Присвоенная ночь. Невинная для герцога - Наталия Журавликова Страница 32

Ведь свергнуть монарха — полдела!

Тебя должны еще и согласиться вместо него короновать.

У меня вот не настолько крепкое самомнение, чтобы вообразить легкое восхождение на престол в случае гибели Адаманта.

Или неведомый мне пока смутьян не столь расчетлив, сколь глуп?

Времени у меня было мало. И до возвращения во дворец я успел отправить курьеров к тем, кого есть основания подозревать.

В изысканных выражениях я приглашал в свое имение кузена короля, герцога Слотли. Да, сам Адамант его не считал возможным мятежником, из-за его якобы слабого здоровья. Но вдруг Слотли давно придумал свою многоходовку и притворяется хворым?

В другом письме я настоятельно уговаривал приехать ко мне в выходные герцога Хатлера.

Да, Давид Хатлер казался более привлекательным вариантом, на который так и хотелось свалить всю вину.

Амбициозный, жутко гордится своим дальним родством с королевской династией, которая была до ветви Адаманта. Подвыпив, Дав любил порассуждать о том, что кланы на троне должны чередоваться, а не сидеть безвылазно.

Мне нужно было придумать безотказный повод, чтобы зазвать господ герцогов в свое имение. И дать жуткому сыщику Келавсу разнюхать все, чем они живут.

Поэтому пришлось изобрести “Бал середины осени”. Дескать, я узнал древнюю легенду, которая предписывает справлять такой праздник. И прошу самых благородных эрминов королевства Корсвения разделить его со мной.

Рашбер, разумеется, пришел в ужас, узнав, что у нас четыре неполных дня до бала.

А к нему нет ни гостей, ни нарядов, ни угощения. И украшением зала никто не занимался.

— Главная часть празднества пройдет в саду, — решил я, — вечера уже прохладные, а днем еще довольно тепло.

— Но ведь еще и людей приглашать! — взвыл дворецкий.

Увидев, что бедняга в панике, я решил отменить ужин. Велел накормить мою маленькую гостью, где ей больше понравится, хоть в кафе, хоть в ее комнате.

А сам же устроил со всем своим штатом слуг стратегическое совещание по поводу внезапного бала.

— Завтра весь день, с утра до вечера, будем рассылать приглашения, должны успеть, — сказал я, стараясь казаться беспечным.

— Но ведь почти не осталось времени… — округлил глаза Рашбер.

— А знать, сколько будет персон, очень надо, — простонал повар Селше.

Лавайя сочувственно погладила руку супруга.

Старшая горничная была тут не только по праву жены повара, я давно подумывал ее сделать помощницей Рашбера и назвать экономкой. Но после сегодняшнего рассказа Арлин решил присмотреться внимательней, еще и поэтому позвал на совет.

— А что, — хитро сказала женщина, — если посыльные запустят слух, который вызовет такое любопытство, что желающих прийти на бал будет больше, чем пригласительных?

— Какой, например, слух? — заинтересовался я. — Мне больше двух десятков гостей и не надо тут видеть, хотелось относительно тихую вечеринку для своих.

— Но и этих двадцать надобно побудить прибежать. Что, если посыльные бросят легкий намек, что в вашей личной жизни некие перемены?

— Ты про эрми Арлин? — удивленно посмотрел на жену Селше.

— Наверное, это не очень удобно, — заколебался Рашбер.

— Что ж, если это будет только намек… прозрачный… — я задумался.

— Здесь еще несколько раз эрна Шардон побывала, — подал голос помощник дворецкого по организации публичных мероприятий, Свегар.

— Вот ее в качестве слуха точно не хочу использовать! — воспротивился я.

— Вы и не будете, эрмин, — холодно сказал Свегар. Очень изысканный, утонченный мужчина моего возраста. Он мне манерами и статью напоминал эльфа. Только не такой красивый и без острых ушей.

— Вы вообще даже могли не знать, что там между собой лопочут посыльные.

Мне не хотелось вообще никак примешивать к делу Клементину.

Нет, прежней боли при воспоминании о том, как я лишился сразу и невесты и друга, не было. Будто одна маленькая тихая блондиночка меня исцелила.

Я усмехнулся:

— Но все должно быть в рамках приличия.

Дальше я диктовал список персон, которых желал видеть на балу, а потом мы долго и тщательно обсуждали меню. Ведь для него с утра нужно заказывать продукты.

Освободились мы уже за полночь.

Уже ложась в постель, я вновь вспомнил об Арлин.

Что ж, пусть гадает, почему это я ее сегодня не добиваюсь.

ГЛАВА 11

Арлин

Мое пребывание в имении герцога без каких-либо новостей затянулось.

Он рисковал получить уже целую коллекцию моих вышивок. Увы, не самых старательных, потому что я переживала.

Вначале из-за того, что меня вот-вот позовут на ужин. А когда не позвали — уже из-за этого.

Что еще придумал этот несносный герцог?

Не спала я до глубокой ночи, да так и задремала с пяльцами в руках. Хорошо, иголка в ткань воткнулась, а не в мою ногу.

Уже потом перебралась в кровать и решила, будь что будет.

Утро началось с пения птиц за окном.

Взглянув на висевшие на стене часы, я удивилась, как долго валяюсь в постели.

Подниматься не очень хотелось. Я бы еще понежилась.

Но нет, нечего расслабляться.

Я приводила себя в порядок, когда пришла одна из служанок и позвала меня на завтрак с герцогом.

Чувствуя волнение, я прибрала волосы и отправилась в столовую.

Сегодня Максвелл Коллин был уже за столом.

Наливал себе ароматный черный напиток в тонкую фарфоровую чашку. Увидев меня, приветливо улыбнулся:

— Как спалось, Арлин?

— Благодарю, чувствую себя отдохнувшей, — светским тоном ответила я, — а как ваши дела, эрмин?

— Я вот, увы, не выспался.

В доказательство Максвелл зевнул, прикрыв рот ладонью. С удивлением я разглядела на одном из пальцев то самое кольцо с желтым камнем, которое должно показать, невинна ли я. Зачем он его носит?

— Присаживайся. Вчера, когда мы расстались, меня посетила прекрасная идея. Скоро в поместье будет бал.

— Бал? — я чувствовала себя ошарашенной. Это же гости, музыка, суета, и… а мне где в это время находиться?

— Вы к тому времени рассчитываете отправить меня в Медлевил? — с опаской спросила я.

— Нет, милая, мои планы насчет тебя не изменились, даже не надейся, — он вновь посмотрел своим тем самым, обжигающим взглядом, — и на балу ты тоже будешь присутствовать. Как отвлекающий маневр. Видишь ли, моему гостю… тому самому, не захочется стягивать к себе все внимание…

— А мне, можно подумать, хочется, — пробурчала я, берясь за нож, чтобы намазать масло на хлеб.

— А у тебя, моя сладенькая, выбора особого нет, — проинформировал герцог.

— Почему вы меня так называете? — не выдержала я. — Милая, сладкая… сладенькая. Будто я ваша… ваша…

— Ну-ну, — подбодрил меня герцог, с интересом всматриваясь в лицо, — моя кто?

— Девушка, — прошептала я.

— Послушай, ну в свете того, что нам с