Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам - Светлана Калинникова Страница 13

- Давно, дорогая. С момента сотворения мира, как магия появилась, так я появилась, а через год и Кузенька.

- А кто же его отец? – поинтересовалась я.

- Да, - поддержал Никита, - кто он? Вот про тебя все знают, а про мужа твоего и не слышал никто.

- А! – махнула она рукой. – Не стоит и говорить о нем, тем более, что его уже давно и нет. Он выполнил свою задачу перед этим миром – подарил мне сына. Все остальное – воспитание, содержание, и слава, наконец, не совсем, конечно, хорошая, - абсолютно моя заслуга.

- Понимаешь, - приступила я к самому главному, для чего и искала ее. – У меня тоже был муж. Ну, он есть, просто мы никак не разведемся. На этой неделе должно состояться решение суда. И он совершил очень нехороший поступок, он проник в мою квартиру, пока я была в больнице, и украл мой дар, бабушкину брошь. Мне нужно ее найти, и одна уважаемая ведьма посоветовала найти помощника… В нашей беседе как-то само собой твое имя и вспомнилось.

- Ох, уж эти ведьмы из Общины! – поморщилась она. – Ну, по вопросам мести бывшим мужьям, конечно, лучше обратиться к русалкам или кикиморам. Они всегда на обманах и розыгрышах специализировались. Ведьма, наверное, рассказала про маленькое хулиганство на шабаше?

- Да.

Она посмаковал свой чизкейк, облизнула губы. Никита смотрел на нее плотоядно.

- Не смущай меня, Никитушка, - пропела она. – Десерт необыкновенный. Хочешь ложечку?

Кажется, теперь я понимаю, каким образом она устроила кошмар на шабаше, чуть не сорвав его проведение. Она обыкновенная стерва. Я пришла к ней на встречу с мужчиной, и она на моих глазах его «клеит», флиртует с ним, строит глазки. Естественно, она считает его свободным. Никита и есть свободный от обязательств мужчина. А я еще замужем.

И вот этот балбес сорокалетний открыл рот, рассчитывая съесть предложенный ею десерт с ее ложки. Я скривалась от отвращения, ну и понятие гигиены у них обоих. Фу!

Неожиданно Агата попросила Никиту сходить за салфетками к официанту. Я посмотрела – действительно, их не осталось. Ничего себе! Пять минут назад их было полно. Я посмотрела на стол, но у всех было мало использованных. «Колдовство!» - поняла я. Агата начала чудить с какой-то целью. Она ведь могла позвать своего приятеля официанта.

Но и Никита непрост! Он со всей своей непосредственностью хотел взять их со свободного столика. Но Агата щелкнула пальцами и снова попросила Никиту выполнить ее просьбу, и он благодарно улыбнулся, будто она ему обещала как минимум поцелуй в награду.

- Пока твой парень ходит за салфетками, давай-ка поговорим по душам.

- Он скоро вернется.

- Не скоро, - покачала она головой, - Никита сейчас в трех соснах заблудится. Десять минут я обеспечила.

Тут же пробежалась по залу газами – его нигде не было. Отлично, сейчас все и проясним.

- Он не мой парень, - зачем-то сказала я.

- Да-да, ты еще замужем, я помню, - согласилась она. – Поэтому Никита готов таскаться с тобой по всяким старым теткам типа меня, и изо всех сил старается заставить тебя ревновать. Высокие отношения. Ладно, давай к делу. Что там у тебя конкретно: мужа надо наказать? Физически или морально?

- Не надо его бить или унижать. Первое уголовно наказуемо, со вторым мне самой иногда приятно иметь дело. Мне нужно найти дар, и у меня всего месяц. Этот козлина требует у меня отобрать мой дар в Трибунале, который сам и украл. Меня дома не было почти неделю, я была в больнице, и ему удалось стащить у меня дар.

- Как все запущено. Он колдун?

- Да, и очень слабый, поэтому и мстит.

- А, может, у него что-то такое ценное украсть и предложить потом обмен? – склонилась она ко мне ближе и перешла на шепот. – Другой вариант: залезть к нему в квартиру и там поискать.

- Нет, не получится. Когда он воровал мою брошь, он сначала меня нейтрализовал – насыпал мне дурман-травы в чай. Я так не хочу, да и он теперь один не бывает, то со своей любовницей, то с мамочкой.

- Да уж, действительно, за плохим мужем жить, только век волочить, - вздохнула она. – Выход, конечно, есть. Причем, как обычно, он на поверхности. А что за брошка такая?

- Старинная, ей много веков – старое золото, огранка круглая. Камень агат.

- Мой тезка, значит, - почему-то обрадовалась Кузькина мать. – Ты уверена, что он украл? Сила твоя аж в глаза бьет. Не похоже как-то.

- Сегодня проблема была с применением бытовой магии.

- О! – она сочувственно покачала головой. – Да, это плохо, разумеется. А она дорого стоит, твоя брошь?

- Не знаю, никогда не приценивалась. Это же к ювелиру надо обращаться, а я ее из дома никогда не выношу.

И тут меня озарило. Он же постоянно твердит, что я хотела ее продать, и в заявлении в Трибунал он писал об этом. Боже, он ее продал…

Я так разволновалась, что чуть не побежала в инквизицию писать заявление. Но потом подумала: если они до сих пор не занимаются моим отравлением, то просто так, наверное, не поверят. Придется постараться, чтобы убедить их в своих подозрениях. Конечно, заявление они принять обязаны, но сколько же времени я так потеряю!

- Эй, остановись-ка, - схватила меня за руку Агата. – У тебя, наверное, какая-то мысль уже мелькнула? Подожди, уже почти девять вечера, тебе пора бы отдохнуть. Разберемся мы с твоей бедой. Я мастер по созданию проблем разным обидчикам, мной всем негодяям испокон веку угрожают.

Вытерпеть целый день и не сообщить о догадке – не в моем характере. Не сдерживая эмоций, я выпалила сразу:

- Вдруг он продал мою брошь?

- У нас месяц, - она изящно подняла вверх палец, украшенный острым, ярко-красным лаком, - нельзя терять время, но и спешить не стоит. Ты где работаешь?

- В «Магия-консалтинг».

- Это, по-моему, на улице Тургенева? Завтра в шесть я буду ждать около твоего офиса.

Никита вернулся с целой коробкой салфеток, немного ошалевший. Он смотрел на нас с удивлением.

- Как мило, - похвалила его Агата, - а нам, молодые люди, пора домой.

-