Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава Страница 24

— Ты слишком доверчив.

— А ты — слишком подозрительна, — он взял её за руку. — Идеальный баланс.

На следующий день Ксавьер написал письма Гелле и Омэну. Коротко, без деталей: «Нашёл кое-что, что требует личного присутствия. Приезжайте, когда сможете. Нужна ваша помощь».

Ответ пришёл через день. Гелла телеграфировала: «Едем. Ждите через три дня. Не взрывайте ничего без нас».

Лисса прочитала телеграмму и рассмеялась.

— Она всё та же.

— Кто бы сомневался, — Ксавьер забрал листок. — Три дня. У нас есть время подготовиться.

— Что именно подготовить? Карты, припасы, оружие?

— И это. И ещё кое-что, — он посмотрел на неё внимательно. — Я хочу, чтобы ты поехала не как начальник стражи. А как моя невеста.

Лисса покраснела.

— Мы ещё не обручились официально.

— Обручимся. Здесь. Сегодня. При Торнберге в качестве свидетеля.

— Ты с ума сошёл?

— Возможно, — он улыбнулся. — Но я хочу, чтобы все знали: ты — моя семья. Не тайная, не «почти». Настоящая.

Лисса молчала несколько секунд. Потом кивнула.

— Хорошо. Но без пышных церемоний. Просто кольца и подписи.

— Договорились.

Торнберг, приглашённый в кабинет для «важного разговора», выглядел озадаченным.

— Вы хотите, чтобы я засвидетельствовал ваше обручение? — переспросил он.

— Да, — Ксавьер протянул ему лист бумаги. — Это временное соглашение. Позже мы оформим всё официально. Но сейчас, перед поездкой на юг, я хочу быть уверен, что Лисса — моя невеста. И что в случае чего — она имеет право действовать от моего имени.

— Академия останется на вас, магистр, — добавила Лисса. — Мы доверяем вам.

Торнберг сглотнул.

— Вы… вы доверяете мне? После всего, что было?

— Вы доказали, что способны на честность, — сказал Ксавьер. — Этого достаточно.

Торнберг молчал. Потом взял бумагу, прочитал, поставил подпись.

— Я не подведу, — сказал он. — Клянусь.

— Подпишите и вы, — Ксавьер протянул перо Лиссе.

Она подписала. Он — последним.

— Всё, — сказал Ксавьер, убирая документ в сейф. — Теперь мы официально жених и невеста.

— Поздравляю, — Торнберг пожал им руки. — Я… я рад, что вы нашли друг друга.

— Спасибо, — Лисса улыбнулась. — А теперь — к делу. Нам нужно подготовить академию к нашему отсутствию. Расписание занятий, дежурства стражников, бюджетные вопросы. Вы справитесь?

— Справлюсь, — кивнул Торнберг. — Я же куратор. Моя работа — следить за порядком.

— Вот и следите, — Ксавьер хлопнул его по плечу. — Мы вернёмся через две недели. Не больше.

— Я буду ждать.

•••

Три дня пролетели как один.

Лисса составляла списки необходимого снаряжения, проверяла ампулы (Гелла обещала привезти новые, улучшенные), изучала карты южных земель. Ксавьер разбирался с документацией, чтобы оставить Торнбергу как можно меньше нерешённых вопросов.

Они почти не виделись — только по ночам, когда усталые падали в постель и говорили шёпотом о будущем.

— Ты боишься? — спросила Лисса в одну из ночей.

— Чего?

— Того, что мы найдём. Тайник. Документы.

— Боюсь, — признался Ксавьер. — Но больше боюсь не найти.

— А я боюсь, что правда окажется хуже, чем ложь, — она прижалась к нему. — Что мы разрушим жизни людей, которые не заслужили этого.

— Правда не разрушает. Она освобождает.

— Ты в это веришь?

— Должен, — он поцеловал её в макушку. — Иначе зачем всё это?

Она не ответила. Только вздохнула и закрыла глаза.

•••

Гелла и Омэн приехали ровно через три дня, как обещали.

Гелла выпрыгнула из кареты, не дожидаясь, пока та остановится, и кинулась обнимать Лиссу.

— Соскучилась! — крикнула она. — Как вы тут без нас? Куратор не замучил?

— Замучил, но мы его перевоспитали, — ответила Лисса, отстраняясь. — Теперь он наш союзник.

— Не может быть! — Гелла повернулась к Омэну, который неторопливо выбирался из кареты с двумя сумками. — Слышишь? У них тут союзники из Совета!

— Я не удивлён, — спокойно ответил Омэн. — Ксавьер умеет располагать к себе людей.

— В отличие от тебя, — хмыкнула Гелла.

— Я тоже умею. Просто не хочу.

Он пожал руку брату.

— Ты выглядишь уставшим, — заметил Ксавьер.

— Это дети. Старшая устроила взрыв на кухне, младший не спал всю ночь, — Омэн потёр переносицу. — Но мы справимся. Гелла оставила их с няней.

— Надолго?

— На две недели. Больше не обещаю.

— Две недели нам хватит, — Ксавьер повёл их в кабинет.

За закрытыми дверями они обсудили план.

Ксавьер развернул карту, показал место, где когда-то располагался отряд «Степные псы».

— Тайник — в старом склепе, который мы с Дорианом нашли случайно. Он замаскирован под обычную могилу, но внутри есть подземный ход. Я помню, как туда попасть.

— А охрана? — спросил Омэн.

— Никакой. Место глухое, никто туда не сунется. Но сам склеп может быть завален — прошло много лет.

— Гелла, у тебя есть ампулы для расчистки завалов?

— Есть, — Гелла похлопала по поясу. — И для взрывов, и для кислоты, и для липкой смолы. Всё, что нужно.

— Тогда выступаем завтра на рассвете, — сказал Ксавьер. — Лисса, ты подготовишь лошадей?

— Уже подготовила.

— Гелла, проверь ампулы. Омэн… просто будь рядом.

— Всегда, — кивнул тот.

Вечером они устроили прощальный ужин в ректорской столовой.

Торнберг сидел во главе стола (по настоянию Ксавьера) и выглядел неловко — он не привык быть «своим».

— Расслабьтесь, магистр, — сказала Гелла, подливая ему вина. — Мы не кусаемся. Кроме Лиссы, но она кусает только ректора.

— Гелла! — Лисса покраснела.

— Что? Это правда, — Гелла безмятежно улыбнулась.

Омэн кашлянул.

— Давайте не будем обсуждать личную жизнь за ужином.

— А что обсуждать? Погоду? — Гелла пожала плечами. — Ладно, давайте выпьем за успех экспедиции. Чтобы мы нашли то, что ищем, и вернулись живыми.

— За успех! — подхватили все.

Торнберг выпил, поморщился — вино было кислым.

— Это южное, — объяснила Лисса. — Крепкое, но противное на вкус. Зато бодрит.

— Я запомню, — кивнул он.

Ночью, когда все разошлись, Ксавьер и Лисса стояли на крыльце, глядя на луну.

— Завтра начинается настоящее приключение, — сказал он.

— Настоящее, — согласилась она.