Ворона в гареме. Книга 1 - Коуко Сиракава

Коуко Сиракава

Ворона в гареме. Книга 1

白川 紺子

Kouko Shirakawa

後宮の烏

KOKYU NO KARASU

KOKYU NO KARASU by Kouko Shirakawa

Copyright © 2026 by Kouko Shirakawa

Illustrations copyright © 2026 by Ayuko

All rights reserved.

First published in Japan in 2018 by SHUEISHA Inc., Tokyo

Russian Edition published by arrangement with Shueisha Inc., Tokyo in care of Tuttle-Mori Agency, Inc., Tokyo.

KOKYU NO KARASU, автор Kouko Shirakawa

Копирайт © 2026 Kouko Shirakawa

Иллюстрации © 2026 Ayuko

Все права защищены.

Впервые опубликовано в Японии в 2018 г. издательством SHUEISHA Inc., Tokyo.

Русскоязычное издание печатается с разрешения Shueisha Inc., Tokyo и при содействии Tuttle-Mori Agency, Inc., Tokyo.

© Н. Г. Румак, перевод на русский язык, 2026

* * *

Нефритовая сережка

В глубине женской половины дворца живет та, которую называют «госпожа Ворона», «уфэй». Хоть она и считается супругой правителя, но ночных обязанностей не исполняет – у нее особая роль. Она неслышно обитает в черных, как вороново крыло, покоях, почти никогда не выходя наружу. Среди тех, кто ее видел, одни утверждают, что она – старуха, другие – что это молодая женщина.

Про нее говорят разное: и что она бессмертная кудесница, и что она – страшная демоница. Говорят также, что она пользуется необычным искусством. Говорят, что можно попросить ее о чем угодно: наложить заклятье на ненавистного супруга, вызывать дух давно умершего человека, вознести молитвы или найти утерянную вещь.

Эта наложница живет на женской половине дворца, однако император никогда не навещает ее… Раньше не навещал.

Нынче ночью к покоям, где она обитала, направлялись две тени.

– Емин-гун – одно только название… – Шагая по галерее, освещенной свисающими с потолка фонарями, Ся Гаоцзюнь разглядывал видневшееся впереди строение.

Черные, как вороново крыло, стены Емин-гуна, дворца Сияющего в ночи, казались чернее тьмы, которая окутывала все вокруг. Будь на небе луна – она осветила бы глазурованную черепицу, и та заблестела бы влажным блеском, но, к сожалению, сегодня ночью луна пряталась за тучами.

– Наверное, это из-за того, что фонари не зажгли, – негромко проговорил Вэй Цин, державший в руках светильник. У евнуха был высокий звонкий голос, красивый, как и его обличье.

Под крышей Емин-гуна висели фонари, но ни один из них не горел.

– Евнухи управления дворцовых дел опасаются приближаться к этому месту. Они и меня предостерегали.

– Почему же? – задал короткий вопрос Гаоцзюнь.

Он тоже говорил тихо, но не из-за боязни перед окружающими. Гаоцзюнь всегда так делал. Его голос звучал спокойно, но не холодно и был подобен зимнему солнечному лучу, пробившемуся сквозь листву деревьев.

– Говорят, что там появляется волшебная птица.

– Какая еще птица?

– Большая птица, сверкающая золотом. И если подойти слишком близко к дворцу, она нападает.

– Надо же… – равнодушно ответил Гаоцзюнь.

Его взгляд был устремлен на тихое здание, казавшееся необитаемым. Оттуда не вырывался ни один луч света. Вэй Цин украдкой взглянул на мужественный профиль Гаоцзюня.

– Повелитель, вы действительно хотите увидеть госпожу Ворону?

– За этим и пришел, – сухо ответил тот.

Когда евнух говорит «повелитель», то в этой стране, стране Сяо, имеется в виду только один человек – император.

– Мое посещение наложниц не должно вызывать вопросов.

– Но она не такая, как другие. Говорят даже, что, встретившись с ней, вы навлечете на себя всяческие бедствия…

Гаоцзюнь тихо рассмеялся.

– Цин, неужели ты тоже веришь слухам?

Вэй Цин осекся.

– Я слышал разные рассказы, от очень убедительных до совершенной ерунды. Но госпожа Ворона…

Гаоцзюнь остановился. За каменной лестницей находилась огромная черная дверь. Словно отказывая посетителям в их праве пройти, она была плотно затворена.

– Подробности потом. Встретившись, я узнаю, кудесница она или демоница.

Он поставил ногу на ступеньку. Вэй Цин прошел вперед и хотел толкнуть дверь, но та беззвучно приоткрылась сама. Евнух от неожиданности отступил, и из темноты на него с пронзительным клекотом что-то вылетело.

Вэй Цин уронил светильник, и все погрузилось во тьму. Слышен был только странный крик и хлопанье крыльев, но различить облик птицы в темноте было невозможно.

– Повелитель, уходите! – Одновременно со словами Вэй Цина раздалось еще более яростное хлопанье и птичий крик. Который, впрочем, тут же прекратился, только продолжали биться крылья. Когда глаза Гаоцзюня привыкли к темноте, он увидел, что Вэй Цин держит за горло большую птицу.

– Это курица?!

В руках евнуха билась круглобокая толстая наседка. Однако ее перья слабо поблескивали, будто покрытые золотой пылью.

– Она чуть не нанесла вред вашему драгоценному телу. Задушить? – хладнокровно спросил Вэй Цин и приготовился свернуть птице шею, но Гаоцзюнь остановил его:

– Нет, погоди!

И вдруг…

– Отпусти Синсин, простолюдин!

Дверь распахнулась, раздался ледяной голос. Он звучал приятно и принадлежал миловидной девушке. Голос отвлек Вэй Цина, птица вырвалась у него из рук и улетела вглубь помещения. В задней части просторной комнаты висел многослойный балдахин из тонкого шелка. В просвете между занавесями было видно белую руку.

Перед балдахином стоял светильник, сделанный в виде цветка лотоса. Он давал слабый свет. Этот свет упал на появившегося из-за занавесей человека. Гаоцзюнь и Вэй Цин на какое-то время лишились дара речи.

Блеклые лучи освещали изящную фигуру белолицей красавицы. Это была совсем молоденькая девушка лет пятнадцати-шестнадцати с заплетенными в два пучка волосами, которые были украшены яшмовыми шпильками и золотыми подвесками. В глаза посетителям бросились большие, размером почти с личико девушки, пионы, украшавшие прическу. Удивительным оказалось то, что одета она была с головы до ног в черное. Тонкое нижнее платье, юбка, начинающаяся от груди, – все было черного цвета. Платье из черного с мокрым блеском атласа было расшито мелким растительным узором, на юбке вышиты птицы с ветками в клювах. На плечах – тонкая шелковая накидка, блестевшая, словно ночная роса, будто в нее были вшиты обсидиановые нити.

В соответствии со своим именем – госпожа Ворона – она была подобна черной птице. В руках девушка держала нашедшую у нее убежище курицу. Подняв длинные ресницы, хозяйка дворца взглянула на Вэй Цина.

– Это драгоценная, чудесная птица. Коль убьешь – ничем мне ее не заменишь. Поостерегись!

Гаоцзюню показалось, что девушка говорила на старинный манер. И держала себя очень высокомерно.

– Это ведь ты –