Мертвецки влюблён в тебя - Одария Вербенова Страница 16

— Я обещал вам, что пока у вас будет очень много теории и довольно мало практики, — говорит профессор, — но сегодня вам повезло: мы впервые откроем портал. Я хочу, чтобы вы лучше поняли то, о чём я рассказывал вам в прошлый раз... Только так вы усвоите материал.

По аудитории раскатывается волна предвкушающих возбуждённых вздохов, все зашептались, кто-то захихикал.

А профессор Фемий допускает мысль, что среди его адептов есть вампиры? Для открытия портала нужна капля крови всё же...

— Ты же не думаешь, что сейчас начнётся кровавая резня? — потешается надо мной Дикий, словно угадав мои мысли.

Впрочем, по моему хмурому виду не сложно догадаться, о чём я могу думать.

— Раз сам основатель Академии, Изидор, допускал вампиров к обучению, и после его смерти с приходом нового ректора правила не изменились... Значит всё в порядке, — успокаиваю саму себя. — Вы же умеете себя контролировать, если достаточно опытны и... не голодны.

— Так и есть, — подтверждает Адам.

Тем временем профессор Фемий раскладывает на своём преподавательском столе необходимые ритуальные предметы для открытия портала.

Он показывает нам особый рыжеватый мел с корицей в составе:

— Корица является мощным усилителем любой практики, — рассказывает он, повторяя то, что мы уже проходили на прошлом занятии. — Обязательное условие это шипы розы при пускании крови. Не нож, не что-либо другое. Шипы розы нужны для вашей защиты при открытии портала, они защищают от непрошенных гостей или чужеродной энергии. Помните: в момент перемещения вы уязвимы, и не должны допускать ошибок. Кто готов подойти к доске и определить верные координаты для перемещения во двор этого учебного корпуса? Прямо под наши окна.

— Я готов! — быстро реагирует Тарас.

Староста воодушевлённо, едва ли не вприпрыжку, мчит к доске и по буклету-методичке высчитывает кооридинаты нашего двора, мерно стуча бруском обычного мела по поверхности доски. Конечно, он ошибся. Учиться работать с со всеми этими формулами нам ещё долго предстоит.

Но Тарас не расстраивается — видно, что рассчитывает на то, что портал сегодня будет открывать именно он. Пожалуй, самый инициативный адепт в нашей группе.

— Можете возвращаться на место, — расстраивает старосту профессор Фемий. — Теперь ко мне выйдет... — он осматривает у себя в журнале список из наших имён, — Валери Острозубка!

— А мне нравится ход этого занятия, — Адам тянет уголки рта в довольной улыбке.

Все взгляды прикованы ко мне. Я стою одна, а передо мной ряды любопытных адептов, что жадно ловят каждое мгновение происходящего ритуала. Как сквозь вату, слышу короткий инструктаж профессора Фемия.

Молча киваю, будто уверенная и равнодушная. Но на самом деле беспокойство охватило каждую клеточку моего тела. Среди нас вампиры, и они тоже смотрят прямо на меня, в мои глаза.

Дастин, сидящий в первом ряду и имеющий наилучший обзор, смотрит с вызовом и озорством, а Адам, что сидит у моего любимого окна, с ленивым интересом и загадочной полуулыбкой.

— А теперь в точности повторите рисунок с этой схемы, — профессор протягивает мне лист бумаги со шпаргалкой и кусок рыжеватого мела с корицей.

Приседаю к полу и, крутясь вокруг своей оси, старательно вывожу точно такие же линии, что изображены на бумаге. Получается что-то вроде круга, в центре которого я — жертва складывающихся обстоятельств.

— Определите место для расположения своих ладоней, — даёт команду профессор Фемий. — запишите координаты нашего двора.

К счастью, они тоже отражены в данной мне шпаргалке, так что я пишу непонятный мне набор цифр.

— Что теперь вы делаете? — спрашивает этот седовласый мучитель.

— Беру шипы роз и сжимаю их в кулаке, чтобы пошла кровь, — отвечаю обречённо.

— Верно, — кивает одобрительно. — Но если вы сможете управиться одним шипом, то можно и одним, — обращается он уже ко всем присутствующим. — С горстью шипов просто удобнее и быстрее получается.

Он протягивает мне небольшой льняной мешочек, перевязанный шнурком. Оттуда я высыпаю несколько острых пик себе в ладонь и резко сжимаю их внутри кулака. Быстро, не думая, чтобы не успеть струсить.

Я должна учиться, ведь у меня есть цель.

— Не выходит, — бормочу.

Встряхиваю шипы в ослабленном кулаке, а после снова сжимаю крепче. Больно. Сжимаю ещё сильнее, до побеления пальцев, и в этот раз чувствуется та самая влага — кровь пошла.

— Теперь это моя любимая дисциплина, — довольно скалится Дастин. — Обожаю Порталоведение!

Как жаль, что он сидит так близко.

Издевается всем своим видом, облизывается, раздувая ноздри. Моё сердце тревожно колотится, но я не забываю об инструктаже: подношу руку к написанным координатам и жду, пока капля крови упадёт на меловые линии.

— Ну же! — кто-то шепчет нетерпеливо.

Головы у всех задираются выше — пытаются разглядеть происходящее. Я же поднимаю глаза на зрителей: Эйко чуть испуганно обхватила свои плечи, Адам насмешливо подмигнул.

Тут вдруг весь мой меловой рисунок засветился фиолетовым светом так ярко, что мне пришлось сощурить глаза, а после и вовсе крепко их зажмурить.

— Портал! Портал открывается! — доносятся до меня воссторженные возгласы.

— Ух, как светит!

Но у меня так болят глаза, что даже не могу посмотреть на открывающийся портал, как это могут делать все остальные. Какой-то порыв сильного магического потока, подобно штормовому ветру, заставляет меня задержать дыхание, потому дышать просто невозможно. Волосы трубой взметнулись вверх, в грудной клетке спазм.

В паническом отчаянии цепляюсь пальцами за пол, будто верю, что за него возможно ухватиться.

Точно всё нормально?

Глава 15

В одну секунду всё резко прекращается. Штормовой ветер сменяется полусырым осенним воздухом, а деревянный пол ощущается коленями, как царапучая трава во дворе Академии.

Я открываю глаза и обнаруживаю себя на улице. Вижу, как в окнах нашей аудитории на втором этаже столпились мои одногруппники. Они толкаются, тычут в оконное стекло пальцем и в целом выглядят взволнованными и восхищёнными.

Портал перенёс меня ровно туда, куда и должен был.

— Предупреждать же надо... — бормочу.

Профессор Фемий не вдавался в подробности о том, что перемешение может быть не очень приятным. Впрочем, и ничего особенно критичного не произошло.

Встаю на ноги и неспешно иду к парадному входу, чтобы вновь подняться в аудиторию и занять там своё