Попала! Ошибка истинного - Мария Минц Страница 11

“Василиса,” – вдруг прорезался в мыслях обеспокоенный голос Тивадая, – “С тобой там всё хорошо? От тебя исходит возмущение всего магического поля!

“Всё нормально!” -процедила я. Покосилась на своего провожатого – тот даже ухом не повел и уверенно шагал вперёд, – “Просто меня ведут к Феликсу…”

“Вот демоны!” – выругался Тивадай, – “Этого ещё только не хватало! Зачем?!”

“Без понятия!” – прошипела я, – “Мне просто сказали, что он хочет срочно меня увидеть!”

Тивадай замолчал. Он молчал достаточно долго, и я успела как следует разглядеть местность, которую мы пересекали по дороге к Феликсу.

Ничего особо нового я не увидела. Всё те же деревья, всё те же люди, ползающие по верёвочным лестницам. Кое-где виднелись хижины, наподобие моей, но большинство из них казались заброшенными.

В какой-то момент мы вышли на просторную поляну, в центре которой был вытоптан большой круг, обложенный по краям гладкими камнями. В его центре высился каменный столб, испещрённый непонятными знаками; при взгляде на него мне почему-то стало не по себе, а в душе поселилась непонятная тоска.

“Значит, так!” – вдруг гаркнул в моей голове Тивадай, и я чуть не взвизгнула от неожиданности, – “Запомни одну очень важную вещь. Что бы там тебе этот Феликс ни пообещал, чем бы ни угрожал, не вздумай говорить о метке Иштвана на твоей руке. Поняла?”

“Поняла,” – кивнула я и немного обиженно добавила:

“Я и так не собиралась об этом трепаться!”

“Вот и молодец,” – похвалил меня Тивадай, – “и ещё. Если тебя приведут в его хижину, где он сидит, вновь установи со мной канал связи. Всё немного изменится: я буду видеть твоими глазами, а не ты – моими, поняла? Чтобы я хоть немного представлял себе, куда направляюсь и что меня там ждет!”

“Договорились…” – только и успела ответить я, как старичок вновь гаркнул:

– Господин Баттори! Я привёл девчонку Алдериана!

Я поспешно прервала мысленный диалог с Тивадаем и вскинула глаза.

Мы очутились у подножия огромного дерева. Его ствол был таким гигантским, что, казалось, и сотни человек не хватит для того, чтобы его обхватить!

Около ствола высилась хижина, вроде моей, но вся обвешанная серыми плоскими, явно нарочно изготовленными, камушками размером с ладонь. Они слегка покачивались, и на каждом виднелась руна, нарисованная ярко-белой краской.

Плохое предчувствие, уколовшее меня при взгляде на каменный столб, стало ещё сильнее. Я нервно сглотнула и прерывисто вздохнула.

Что меня ждёт в этой хижине?

Словно в ответ на эту мысль ноги задрожали и наотрез отказались туда идти.

– Замечательно, Абрахам, – донёсся оттуда ленивый голос, в котором я мигом опознала голос Феликса, – заводи её!

Его следующая фраза заставила меня похолодеть.

– Мне надо многое обсудить с ней… наедине.

Глава 12

Феликс действительно был внутри – сидел, положив ногу на ногу, держа в руках какой-то пожелтевший лист, в большом кресле, похожем на массивный пень, где роль спинки исполняли переплетённые друг с другом ветви.

Но моё внимание больше привлекло убранство хижины. Снаружи она показалась мне небольшой, однако стоило мне заглянуть внутрь, как всё пространство словно расширилось по бокам и взмыло вверх!

Я смотрела на просторный зал, чьи стены представляли собой крепко перевитые плющом ветви деревьев. Они уходили ввысь и терялись в… облаках?

Откуда облака в помещении? Это что, иллюзия?

– Иди, чего встала? – вдруг недовольно буркнул старик и больно пихнул меня в спину. Я ойкнула и машинально качнулась вперед, схватившись за косяк двери, чтобы не упасть.

– Больно же! – возмутилась я, но старик только проскрипел что-то невнятное в ответ.

– Абрахам, как ты обращаешься с нашей гостьей? – вдруг проплыл над каменным полом вкрадчивый голос Феликса, – Разве я приказывал что-то подобное?

– Но, господин Феликс, вы сами велели привести её побыстрее, а она вон, копается на каждом шагу! – бестолково забормотал Абрахам, и я спиной почувствовала исходящий от него страх.

Он невольно передался и мне, отчего сердце неприятно сжалось. Но самого страха перед Феликсом я не испытывала – наверное, потому, что он выглядел не намного старше меня. Я его больше воспринимала, как однокурсника, а не как какого-то злодея, затеявшего недоброе.

Странное чувство… буквально недавно мы с Тивадаем сидели в хижине и боялись всего, но когда меня поставили перед моим похитителем лицом к лицу, бояться уже не получалось.

Феликс раздражённо цыкнул, поднялся с кресла. Отшвырнул свой лист, сделал шаг вперёд…

В ушах у меня пронёсся пронзительный свист. Перед глазами мелькнуло рыжее пятно, и я вскрикнула от неожиданности, потому что увидела, что Феликс стоит совсем рядом!

Не удержалась, заглянула ему за спину.

Кресло опустело.

Феликс даже не взглянул в мою сторону и властным жестом выбросил вперёд руку по направлению к своему слуге. Скрючил пальцы так, будто схватил в пригоршню что-то невидимое.

Я машинально обернулась и обомлела.

Он не прикоснулся к Абрахаму, но тот неожиданно захрипел, засипел и, едва выдавив “Пощадите!”, упал на пол, где тут же скорчился.

– Эй, ты что делаешь? – ахнула я и кинулась к упавшему старику. Того колотило, словно в агонии.

Феликс не обратил на меня внимания. Щёлкнул пальцами свободной руки, и тело его слуги обвили плетистые колючие ветви, выхлестнувшиеся из воздуха.

Абрахам взвыл от боли. Я тут же вцепилась в одну, потянула ее на себя, и зашипела: мне в ладонь тут же вонзились тонкие острые иголки, усеивающие ветку!

– Хватит! – крикнула я Феликсу, – Зачем так издеваться?

Наконец-то он соизволил обратить на меня внимание. Презрительно скривил губы.

– Ты заступаешься за него? – выплюнул он, – За этого ничтожного червяка?

Абрахам глухо подвывал, замерев и явно боясь пошевелиться. Я смахнула со лба прядь и упёрла руки в бока.

– Можешь как угодно его называть, но издеваться-то так зачем? – гневно мотнула головой я, – Ты же его босс, так и веди себя, как полагается! Выговор ему объяви, не знаю, премии лиши, но мучить не надо!

Тонкие тёмно-рыжие брови Феликса подпрыгнули и чуть не столкнулись с линией волос.

– Ты всегда такая жалостливая? – нехорошо усмехнулся он, – Ну что ж, будь по-твоему…

Он щёлкнул два раза и разжал скрюченные пальцы. Ветви немедленно разжались и истаяли в воздухе, а Абрахам закашлялся и завозился на полу, пытаясь подняться.

Ноги его не слушались и постоянно подгибались.

Я подскочила к нему,