Тебя никто не спасет - Майарана Мистеру Страница 21

— Хэммонд! — попыталась крикнуть я, но из горла вырвался лишь судорожный всхлип.

Внезапно из бокового прохода, словно тень, вынырнула фигура.

— Эсси?

Мелисса. Она была еще в том же домашнем платье, в котором провожала меня. Увидев мое лицо, она замерла, а затем бросилась ко мне, хватая за плечи.

— Что случилось? Почему ты… ты вся белая! Где Рейнар?

— Он… он… — меня трясло так, что зубы выбивали дробь. — Мертв… Лисса, он мертв! Чай… он выпил и… упал… там кровь…

Глаза сестры расширились. Она зажала мне рот ладонью, больно впиваясь пальцами в щеки.

— Тише! Ты с ума сошла кричать об этом здесь⁈

Она огляделась по сторонам с пугающей резкостью, а затем потащила меня прочь от кабинета, к лестнице, ведущей в наше крыло.

— Идем. Быстро.

— Нет! — я уперлась, пытаясь вырваться. — Нужно позвать лекаря! Кейрана! Вдруг ему еще можно помочь…

— Кейрана нет в замке, а Рейнару уже не помочь, если он мертв, дура! — прошипела она мне в лицо, и в её голосе на секунду прорезалось что-то жесткое, незнакомое. Но тут же исчезло. — Эсси, послушай меня! Если тебя найдут там, рядом с трупом… Подумай!

Она тащила меня, полуживую от ужаса, по коридорам, пока мы не оказались в безопасности моей спальни. Мелисса захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Только тогда она отпустила меня, и я сползла на ковер, не в силах стоять.

— Рассказывай, — потребовала она, присев рядом на корточки. — Всё, до мелочей.

Я рассказала. Сбивчиво, глотая слезы. Про разговор. Про примирение. Про то, как он выпил чай. И про то, что случилось потом.

— Магия вскипела… — шептала я, глядя на свои руки. — Он кричал… Лисса, это был не чай! Это был яд! Алхимик обманул тебя!

— Не может быть, — Мелисса покачала головой, её лицо выражало крайнюю степень растерянности. — Алхимик проверенный… Постой. Магия вскипела?

Она схватила меня за руки.

— Аллергия! — выдохнула она. — Эсси, это точно аллергия! Редкая непереносимость компонентов. Такое бывает у сильных магов. Их кровь реагирует на травы непредсказуемо. О боже… мы убили его случайностью.

— Мы должны сказать, — я попыталась встать. — Я объясню, что это была ошибка, что мы хотели как лучше…

— Стой! — Мелисса преградила мне путь. — Ты не пойдешь никуда. И ты никому не скажешь, что была у него.

Я замерла.

— Что?

— Ты будешь молчать, — твердо произнесла она. — Никто не видел, как ты входила?

— Н-нет… кажется…

— Отлично. Значит, тебя там не было. Рейнар умер от приступа. Сердце не выдержало. Или старая рана открылась.

— Ты предлагаешь мне лгать? — я отшатнулась от неё, как от прокаженной. — Скрываться, как преступнице? Я не убийца, Лисса! Я не хотела этого! Если я скрою правду, это будет выглядеть как… как настоящее убийство!

— А как это выглядит сейчас⁈ — выкрикнула она. — Ты — невеста, которую он ненавидел. Ты принесла ему «чай», после которого он умер в муках. Кто поверит в аллергию? Кто поверит в «мирный договор»? Кейран разорвет тебя на части, Эстелла!

— Он поймет…

— Он не поймет! — Мелисса внезапно упала передо мной на колени. Из её глаз брызнули слезы. Она вцепилась в подол моего платья. — Эсси, умоляю тебя! Подумай обо мне! Если тебя казнят… а тебя казнят, прямо во дворе, без суда! Эшборны скоры на расправу! Что будет со мной? Меня вышвырнут на улицу, я умру от голода!

Я смотрела на сестру, валяющуюся у меня в ногах.

— Казнят? — прошептала я.

— Без сомнений, — рыдала Мелисса. — Он потерял брата. Он будет в ярости. Он не станет слушать твои оправдания про травки. Он увидит только одно: ты отравила Рейнара. Пожалуйста, Эсси! Давай просто переждем. Пусть лекарь осмотрит его. Если они скажут, что это аллергия или приступ — тогда мы будем в безопасности. А если найдут яд… тогда мы подумаем, что делать. Но сейчас — молчи! Ради всего святого, молчи! Ради меня!

Я смотрела в её заплаканные глаза, полные животного ужаса, и чувствовала, как внутри меня умирает последняя надежда на честность.

Страх перед плахой, холодный и липкий, смешался с жалостью к сестре. Я не могла бросить её. И я не хотела умирать.

— Хорошо.

Мелисса уткнулась лицом мне в колени, и её плечи затряслись — то ли от рыданий, то ли от облегчения.

А я смотрела в стену и видела только мертвые, стеклянные глаза Рейнара, в которых застыл последний немой вопрос: «Ты действительно решила меня отравить?»

25

Мы сидели в темноте, вздрагивая от каждого шороха в коридоре. Мелисса держала меня за руку, и её ладонь была единственным теплым предметом в ледяном склепе, в который превратилась моя спальня. Время растянулось в бесконечную пытку. Я ждала криков, ждала звона колокола, возвещающего о смерти одного из хозяев, но замок молчал.

И это молчание разорвалось не колоколом, а грохотом моей собственной двери.

Замок вылетел с мясом от удара такой силы, что деревянные щепки брызнули на ковер. Я вскрикнула и вжалась в спинку кровати. Мелисса охнула, прикрыв рот рукой.

На пороге стоял Кейран.

Он был страшен. Всегда безупречный, застегнутый на все пуговицы герцог сейчас выглядел так, словно прошел сквозь ураган. Его мундир был расстегнут, волосы растрепаны, а лицо… Лицо было серым, как пепел, и на этом сером фоне глаза горели безумным, белым огнем ярости.

За его спиной толпилась прислуга и Хэммонд, который держал канделябр трясущимися руками.

— Обыскать всё, — хрипло приказал Кейран. Он даже не посмотрел на меня. Он смотрел сквозь меня, словно я была пустым местом, которое нужно стереть.

— Что… что происходит? — пролепетала Мелисса, вскакивая и инстинктивно закрывая меня собой. — Ваша Светлость, почему вы врываетесь…

Я же не могла выдавить из себя ни звука. Язык присох к нёбу, а губы онемели от пережитого ужаса.

— Молчать! — рявкнул он так, что у меня заложило уши. — Ни слова лжи больше, Эстелла. Ни единого слова.

Слуги рассыпались по комнате. Они не церемонились. Содержимое шкафов вываливалось на пол, платья — мои и