Моё имя (СИ) - Анастасия Соболева Страница 102

Разве после этого я не стану монстром, так сильно похожем на столь ненавистных мне эксилей? Развернуться и просто уйти? Заманчиво, вот только… Жизнь научила, что бегство никогда не решает проблем. У меня так и не получилось найти ответа, однако… ответ нашёл меня вместо этого: мой взгляд пересёкся с взглядом девчонки на сцене, и всё решилось мгновенно.

Я его уже видела — сотни, тысячи раз. Мне не раз приходилось наблюдать за этим неугасаемым пламенем всеохватывающей ненависти, способным сжечь всё вокруг, в том числе и душу. Множество раз я отшатывалась от него в страхе того, что вот-вот, и оно обязательно спалит меня просто заживо, оставив после себя один только пепел, который тотчас будет развеян по миру буйным, необузданным ветром. Да, я видела этот взгляд несчётное количество раз. Видела его в зеркалах, озёрах, витринах — во всём, что отражало девчонку, сумевшую найти в себе силы стать «Адой Норин».

— Я хочу купить этого ребёнка! — услышала я громогласный крик, разорвавший на части всеобщее напряжение, и только после этого поняла, что сама же и кричу.

Самовольно, ещё до того, как мой мозг отдал ей соответствующую команду, рука потянулась вверх, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Вот только, как оказалось, это было не особо-то и нужно, поскольку многие уже давным-давно наблюдали за втиснувшейся в центральную ложу девушкой с волосами цвета первого снега. В ответ на это Сирил только шикнул и натянул головной убор чуть ли не до самого носа. Конечно, у меня было желание сказать ему, что шифроваться больше нет смысла, так как с выходом отсюда наша прогулка совершенно точно закончится. Однако я вовремя вспомнила, что именно здесь происходит, и, прикусив язык, вполне разумно воздержалась от комментариев.

— Госпожа, мы весьма рады вашему энтузиазму, — начал ведущий, совершенно не представляя, что же именно должен делать в такой ситуации, — но этот ребёнок — не товар. После окончания мероприятия вы можете пройти со мной, и я обязательно покажу вам наших лучших…

— Мне всё равно, — отрезала я, заставив, тем самым, лицо носоклювика (да и не только) вытянуться до неузнаваемости. — Хочу именно её! И готова заплатить за это столько, сколько скажете.

Исподтишка я бросила краткий взгляд на Сирила, чтобы, по крайней мере, быть уверенной в том, что он не бьётся в агонии. Фух! По его лицу можно было понять, что всё далеко не в порядке, но и, слава всему, пока не фатально. Конечно же, никаких денег у меня не было, и, если бы задуманное всё-таки удалось, платить определённо пришлось бы именно ему.

— Молодая госпожа, прошу прощения, однако, я всё-таки вынужден повторить, что это просто-напросто невозможно…

— Разве не мы выбираем, что возможно, а что нет? Повторяю ещё раз: эту девчонку я покупаю!

Первоначальные волнения в толпе, вызванные замешательством и недопониманием, потихоньку стали перерастать в недовольства. А странно ли? Как-никак, вся эта прогнившая верхушка уже была настроена на незабываемое шоу, а тут какая-то ненормальная никак не даёт ему начаться. Да и что здесь вообще говорить? Даже я не могла назвать себя нормальной в той ситуации. Решила же не злить никого первое время! Так зачем опять лезешь на рожон, Ада Норин?!

— Простите…, — всё продолжал ту же песню ведущий.

— Продайте её мне! Я не пожалею золота — ваша сегодняшняя выручка увеличится почти что вдвое, — заявила я до безобразия уверенно (да простит меня Сирил за эксплуатацию королевской казны).

— Сколько можно её слушать?! — возмутилась дама в пышной шляпке, украшенной земными, живыми цветами из первого ряда. — Разве не очевидно, что она не в себе?! Выставите её, и дело с концом!

— Вот-вот! — поддакнул мужчина в рассвете старости из третьего. — Она нас только задерживает! Да и вообще, эти волосы… Она точно имеет право здесь быть? Думаю, нам следует проверить компетентность городской охраны.

— Я тоже её раньше не видел!

— Вы из какой семьи, девушка?

— Вашим родителям стоит поучить вас манерам!

Десятки голосов слились в одну кучу, тотчас заложив мне уши. Помолчите вы хоть немного! Сами же себя не слышите! По крайней мере, не говорите все вместе! Стоило лишь так подумать, и тут моё желание, словно по взмаху волшебной палочки, исполнилось на самом деле.

— Подождите, её кожа… Она не блестит! — как-раз таки после этой фразы, брошенной в невпопад кем-то сверху, и наступила гробовая тишина.

Не стану врать: я была в полном ступоре. Вызвалась спасать девчонку, даже не подумав о том, что в итоге всё может обернуться необходимостью уже моего спасения. Да что вообще происходит?! Мне не свойственна подобная глупость! Самопожертвование — стиль Ната, не мой. Я ведь давно решила, что не смогу выиграть войну, не поборов в себе эту чёртову слабость! Так почему же я снова…

— Опять встреваешь в неприятности? — прошептал Сирил мне на ухо, заставив вздрогнуть от неожиданности. — С тобой никакого покоя, Ада Норин!

Сказав это, он крепко схватил меня за плечи и отодвинул назад, спрятав за свою крепкую, широкую спину. Я даже не поняла, как именно это произошло, но, почему-то, вдруг почувствовала себя совершенно спокойно. Как-будто бы дома.

— Я — Сирил Девериус, и эта девушка — со мной, — заявил он, снимая шляпу и демонстрируя всем свою чёрную шевелюру. — И да, она — человек. Скажу больше: до вас уже должны были доходить слухи о церемонии дарения знатного титула, устроенной мной относительно недавно. Так вот, проведена она была именно ради этой девушки, что теперь носит гордое имя Норин с крылом свободы на родовом гербе. А о ребёнке… Я разрешаю вам подарить его мне в качестве благодарности за посещение столь скучного мероприятия. Ну что? Ваш спор теперь разрешён?

— Конечно, ваше величество, — поддакнул столь несговорчивый носоклювик, — как вам будет угодно.

Ряд за рядом, ложа за ложей, все присутствующие склонились перед Сирилом в знак уважения. Отвечая на это, он лишь слегка кивнул головой. Сирил, конечно, стал на мою сторону в сегодняшней перепалке, однако, было очевидно, что поступил он так далеко не из желания помочь маленькой девочке: король просто понимал, что это — жизненная необходимость, без которой ситуация будет становиться лишь хуже и хуже.

Вот только в тот момент меня не сильно беспокоило происходящее в голове у его величества, так как, пусть и не без чужой помощи, но я добилась своего. Не теряя ни секунды, я стала спускаться прямиком к сцене. Чувствовала, как мою спину прожигают десятки переполненных ненавистью взглядов и всё равно продолжала идти. Пускай