Волчья тропа - Даха Тараторина Страница 27

Закатил глаза и осел на землю. Тоже мне, благородная девица.

Волк брезгливо отряхнул над телом лапки:

– Делов-то.

Обыскав и связав мужика, мы пришли к выводу, что не только сегодняшний день был для него неудачным. Нами были обнаружены: старенький арбалет, который при ближайшем рассмотрении оказался помят и стрелял как минимум на сажень34 отклоняясь от цели. Это я проверила опытным путём, случайно спустив тетиву и возблагодарив всех богов за то, что оружие оказалось столь же кривым, сколь и мои руки. Маленький нож, судя по запаху и степени тупости предназначенный исключительно для нарезки колбасы. Пырни меня кто подобным ржавым предметом, я бы предпочла скончаться от страха перед заражением крови. Надгрызенный солёный огурец в кармане. Девять мелких медных монет, бережно завёрнутых в тряпицу и припрятанных в рваный сапог. Завершала картину лежащая поодаль огромная шляпа с цветастым пером, которую обыскиваемый использовал в качестве мешка для найденных ценностей. Пока в ней одиноко лежали аккуратно сложенные штаны Серого. Муж тут же спохватился, что не мешало бы натянуть их на себя. К моему большому сожалению. Словом, вид у нашего несостоявшегося разбойника был настолько печальным, что ему впору было просить милостыню, а не вымогать. Мужика стало жалко. При ближайшем рассмотрении он оказался ещё менее пугающим. Мне сразу захотелось заштопать его изодранную рубаху, накормить болезного дурака и отпустить с миром.

– Я знаю этот взгляд, – нахмурился Серый, – чего удумала?

– Мне его жа-а-а-алко! – заныла я, – Посмотри какой тощий!

– Я тоже тощий. Что ж ты меня не жалеешь.

– Ты тощий всегда был, а этот явно голодает.

– Ага, жизнь разбойная – она тяжёлая.

– Ну Се-е-е-ерый!

– Он тебя ограбить хотел.

– Он сожале-е-ет!

– Он тебе арбалетом угрожал!

– Ну так только угрожал же, не стрелял.

– А выстрели он, тебе легче бы стало?!

– Так он бы промахнулся! Сам видел, как эта дура косит.

– Ну уж нет. Делить ужин с человеком, угрожавшим моей жене, я не намерен, – Серый скрестил руки на груди и отвернулся.

– Вот и замечательно. Там как раз всего две порции, – я принялась расталкивать неудачливого мужика.

– Да он же нас первому охотнику сдаст за серебрушку! – прошипел муж.

– Ну так и что теперь? Горло ему перегрызть?

Оборотень с готовностью клацнул зубами, соглашаясь с идеей.

Растолкать горе-грабителя оказалось не так просто: стоило ему немного прийти в себя, как Серый начинал подвывать или светить волчьей улыбкой. Мужик тут же снова терял сознание. С трудом приведя его в чувство и как маленького накормив с ложечки, я наконец смогла познакомиться со своим первым в жизни разбойником. Правда, знакомство явно вызывало у меня куда больший интерес. Надея, как представился гость, был родом из крохотной деревеньки на пяток домов, стоящей на холмистом берегу Рогачки. Воровством и грабежами он промышлял не так давно. Между Малым Торжком и Городищем все лесные владения были поделены куда более удачливыми разбойниками. Незадачливому хилому Надее оставался отдалённый глухой лес, куда достойные грабежа торговцы забредали разве что случайно.

– Вы не подумайте дурного, – умолял Надея, – я не душегуб какой! Крови на мне не было никогда, разве что петуха какого или белки. Да и та, поганка, вывернулась. Я бы и в вас стрелять нипочём не стал. Пугал… Токмо денег очень надо. Урожай сами знаете какой в последние годы был. Мамка меня и погнала из дому от греха подальше. А то слухи всякие ходили… Нехорошие. А так и я в Торжке небось не пропаду и им лишний кусок хлеба будет. Да только работу я себе в городе так и не нашёл. Руки у меня кривые видать. За что не возьмусь, всё валится. Я и подался в разбойники. Думал, накоплю деньжат, да вернусь в деревню видным мужиком. Уж тогда голодать не придётся. Да вот всё как-то не складывалось.

Надея всхлипнул, изо всех сил стараясь выдать звук за вздох. Тайком утёр нос о плечо (развязывать мы его пока не спешили – я всё-таки сердобольная женщина, а не идиотка).

– И давно ты по лесам слоняешься? – как бы невзначай уточнил Серый. Видать, его сильно задело, что он не унюхал вора сразу. Немудрено: от мужичка воняло дымом, зверьём и прелыми листьями, но никак не человеком.

– Да уж с весны, наверное, – вздохнул Надея.

Серый быстро развязал мужику руки, аккуратно сматывая верёвку. Освобождённый ошалело растирал запястья, наблюдая за действиями недовольного мужика.

– Значит так, – скомандовал муж, – насильно держать не стану. Но до Торжка мы тебя доведём. И работа тебе будет. У нас есть… знакомые. Но если пойдёшь с нами, давай уж по-честному. Никаких больше самострелов и разбоя. И за место, что мы тебе найдём, будешь держаться обеими руками. Согласен?

– Согласен! – обрадовался Надея. Он и сам уже был не рад, что свернул на кривую дорожку. – А можно мне… Я только до тайничка своего добегу. Там вещи у меня. Вы только, пожалуйста, никуда не уходите.

– Не уйдём.

– Честно-честно?

– Честно. Иди за своими вещами. Снимаемся на рассвете.

Надея припустил в заросли, оскальзываясь и путаясь на неверных после верёвки ногах.

– Чего это ты? -удивилась я неожиданной перемене Серого.

Муж не отводил пристального взгляда от удаляющейся спины.

– Эй, Надея! – окликнул он.

– Ась?

– Как деревня-то твоя звалась?

– Доеды! – радостно прокричал Надея. Кусты за его спиной сомкнулись, проглатывая убегающего.

Глава 9

Пять лет назад

Пора осеннего перегона

Стоило убрать огороды, начиналась пора свадеб. Девки, красивые и не очень, всё чаще стреляли глазами по сторонам, высматривая наиболее привлекательного неженатого парня. Ни одна об эту полную праведного безделья сытую пору не созналась бы, что всем давно известно, чьи сваты в какую избу пожалуют, что в наших краях отродясь свахи не бывало и, хоть среди молодёжи и бывают и ссоры, и расставания, по большому счёту, все прекрасно знают, с кем кому судьба уготовила век вековать. Нравы у нас были не строгие, а вот народу маловато. Так что, либо незадолго до осенин35 самых красивых девиц родители гоняли на ярмарку – якобы торговать всякими никому не нужными мелочами, а на деле надеясь сбагрить любимую доченьку в семью какого-нибудь городского увальня, либо ещё с весны начинали готовить свадьбу с кем-то из деревенских.

Надо сказать, девки у нас были не промах. Случись что, себя отстоять сумеют. Правда, в одиночку отпускать дитятко всё одно боязно, да и городские женихи на дороге не валяются, так что чаще получалось целыми отарами. Вот все и привыкли полушутя звать эти караваны перегоном баб на торг в Малый Торжок.