Присвоенная ночь. Невинная для герцога - Наталия Журавликова Страница 33

Я не успела выразить свое мнение, послышались шаги слуг с переменой блюд.

— Благодарю, — кивнул герцог, когда двое официантов справились со своим делом, — можете нас оставить, мы справимся сами.

Когда слуги вышли, Максвелл сказал:

— Но, теперь ближе к нашему балу. Он будет посвящен середине осени. Это такая древняя традиция.

— Вы ее сами придумали да? — тихо спросила я.

Максвелл, кажется, подавился кусочком сыра.

— Это настолько понятно? — с тревогой поинтересовался он. — Звучит нелепо или я неубедителен?

— Нет, просто догадалась.

Его реакция вызвала у меня невольную улыбку.

— Арлин, а ты хорошо знаешь традиции? — вдруг спросил Максвелл слишком уж бодро.

— Ну… есть такое. Мне нравилось их изучать.

— И ты, наверняка, лекции не прогуливала, — взгляд герцога стал теплым.

— Как можно прогулять, если у тебя домашнее обучение, — вздохнула я.

— Сложно быть образованной благородной девицей, — шутливо посочувствовал Максвелл, — но мне это сейчас на руку. Если поможешь, буду очень благодарен. Можешь пользоваться моей библиотекой. Все книги в твоем распоряжении. Нужно придумать историю и обычаи этого праздника. Мы должны сбить гостей с толку и отвлечь от главного. От сыщика, который будет работать во дворце, выискивая злодеев…

Герцог понизил голос.

— С его помощью я устрою ловушку и для пособника моей бывшей. Ну как, ты поможешь?

Я кивнула.

— Сегодня же явятся мастерицы, чтобы подобрать тебе роскошное бальное платье.

— Но эрмин герцог! — запротестовала я. — В каком качестве я предстану перед вашими гостями? На минуточку, я ведь замужняя женщина, да еще подозреваемая в колдовстве!

— Значит, к тому времени мы тебя оправдаем, — подмигнул Максвелл и с аппетитом принялся за еду, — а что делать с твоим замужеством, решим чуть позже.

— Но все же, — я не успокаивалась, — на каком основании я тут нахожусь? Да, официально вы сказали, что задержали меня для проведения расследования… и ведь в Медлевиле наверняка это как-то иначе представляют?

— Разумеется, — кивнул герцог, — по информации, которую я им отправил, ты вообще изолирована для следствия. Не переживай. Твоя семейка не узнает, что ты живешь в имении на правах моей гостьи. Из Медлевила, кстати, никого и не будет. А люди, которые приедут на бал, вряд ли даже слышали о твоем существовании. Слава богине Осени, эта история еще не расползлась по Корсвении.

— Эрмин Коллин! — на пороге столовой появился Рашбер.

Пока он добрался до нас, мы успели прекратить разговор.

— Прибыл дознаватель из Медлевила, с документами от лорда-наместника.

— Вот и в твоем деле подвижки намечаются, — Максвелл промокнул губы салфеткой, — проведи его к нам, он наверняка голоден, как волк.

11.2

— Мне, наверное, лучше уйти? — я торопливо переложила салфетку с колен на стол.

— Почему? — удивился герцог. — Тебя это в первую очередь касается.

— Но вы сами сказали, что для всех в Медлевиле я под следствием, а не ваша гостья.

— Расслабься, — он подмигнул мне, — дознаватель пробудет до обеда, а потом отправится в управление с документами, которые мы с ним подпишем. Он не будет наводить справки о тебе. Иначе рискует своей работой. Я все еще владыка этого герцогства. И могу позволить себе в своем дворце, что в голову взбредет. Например, приказать доставить подозреваемую для допроса, вместо того чтобы мотаться по всему округу за ней.

— Дознаватель Адам Клотс прибыл, ваша светлость! — Рашбер снова стоял на пороге, предусмотрительно закрывая собой от гостя дверной проем.

Адам Клотс!

Да я ведь его знаю! Он живет в Медлевиле, и его все там боятся! По приказу наместника Зануда Клотс душу готов был вытрясти из любого, даже если его подозревают в совершенно мелком прегрешении. А тут — колдовство, воровство и неисполнение обряда!

Меня затрясло.

Я почувствовала под столом движение, а потом мою ногу погладило что-то мягкое.

Чуть не взвизгнув я поймала ободряющий взгляд Максвелла.

Все понятно! Это герцог просто несносен.

Он разулся, протянул свою длинную конечность и теперь гладит меня ступней в носке по икре, поднимаясь под коленку.

Ему для этого пришлось чуть съехать на стуле и придвинуться очень плотно к довольно широкому столу. Если бы Рашбер уже не отступил, пропуская Зануду Клотса, я бы, честное слово, схватила ногу Максвелла и хорошенько так дернула, чтобы он под стол совсем уехал.

Но сейчас это лишнее.

Впрочем, Коллин уже привел себя в порядок, хотя, подозреваю, обуться не успел. Только сел ровно.

— Приветствую вас, владыка герцог, — высокий и чуть надтреснутый голос Адама Клотса заставил меня вздрогнуть.

Сам дознаватель, между тем, был полной противоположностью своему голосу.

И даже очень полной, чего уж там. Низенький, толстенький, с широкой лысиной, обрамленной густыми пушистыми волосами пшеничного цвета.

От такого мужчины ожидаешь и голос поглубже.

— Присаживайтесь, дознаватель, — герцог кивнул на свободное место на своей стороне, — как видите, я вас ждал и уже провожу беседу с вашей очаровательной подозреваемой.

Клотс хищно глянул на меня, так что его круглые зеленоватые глаза еще больше округлились.

— Эрми Палестри? — воскликнул он чуть ли не фальцетом.

— Если все так и дальше пойдет, недолго ей быть Палестри, — внушительно сказал герцог, — я провел личное расследование и у меня есть все основания предполагать, что несчастную девушку вовлекли в этот неравный брак обманом.

— Но…. — Клотс устроился на одном из стульев и заерзал на нем. — Обвинения семейства Палестри довольно серьезны! Да и вы, ваша светлость, лицо заинтересованное. Ведь, смею напомнить, эта эрми провела с вами ночь!

— Оставайтесь в границах приличного, Клотс! — резко сказал Коллин. — Меня и эрми Арлин связывают, можно сказать, деловые отношения. Или, что будет правильнее, ритуальные. Мы оба исполняли долг перед Медлевилом. А сейчас кто-то хочет показать, будто это было плохо сделано. Возможно, добросердечная эрми Арлин и готова оставить эти слухи без внимания. Но мое достоинство не может быть настолько уязвлено!

Адам Клотс смекнул, что нападая на меня, он, возможно испортит отношения с главным своим работодателем. Дознаватель тут же присмирел.

Меня вначале удивило желание Максвелла приступить к обсуждению дела за трапезой. Но теперь я видела, что герцог так находится в более выигрышной обстановке.

Клотс явно был голоден, посматривал на еду жадным и немного жалобным взглядом.

Появился слуга и принялся ухаживать за новым едоком.

Пока он наполнял тарелку дознавателя, оба молчали.

Но стоило ему выйти, Максвелл продолжил, пользуясь тем, что Клотс принялся за еду.

— Что касается обвинений в воровстве — я могу их разбить на месте. После завтрака мы отправимся с вами на чашку чая в мой рабочий кабинет, и я покажу вам настоящее ожерелье. Семья