Принц ночи - Лорен Палфриман Страница 10

Я была уверена, что это всего лишь сон. Ночной кошмар. Порождение лихорадки. Это… действительно произошло?

Подавить смущение оказывается куда труднее, чем гнев. Оно нарастает во мне, пока мои щеки не начинают гореть, а пульс не учащается. Я хочу, чтобы земля разверзлась, поглотила меня и унесла прочь от отвратительной змеи, стоящей передо мной.

Губы Блейка медленно изгибаются в довольной улыбке.

Вздергиваю подбородок, хотя знаю, что мое лицо, должно быть, краснее моих волос.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. — Я снова поворачиваюсь к двери. Я дрожу. Вся горю. Чувствую себя униженной. — Хорошего дня, Блейк.

— Хорошего дня, крольчонок, — весело шепчет он и возвращается к изучению карты.

Открываю дверь, выхожу из зала заседаний совета и с излишней силой закрываю ее за собой.

Каллум и Райан резко оборачиваются с другого конца коридора. Оба кажутся раздраженными. Лицо Райана раскраснелось, а Каллум скрестил руки на груди, его челюсть напряжена. Каллум тревожно хмурится, в его глазах читается вопрос. Киваю. Я в порядке. Он одаривает меня натянутой улыбкой, прежде чем повернуться к Райану.

— Нет, — говорит Каллум. — И на этом все.

— Но…

— Все в порядке, Рыжая? — Из темноты доносится низкий голос, заглушающий протест Райана, и я подпрыгиваю. Джек прислоняется к стене, скрестив руки на груди.

Я хмурюсь, вспоминая, как он сговаривался с Блейком в тех подземельях, куда меня привели, прежде чем представить Джеймсу. Он сказал, чтоот меня пахнет, как от Альфы из Хайфелла, и предложил Блейку искупать меня.

— Какой ты оригинальный, — говорю я. — Называешь меня Рыжей из-за моих волос.

— Из-за волос? — переспрашивает Джек. — Нет, я имел в виду твой румянец, Рыжая. Ты чем-то взволнована? — Его улыбка становится шире, обнажая белые зубы, и мои щеки горят еще сильнее.

— Чего ты здесь торчишь? — Стараюсь казаться более сдержанной. — Тебе не говорили, что подслушивать невежливо?

— Возможно, мать упоминала об этом. — Он пожимает плечами, затем кивает на дверь в зал заседаний совета. — Блейк приготовил для вас более подходящее жилье. Я отведу вас туда, раз уж ты проснулась.

Раздается недовольное ворчание, когда Каллум отпускает Райана. Молодой волк фыркает и уходит прочь. Каллум бормочет себе под нос что-то о наглых щенках, пересекает разделяющее нас пространство и переплетает наши пальцы. Напряжение в его плечах спадает.

— Готов? — спрашивает Джек.

— Да.

Мы следуем за Джеком по лабиринту коридоров.

— Что все это значит? — спрашиваю я вполголоса, когда наши шаги гулко отдаются по камню.

— Райан хочет вернуться в Мадах-Аллайх. — Каллум вздыхает, и снова выглядит так, словно на его плечи свалился огромный груз. — Парень придумал какой-то грандиозный план по спасению Фионы. Он думает, что сможет обмануть Джеймса.

— О, — тихо говорю я. — Не похоже на разумную идею.

— Нет. Не похоже. Он умрет, если ослушается меня. А у него уже есть опыт в непослушании.

— Он близок с Фионой?

— Быть частью клана… мы — семья. Она научила его ездить верхом, а Фи, Джеймс и я, мы обычно брали его с собой на охоту. — Он качает головой. — Думаю, он был немного влюблен в нее, еще до Бекки.

Я сжимаю его руку.

— Мы вернем ее.

— Да. И я заставлю Джеймса заплатить за все это — за то, что причинил тебе боль, заявил на тебя права, забрал Фи. Я мог бы не беспокоиться о Райане, вдобавок ко всему остальному.

Джек показывает нам предметы, мимо которых мы проходим — двери в Большой зал Блейка, гостиную, коридор, ведущий в лазарет. Как и ранее, я замечаю отсутствие каких-либо знамен клана или гобеленов в замке. Здесь тихо. В коридорах мы проходим мимо нескольких человек — двух женщин в коричневых платьях, которые тихо переговариваются, и старика в черно-сером килте, который несет коробку с рыбой на кухню. Маленький ребенок — около четырех лет — с копной черных кудряшек сбегает по лестнице мимо нас, и Джек просит его бежать быстрее, если он хочет обогнать свою мать. Либо клан Блейка не очень большой, либо они живут в другом месте.

Когда Джек указывает на винтовую лестницу, ведущую в библиотеку в башне, я делаю мысленную пометку, зайти туда позже. Я хочу выяснить, как Блейк связал наши жизни, чтобы я могла разорвать эту связь. Библиотека, кажется, хорошее место для начала.

Наконец, мы останавливаемся перед дверью на втором этаже замка. Джек открывает ее.

Комната оказывается гораздо больше, чем я ожидала. В ней возвышается огромная кровать с балдахином, покрытая мехами, а два кресла стоят на коврике из овчины перед ревущим камином. В углу деревянная перегородка частично скрывает гардеробную и массивный дубовый шкаф. Несмотря на отсутствие украшений, над деревянной каминной полкой виден прямоугольник из светлого камня, как будто там когда-то висела картина.

— Блейк подумал, что это может быть более подходящим местом, чем та комната, в которой вы были раньше, — говорит Джек. — Здесь жил бывший Альфа Лоуфелла.

— Это была комната Брюса? — Голос Каллума мрачнеет, когда он оглядывается по сторонам.

— Ты знал его? — спрашивает Джек.

— Да. А ты?

Джек подходит к окну, из которого открывается вид на бескрайнюю водную гладь, и прислоняется к стене.

— Наше знакомство было недолгим. — В сером свете окна его глаза поблескивают. — Блейк испытывал к нему особую неприязнь. Вот почему он решил не занимать эту комнату для себя. Он не хотел спать в постели Брюса.

Каллум прислоняется к двери, повторяя непринужденную позу Джека.

— Он убил его здесь? — Его голос звучит буднично, словно он просто спрашивает о погоде.

— Нет. Он сделал это в лазарете.

При напоминании о том, что Блейк — убийца, которому нравится причинять физические и эмоциональные страдания, меня пронзает вспышка отвращения.

Уголки рта Каллума поджимаются, как будто он тоже этого не одобряет.

— Понятно.

На губах Джека играет улыбка, как будто наше отвращение к его Альфе его забавляет. Он выпрямляется и указывает на шкаф.

— Там есть одежда, которая должна подойти тебе по размеру, Аврора, и ванна приготовлена, если хочешь освежиться. — Он указывает на дверь в углу, которая, должно быть, ведет в отдельную ванную комнату.

— Спасибо. — Я сохраняю вежливый тон, несмотря на свое недоверие к этому мужчине. Вероятно, нам будет на руку поддержать клан Блейка, если мы хотим победить его.

Улыбка Джека становится шире, прежде чем он кивает.

— Мое предложение остается в силе, Каллум, если ты захочешь провести позже спарринг.

— Возможно, ты мог бы потренироваться с Райаном, — говорит Каллум. — Убереги парня от неприятностей.

Между ними словно происходит какой-то безмолвный обмен взглядами, своего рода вызов, которого я не понимаю.