Главная проблема ректора космической академии - Алиса Линд Страница 35

Но ведь первый раз всегда больно!

– Узкая, – простонал в ее губы оборотень. – Не бойся, не надо.

И качнул бедрами снова, проникая ещё глубже. И вместе с теснотой вернулось ощущение приятного. Только другое. Ярче и острее всего, что она чувствовала до этого.

Довольно застонав, Глория сама двинулась на встречу, и наградой за смелось стал мужской стон, полный такого блаженства, что дыхание перехватило. О, как это было прекрасно! И ощущение сладкой полноты внутри, и рваное дыхание над ухом. Торопливые поцелуи, кропившие лицо, и нарастающие толчки между ног.

Нетерпеливые пальцы мяли ее бедра, подталкивая навстречу, и темп давно потерял плавность. Глория вскрикивала и стонала, но не от боли, а от ощущения новой вспышки, растущей вместе с каждым движением сильных бедер. Раскрывалась навстречу, шире разводя ноги, и готова была скулить от ощущения мужской плоти внутри себя. Такой большой и жаркий. Твердый, как камень, и до безумия желанный. Она чувствовала каждый дюйм, проникающий внутрь. Прижималась плотно-плотно, вбирая все до основания, и разочарованно стонала, лишаясь  драгоценного ощущения полноты. Как кошка запускала ногти в широкие плечи и не просила, а требовала двигаться еще сильнее.

И оборотень двигался. Без всякой нежности вминал ее в кровать снова и снова. Прикусывал за шею и губы, и в какой-то момент горячий ком внизу живота лопнул, наполняя тело таким концентратом удовольствия, что она даже не застонала – закричала от хлынувшего по венам оргазма.

Ее крику вторило низкое рычание. Внутри стало невозможно тесно и горячо. Теплая струя семени наполнила лоно, и оборотень крупно вздрогнул, впиваясь в ее губы глубоким поцелуем.

– Горячая Дикарка, – простонал, едва оторвавшись от жадной ласки. – Ты такая… Мне мало одного раза!

Теснота между ног ненадолго исчезла, оставляя после себя ощущение теплой пустоты и капель семени, струящихся между ягодиц. А потом Ньял легко перевернул ее набок и перехватил под колено, отводя его вверх и раскрывая для новой близости.

– Второй раз будет еще приятнее, – прошептал многообещающе, и  мужская плоть вновь проникла в лоно.

Глава 22

– Моя вкусная пар-р-ра…  Не спи.

Глория промычала что-то неопределенное, силясь разлепить веки. Вокруг плескалась теплая вода, но мужчина под ней был еще горячее. Мерный рокот над ухом и поглаживания убаюкивали, и больше всего сейчас хотелось провалиться в сон.

Пять раз… Ненасытный волчара взял ее пять раз и каждый закончил взрывным удовольствием. Даже последний, когда Глория стояла на карачках в звериной и ненавистной ей позе. Ранее ненавистной. С этим невозможным оборотнем все происходило как угодно, только не в привычной ей манере. Мужчина просто насаживал ее на себя и даже ласкал между ягодиц, без слов намекая, что в будущем намерен попробовать и ее задницу, но вместо омерзения Глория стонала сорванным голосом и позволяла делать с собой все, что угодно.

Вот и сейчас нахальные пальцы гуляли по телу, иногда трогая саднящую промежность. Соски тоже щипало – Ньял нацеловал их до красноты, а каждую мышцу нещадно ломило, будто только что она завершила самый тяжелый бой. И очень приятный…

О, Боги! Если бы она не была настолько обессилена, то зарылась бы под землю от стыда, круто замешанного на недоумении. Наслаждаться близостью с мужиком! До хрипов и счастливых слез, и не бояться ощутить мужское достоинство внутри – теперь и язык не поворачивался назвать это  отростком. Ньял идеален. Весь, и даже между ног. И все произошедшее между ними было  пошло, но почему-то правильно. А еще ей очень нравилось, с каким восторгом этот огромный мужчина смотрит на нее. Ловит малейший отклик и не позволяет себе грубостей. А еще его совсем не отталкивали шрамы. Ньял их просто не видел…

– Глор-р-рия… Неужели ты думала сбежать? Как?

Вот настырный!

– Через горы, – прошелестела едва-едва. – Отстань… я спать хочу.

– О, Мать Волчица. Ты хоть понимаешь, что это не возможно? Что я настиг бы тебя через полдня, а то и раньше?…

Наверное, понимала. Сбежать из-под носа у оборотней – это надо быть храброй и такой же глупой, а еще безмерно удачливой. Но не пытаться она не могла. Всегда билась до последнего, даже если схватка казалась заранее проигранной.  Неминуемое поражение так часто оборачивалось победой, и сейчас тоже… Обласканная и зацелованная, она наслаждалась мужским вниманием, а больше того – ощущением уверенности, что теперь сестра точно будет свободна. Ньял заберет Ариэллу в Айсвинд, а Империя пусть провалится к демонам.

– …Ты пойдешь со мной на охоту? – опять подал голос Ньял. – Полнолуние уже скоро, и ночь будет долгой…

Да куда уж дольше-то? И так еле живая лежит в крепких объятьях и дышит через раз.

– Пойду.

Все что угодно, только бы дали отдохнуть.

Ньял ласково поцеловал рыженькую макушку. Его самочка устала, но как держалась! И плечи приятно пощипывает от крохотных царапин, оставленных коготками Дикарки. Никогда близость не приносила ему настолько полного наслаждения. Все, что было до, казалось теперь жалким и не стоящим внимания. Ни одна волчица и близко не станет с горячей, как огонь, Дикаркой – его истинной парой.

Дыхание девушки стало ровным и глубоким. Ньял осторожно вытащил красавицу из воды и направился к кровати. Прилечь бы рядом, но сон – слишком большая роскошь. Прежде надо закончить несколько дел.

Ну почему самочка раньше не сказала о сестре? А он тоже хорош, вместо того чтобы разобраться, только пугал. Волк внутри стыдливо рявкнул – до сих пор злился на безобразную сцену, которую пришлось вынести Глории. Но теперь никаких недомолвок! Едва пара придет в себя, он подробно обо всем расспросит.

Однако и сейчас ясно, что с собой лучше взять подмогу. Заставлять соплеменников идти в земли Империи вожак не имел права, но Ньял был уверен, что несколько волков его поддержат.

Удобно устроив девушку на постели, он еще несколько мгновений любовался безмятежным личиком. Но чуткий слух уже ловил деликатную возню за дверью. Беты. Они наверняка поняли, что сейчас Ньялу плевать и на обвал, и на все остальное.

Едва вышел на порог, из-за деревьев высунулись две морды. Бочком подобравшись ближе, оба волка старательно прятали глаза, опасаясь разозлить вожака вторжением в столь неуместное время. А довольством от обоих так и разит. Разве что пасть в улыбке не щерят.

– Охота состоится, – объявил Ньял. – Но перед этим пусть все явятся к месту сбора Клана. Мне есть что сказать.

Волков как ветром сдуло, и Ньял тоже позвал своего зверя. Надо найти тот камень, который в