С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова Страница 13

Я вспомнила, как швырнула Томаса в дерево.

— Так, по мелочи. Самые азы.

— Так вы в Цитадели не учились?

— Нет, — покачала головой. — Я вообще дальше Кабаньего Оврага не выезжала.

— Та еще дыра, — согласился Билл.

Он вынул из кармана жилета два яблока и протянул одно мне.

— Угощайтесь. Это из моего сада, — добавил с гордостью.

— Спасибо, — я взяла яблоко и с наслаждением откусила. Позавтракать ведь так и не успела. — Ты живешь один?

— Ага, — кивнул он, когда прожевал кусок. — Родители умерли давно, а потом меня бабушка воспитывала. — Билл вздохнул. — Преставилась прошлой осенью.

— А лет тебе сколько?

— Семнадцать. — И уточнил. — Будет через два месяца. Бригетта сказала, вас к ней Томас привел. Вы его подружка?

Любопытства пареньку было не занимать. Да и поговорить он явно любил.

— Нет. Просто знакомая.

— Так я и думал. Не похожи вы на его… — он задумался, подбирая слово, — …дам. — На языке у него явно вертелось нечто другое.

— Почему? — спросила я с улыбкой.

— Ну… — Билл почесал лоб. — Они… другие. Не такие… правильные. — И тут же заволновался. — Только ему не говорите, что я вам сказал.

— Могила, — я приложила палец к губам. — К тому же не уверена, что мы еще увидимся.

— Госпожа Селли говорит, он как ветер в поле. Сегодня здесь, завтра там. Никогда не знаешь, где объявится в следующий раз.

— Ты с ним знаком?

— Не близко. А вот госпожа Селли… — тут Билл резко замолчал, поняв, что сболтнул лишнего.

Ага. Значит, я не ошиблась — у Томаса и одноглазой Бригетты был роман. С одной стороны это казалось удивительным, и а с другой — хозяйка таверны хоть и была старше Томаса лет на семь-десять, выглядела вполне себе ничего. И, судя по тому, о чем проболтался Билл, подходила под его вкус. Интересно, они до сих пор любовники? Хотя, какое мне, собственно, дело?

Экипаж тем временем выехал за черту Дивной Долины. Увидев, что кучер направил лошадей вниз по дороге, я открыла окно, намереваясь окликнуть Йена, но Билл успокоил.

— Господин Клифтон на отшибе живет, — пояснил он. — В паре миль от городка.

Отлично. Еду в дом незнакомца, обитающего у черта на куличиках. Мысленно велела себе успокоиться. В конце концов, я не одна. Посмотрела на Билла. Худощавый, с мальчишеским лицом — почти ребенок. Если что пойдет не так, боюсь, роль телохранителя достанется мне.

Минут пятнадцать мы ехали по тракту: справа зеленел лес, а по левую руку тянулось поле.

— Стооой! — донеслось с улицы.

Нас тряхнуло, и экипаж остановился.

Йен спрыгнул с облучка, шустро оббежал карету и открыл дверцу.

— Приехали, м'леди, — он протянул мне руку.

Я увидела глухой забор из серого камня и кованые ворота. За ними, утонувший в пышной зелени и цветах, стоял дом. Каменный, в три этажа, с вычурным декором: колонны, вытесанные из камня цветы, лица и морды животных. На площадке перед крыльцом шумел фонтан.

Йен открыл ворота и пропустил нас вперед.

— Прошу.

Как только мы миновали мощеную булыжником дорожку и подошли к фонтану, парадные двери распахнулись. На крыльцо вышел Барт Клифтон. Бодрый, румяный и меньше всего похожий на человека, страдающего от обострения хронической болячки. В красном махровом халате, надетым поверх пижмы, он напоминал барабан на ножках.

— Доброе утро, миледи! — Клифтон широко улыбнулся и расставил руки, словно намеревался меня обнять.

Хотя почему это «словно»? На всякий случай вильнула вбок и, судя по всему, не зря. Клифтон и впрямь собирался притиснуть меня к бочкообразной груди.

— Здравствуйте.

— А это кто? — он посмотрел на Билла. Достал из кармана пенсне и водрузил на блестящий нос.

— Мой сопровождающий, — невинно улыбнулась я.

Барт как-то неопределенно хмыкнул. Окинул мальчишку презрительным взглядом и потерял к нему всякий интерес.

— Рад, что вы приехали, — с удивительной для его телосложения прытью он оказался сбоку от меня и положил руку на спину.

— Визит вашего человека стал для меня сюрпризом. Я думала, вы приедете лично.

Клифтон мученически закатил глаза.

— Ох, — тяжело выдохнул он, — подагра замучила, что б ее, собаку. С прошлой ночи маюсь. — Барт покачал головой и неумело изобразил хромоту. Затем лукаво прищурил маленькие глазки. — Вы, кстати, подагру лечите, милая Эгелина?

— У меня пока лицензии нет. Права не имею. — Вспомнив, как накануне он лихо опрокинул в себя четыре бокала вина, не удержалась и добавила, — Но рекомендовала бы вам ограничить спиртное. А еще лучше исключить совсем.

Клифтон явно ждал другого ответа.

— Что ж, леди Эгелина, — он по-прежнему улыбался, хотя энтузиазма в нем поубавилось. — Идемте в дом, познакомлю вас с вашей пациенткой.

Глава 8

Интерьер дома полностью гармонировал с фасадом. И, увы, не в лучшем смысле. Да, дорого, богато, качественно, но вопиюще безвкусно. Вычурная мебель из красного дерева, золоченые люстры, картины, изображающие в основном пышногрудых полуголых дев и аляпистые росписи на потолке.

Напротив входной двери уводила наверх широченная лестница. В том месте, где она раздваилась, на стене, в золотой раме висел огромный портрет. Барт Клифтон собственной персоной. В синем камзоле и узких штанах; на поясе меч, через плечо небрежно перекинута алая мантия с меховым воротником. Художник, писавший картину, явно польстил заказчику — Барт Клифтон, тот, что на полотне, был раза в три меньше оригинала.

— Нравится? — раздался голос за спиной.

— Очень… эффектно, — дипломатично ответила я.

Клифтон довольно улыбнулся.

— На третьем этаже есть целая картинная галерея, — он встал рядом. — Желаете осмотреть?

— Может быть в другой раз. А сейчас давайте не будем заставлять вашу племянницу ждать.

— Как скажете, милая Эгелина, — Клифтон взял меня под руку и повел к лестнице. — Ее комната на втором этаже. Я провожу. Эй, парень, — он обернулся к Биллу. Все это время парнишка стоял посреди холла и, раскрыв рот, смотрел по сторонам. — Посиди-ка здесь покамест мы все уладим. — Он указал на кушетку. — И ничего не трогай, — предупредительно поднял вверх указательный палец. — Идемте же, дорогая, — это было адресовано уже мне.

Мы поднялись на второй этаж. Пол длинного коридора устилал ярко-красный ковер, на стенах висели бронзовые подсвечники.

— Нам направо.

Спальня моей пациентки находилась в самом конце.

— Арин! — он без стука распахнул дверь. — К тебе гости.

На кровати, сидела девочка лет десяти. Худенькая, светловолосая, с маленьким острым личиком. В пышном голубом платье с рукавами-буфами она походила на куклу. Даже поза была соответствующая: прямая спина и сложенные на коленях тонкие ручки.

Как только мы вошли, она вскочила и сделала реверанс. Блестящий и явно доведенный до автоматизма.

— Доброе утро, дядя. — Девочка перевела взгляд на