой, открывая заострившиеся зубы:

— Вчера вечером в лесу видели чудовище.

О, как интересно! Я вспомнила лес, через который мы ехали в деревню: ясный, светлый, без малейшего отголоска тлена или мрака, которые так любят всевозможные чудовища. Чтобы в таком чистом месте и вдруг появилось что-то плохое? Нет, такое, разумеется, случается, но не вдруг, не на пустом месте, а в результате сильного разрушительного колдовства, не почувствовать которое я, потомственная ведьма, просто не могла. Или всё-таки могла? Я посмотрела на Светозара, и тут опять засвербел оставшийся вчера так и не заданным вопрос. Если бы не оборотень, который вился вокруг меня, словно вьюн подле колодца, я бы сразу же бухнула всё, что не давало мне покоя, а так пришлось прибегать к дипломатическим манёврам (до которых, откровенно говоря, я не большая охотница). Я задумчиво прикусила губу, лихорадочно выдумывая предлог, под коим могла бы выманить некроманта из кухни. Нож, которым я машинально продолжала полосовать ковригу на толстые ломти, словно повинуясь моему тайному желанию, соскользнул с хлеба и полоснул меня по пальцу не больно, но вполне ощутимо. Я ойкнула и поспешно сунула окровавленный пальчик в рот. Мрак столь любимый нечистью, больно, между прочим!

— Что случилось? — повернулся ко мне аккуратно перекладывающий мясо со сковороды в