Скандал у алтаря. История униженной невесты - Илана Васина Страница 3

Руки упираю в бока и говорю:

— Ты вроде умный парень, Фред. Подумай. Что будет, если я отправлюсь в город и раструблю всем знакомым, что брат не пускает меня ни в дом, ни на похороны?

Юноша растерянно хлопает глазами, — видимо, такого поступка он от меня не ждал — и я продолжаю:

— Твой хозяин первый начнет отпираться. Скажет, что неразумный слуга неправильно понял его слова. Наверняка, уволит тебя, чтобы доказать свою правдивость. Ты хочешь, чтобы тебя уволили, Фред? Или не будем доводить до крайностей?

Парень наливается багровым цветом, он даже прислоняется к косяку. Переживает, видать, за свою судьбу. Похоже, та картинка, которую я ему обрисовала, очень в духе Эредара. Наконец, он выдавливает из себя:

— Вы же с хозяином поговорить хотели? Так вот нет его дома.

— А где он?

Под моим пристальным взглядом он скоро сдается:

— Он у поверенного… но только не выдавайте меня, ладно? — умоляюще добавляет он.

На эту трусливую просьбу даже не считаю нужным реагировать.

Просто разворачиваюсь и, взяв Труди за руку, ухожу.

Буквально через четверть часа я оказываюсь у конторы семейного поверенного — благо прежняя Ари знала его адрес. Труди оставляю внизу, а сама взлетаю на второй этаж, приподнимая подол белого платья и перепрыгивая через ступеньку. Ох, чует мое сердце, что мой новый родственник сейчас делает мне бяку!

Когда оказываюсь перед кабинетом поверенного, меня останавливает суровая секретарша лет сорока. Металлический блеск пенсне, темно-серое строгое платье, волосы, зализанные в пучок, говорят о неприступности и правильности.

Весь ее вид говорит: «Ты не пройдешь!»

Не тут-то было!

Я столько очередей отстояла на своем веку, что прекрасно изучила повадки тех, кому «только спросить!» и сейчас заимствую их тактику.

Иду на обманный маневр. Делаю вид, что готова ждать, а когда она, обманутая моим послушанием, садится обратно за свой столик, молнией шмыгаю в кабинет.

Под крики секретарши за моей спиной на меня с изумлением взирают две пары глаз.

Семейный поверенный, сухонький, седовласый старичок, и мой брат, который при виде меня торжествующе шипит:

— Ты опоздала, ущербная.

Глава 3

Юрист, растерянно хлопает глазами, переводя взгляд с меня на брата. Моего появления старик явно не ожидал. А вот круглое лицо Эредера аж лоснится от радости. Вот только рад он не мне, а обстоятельствам, при которых мы встретились.

— Что здесь происходит? — обращаюсь к поверенному. — Объясните, правда ли мой отец умер? И если это правда, то почему я узнаю об этой новости от чужих людей?

Господин Юрген вытаскивает карманные часы на золотой цепочке, открывает блеснувшую в лучах солнца крышку и, сверившись с часами, кивает.

— Увы, леди Рестван, ваш батюшка действительно ушел в мир иной. Как и когда люди узнают о смерти близких людей, законом не регулируется. Зато я уполномочен вам сообщить, что все состояние вашего батюшки семь минут назад перешло вашему брату.

На эмоциях я сцепляю пальцы в кулаки. Вся эта ситуация издалека пахнет подставой.

— Почему отец завещал только брату? — говорю сухо и, покопавшись в воспоминаниях, добавляю: — Насколько мне известно, он собирался оставить мне деревню в личное пользование, а другую — планировал дать моему будущем мужу в качестве приданого.

Замечаю в зеленых глазах поверенного мелькнувшее удивление, как и в глазах братца. У Арианы был совсем другой характер. Она бы не стала докапываться до сути происходящего, да еще таким бескомпромиссынм тоном. На миг меня пронзает беспокойство, что они догадаются о моем попаданстве, но тут же решаю, что девушка, с которой так жестоко обошлись, вполне могла повзрослеть за считанные часы.

— Так и было, — тянет старик. — Ваш батюшка собирался завещать вам два богатых фермерских хозяйства. Вся загвоздка в том, что для получения наследства вы должны были связаться со мной в течении первых суток после смерти вашего батюшки. Это новый закон, но он широко освещался в прессе.

Тут в памяти проносится заголовки статей, которые читала прежняя хозяйка тела. Разводы, скандалы, рецепты красоты… В желтой прессе вряд ли широко освещался этот закон. Старик тем временем продолжает:

— Со мной можно было сделать как магической почтой, так и при личном визите в контору поверенного. Но поскольку только ваш брат явился в контору, он единственный наследует имущество вашего батюшки.

После услышанной новости стою и растерянно хлопаю глазами.

Говорю:

— Но… Ведь суток еще не прошло. Отец умер не больше пары часов назад. Он еще утром через слугу передавал мне свои просьбы… Я не хотела идти на церемонию брачных уз, а он настоял, чтобы я пошла.

Мой взгляд случайно падает на брата, и мне кажется в его глазах горят слова: «Ну ты и дура!» Чувство такое, что он просто наслаждается этой встречей и моим уязвимым положением.

— Есть свидетельство врача, — господин Юрген пододвигает ко мне лист желтоватой бумаги, — где черным по белому зафиксировано время смерти вашего батюшки. Можете взглянуть.

Беру документ и внимательно просматриваю, стараясь не отвлекаться на комментарии брата, о том, что только бездушная эгоистка сразу после смерти отца побежит в храм на церемонию брачных уз.

Так. Пробегаю глазами по тексту. Действительно, смерть датирована вчерашним днем. Девять пятнадцать утра. На всякий случай запоминаю подпись врача. Лайт Гроухард.

Что же это получается?

Либо врет врач, который засвидетельствовал смерть отца вчерашним днем. Либо врет Фред, который якобы передавал мне слова отца, на самом деле уже почти сутки почившего. Кто-то из двоих был в сговоре с братом.

А может оба?

К тому же параллельно у меня появился другой вопрос. Откуда мой жених узнал о том, что я не получу никакого приданого, если вопрос о наследстве решился только семь минут назад? Значит, и Тимиан был в сговоре с братом? От этого открытия меня кроет возмущением.

Похоже, я попала в настоящий серпентарий!

— Если я докажу, — поворачиваюсь к нотариусу, — что от меня скрыли факт смерти отца или что его смерть наступила меньше суток назад я смогу вступить в право наследования?

— Увы, — юрист энергично мотает головой, — это невозможно. Вопрос наследства уже решен и зафиксирован.

После этого ответа мне почему-то кажется, что мой брат и нотариуса подкупил. А что? Логично. Если уж проворачивать аферу, то подстелить себе соломку со всех сторон. Каждому участнику позолотить ручку. Значит, чтобы при первой же возможности мне