Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова Страница 27

— Сам?

— Да.

— И он узнает.

— Если запрошу книги официально — узнает.

— Тогда?

Торвейн посмотрел на старые карты.

— Поэтому официально я ничего запрашивать не буду.

Сайвера подняла брови.

— Альфа Северной стаи собирается копаться в собственном архиве тайком?

— Не называй это так.

— А как?

— Проверкой документов без предварительного уведомления ответственного лица.

— То есть тайком.

— Сайвера.

— Мне нравится.

Он покачал головой.

Тесса переводила взгляд с одного взрослого на другого.

— А что будет с нами?

Торвейн сразу посерьёзнел.

— Пока ничего не меняется.

— Мы остаёмся здесь?

Он посмотрел на Сайверу.

Не решил за неё.

Спросил взглядом.

Она заметила.

— Если захотите, — сказала Сайвера детям.

Иврей немедленно кивнул.

Тесса помедлила.

— А если найдётся мой дом?

— Тогда решишь.

— Я?

— Ты.

— А вы не будете против?

Сайвера посмотрела на неё.

— Буду, если решишь уйти одна ночью по неизвестной дороге. Всё остальное обсудим.

Тесса улыбнулась.

Торвейн наблюдал за ними с каким-то странным выражением.

Сайвера заметила.

— Что?

— Ничего.

— Опять.

— Я просто думаю.

— Осторожнее. У тебя после этого обычно появляется приказ.

Иврей фыркнул.

Торвейн посмотрел на него.

— Ты сегодня особенно весёлый.

— Я работаю.

— При чём здесь это?

— У нас хорошая выручка.

Сайвера резко повернулась.

— Иврей.

— Что?

— Мы не рассказываем посторонним про выручку.

Мальчик посмотрел на Торвейна.

— Он посторонний?

Вопрос ударил неожиданно.

Сайвера замолчала.

Торвейн тоже.

Иврей понял, что опять попал куда-то, куда не собирался.

— Я про трактир.

— Я поняла.

Сайвера посмотрела на бывшего мужа.

Когда-то он был самым близким человеком.

Теперь стоял за её стойкой как гость.

Но уже не совсем чужой.

И от этого всё становилось только сложнее.

— В хозяйственных вопросах — посторонний, — сказала она.

Торвейн чуть склонил голову.

— Принято.

Ни обиды.

Ни спора.

Просто принял.

Сайвера опять вспомнила собственные слова Иврею.

Смотреть, что человек делает дальше.

Пока Торвейн делал именно то, чего она от него требовала слишком поздно.

Слушал.

Он собирался уехать до вечера.

Не успел.

Сначала приехала Мирта с продуктами.

Потом одновременно появились две повозки.

Следом свернули знакомые дорожные рабочие.

Через полчаса общий зал снова заполнился.

Сайвера носилась между кухней и стойкой.

Иврей принимал заказы.

Тесса поднималась и спускалась по лестнице, потому что две комнаты только что освободили и требовалось подготовить их для новых гостей.

Торвейн сидел за дальним столом с картами.

Минут десять.

Потом Сайвера услышала грохот на дворе.

Выглянула.

Один из гостей пытался удержать нервную лошадь возле конюшни.

Торвейн уже был там.

Без приказов.

Без Альфы в голосе.

Просто взял повод, успокоил животное и помог поставить в стойло.

Вернулся.

Сайвера сунула ему в руки корзину.

— Что это?

— Грязная посуда.

Он посмотрел на неё.

— Ты серьёзно?

— Нет. Это тайное испытание Альфы. Если не донесёшь до кухни, Северная стая распадётся.

Торвейн взял корзину.

— Куда?

— К раковине.

— Я знаю, где кухня.

— Тогда зачем спрашивал?

Он ушёл.

Иврей застыл с открытым ртом.

— Вы заставили Альфу носить посуду.

— Я попросила.

— Не очень похоже.

— Он мог отказаться.

Иврей посмотрел в сторону кухни.

— Не отказался.

— Именно.

Тесса спустилась.

— А он работает?

— Нет.

— Тогда почему носит?

Сайвера взяла следующую миску.

— Видимо, ещё сам не понял, что произошло.

Через некоторое время Торвейн действительно оказался втянут в хозяйство.

Он не принимал заказы.

После первого же вопроса Иврея «что за вторым столом?» выяснилось, что Альфа помнил хуже девятилетнего ребёнка.

Зато прекрасно таскал дрова.

Умел обращаться с лошадьми.

И, к удивлению Сайверы, без единого замечания поднял на второй этаж новый кувшин, когда Тесса объявила, что старый протекает.

— Поставьте у третьей двери, — распорядилась она.

Торвейн остановился.

Посмотрел на двенадцатилетнюю девочку.

Сайвера замерла, ожидая.

— Слева или справа?

— Слева.

Он понёс дальше.

Тесса повернулась к Сайвере.

— А он нормальный.

Сайвера чуть не уронила тарелку.

— Тише.

— Что?

— Ничего.

— Вы всегда так отвечаете.

Вечером, когда зал наконец опустел, Торвейн сидел возле стойки и смотрел на свои руки.

— Что? — спросила Сайвера.

— Ничего.

— Нет. Это мой ответ.

— Я просто не помню, когда последний раз переносил столько мисок.

— Альфе полезно расширять навыки.

— Я управляю несколькими тысячами людей.

— А сегодня проиграл девятилетнему ребёнку в запоминании трёх заказов.

Иврей из-за стойки поднял палец.

— Четырёх.

Торвейн медленно повернул голову.

— Ты ещё здесь?

— Я считаю деньги.

— Конечно.

Сайвера улыбнулась.

И снова поймала себя на неправильном ощущении.

Уюте.

Торвейн сидел в её трактире.

Иврей считал выручку.

Тесса наверху проверяла комнаты.

В печи догорали дрова.

Всё было настолько хорошо, что хотелось немедленно напомнить себе о причине развода, лишь бы не позволить сердцу сделать выводы раньше головы.

Сайвера занялась книгой расходов.

Это помогало.

Всегда.

Торвейн некоторое время молчал.

Потом поднялся.

— Мне пора.

— Карты оставишь?

— До завтра.

— А документы?

— Нет.

— Почему?

— Потому что если кто-то действительно менял реестры, я не хочу оставлять единственные копии в трактире.

— Разумно.

Он застегнул плащ.

Тесса как раз спустилась.

— Уезжаете?

— Да.

— А завтра?

Торвейн посмотрел на Сайверу.

— Если хозяйка разрешит.

Тесса тоже посмотрела на неё.

Иврей поднял глаза от денег.

Три человека ждали ответа.

Сайвера почувствовала себя подозрительно загнанной.

— Приезжай.

— Спасибо.

Он подошёл к двери.

Сайвера проводила его до крыльца.

На улице уже темнело.

Над деревьями собирались те самые облака, о которых Торвейн предупреждал.

— Завтра будет дождь, — сказал он.

— Крыша пока держится.

— Если нет…

Он остановился.

Сайвера ждала продолжения.

Раньше он сказал бы: «Я пришлю людей».

Теперь Торвейн только спросил:

— Ты знаешь, к кому обратиться?

— Да. Плотник дал имя мастера.

— Хорошо.

Сайвера неожиданно улыбнулась.

— Ты сейчас очень мучился?

— Невероятно.

— Хотел приказать?

— Очень.

— И как?

— Неприятно.

Она засмеялась.

Торвейн тоже улыбнулся.

Всего на мгновение.

Потом между ними снова встало всё, что ещё не было сказано и исправлено.

Торвейн опустил взгляд.

— Сайвера.

— Что?

— Если выяснится, что документы против тебя тоже проходили через Даймора…