Жестокий спор - Мария Владимирова Страница 23

— Э, школота, — басом обращается он к ним, те словно по команде выстраиваются, — Свинарник за вами убирать некому! Собрали все пулей!

Шуршат, собирая все, что раскидали.

На остановке сходят. Один держится за затылок, второй хватается здоровой рукой за ту, которую ему повредили.

— Давайте рядом сядем, — предлагает мой спаситель, — Мало ли, опять пристанут, кстати, Андрей.

— Настя.

— Домой или в гости? — говорит безмятежно, словно ничего и не происходило.

— К родителям на выходные.

— Ясно, я тоже к родителям.

Разговор между нами завязывается сразу, Андрей очень располагает к себе, остроумный, открытый, с ним легко оказалось найти общий язык, хоть и разница в возрасте у нас в семь или восемь лет.

Я была бы не я, если б не выпросила- откуда такие навыки в рукопашке. Оказалось, что после срочной службы, он остался по контракту, так и служит теперь, к родителям наведывается редко.

Спрашивать, кто родители, было уже не удобно. Сам бы рассказал наверное, если б захотел. К тому же едем в один посёлок.

Глава 20

Вечер пятницы провожу в домашних хлопотах: помогаю Наташе готовиться к празднику, играю с мелким. Он соскучился больше остальных, не отпускает, хвастается оценками, очередным выпавшим зубом.

— Настя, приглашай на завтра своих девчонок к нам! — советует Наташа, — Разрываться же будешь. С ними побыть захочешь и дома торжество.

Идея хорошая, заходит и мне, и подругам она заходит, в субботу Юля с Никой объявляются за несколько часов до назначенного времени, помогают накрывать стол.

Шумно, весело, но девчонки все равно уговаривают меня идти на дискотеку.

— Подруги правы, — подхватывает их Наташа, — У нас компания взрослая слишком, иди, повеселись. Отдохни, Настя.

А там Абрамов… А я видеть его не хочу.

А здесь девчонки и мы соскучились! Плюс тяжёлая артиллерия в Наташином лице, и хочется, и колется.

Решаюсь! В конце концов- не всю же жизнь мне прятаться, надо двигаться дальше, перешагнуть и идти.

За моей спиной давно никто не шепчется, и не косится в мою сторону. Все подзабыли ту позорную историю.

По дороге забегаем в наш местный "Бар- Каламбур", покупаем себе по баночке алкогольного коктейля, распиваем здесь же, за столиком.

Вообще бар- это громко сказано, просто несколько столиков в пристройке у магазина. Сделаны для того, чтобы молодёжь перед дискотекой не по углам пряталась, а в чистом и теплом месте могла провести время.

Подходим уже к столиками, когда на улице раздаётся звук автомобильного клаксона, свист и мужские выкрики, когда я поворачивать в сторону шума, мои подруги стоят разинув рты. А через минуту в магазин вваливается толпа парней в сланцах на босу ногу и полотенцах, замотанных на бёдрах. Все, больше на них нет ни какой одежды!

— Ба, какие люди! Настюха! — кричит Сереня Брусов, — Тебе же вроде вход в увеселительные и злачные места заказан!

— Кем? — все еще пребывая в шоке от увиденного, спрашиваю.

— Ну как? — кивает в сторону, где ничего не подозревающий Артем, принимает очередные поздравления.

Дергаюсь, как от удара током, машинально отступаю назад. Бежать некуда, прятаться тоже, секунда другая и он заметит меня.

— Я в опекунах не нуждаюсь! Сама решаю с кем и куда ходить! — пытаюсь сохранить последние капли самообладания, но по Серёне заметно, как слабо у меня это получается.

— Я не понял! — раздается резкий Абрамовский рык, — Ты че здесь забыла, а, Клоп?

Замираю, слушая, как сердце долбится в груди.

— По подругам соскучилась! — отвечаю на его вызов как можно равнодушнее, Артем двигается прямо на меня, я отступаю, пока спиной не упираюсь в стену. Все тупик, бежать некуда, сжимаюсь от ужаса.

— Я же говорил, что твою мордаху видеть не хочу здесь! — яростно рявкает мне в лицо, — Че, днюху испортить мне решила, да?

— Была бы честь, Артемий, — ухмыляюсь трясущимися руками подношу баночку с коктейлем к губам и делаю глоток, — Ты слишком много о себе возомнил, если думаешь, что я помню, когда твоя днюшка!

Не разрываю с ним зрительного контакта, прячу глубоко внутри страх, отвечая на его вызов. Пусть думает, что не боюсь.

— Да ладно, память короткая такая? — прижимаясь ко мне всем телом, произносит прямо в ухо, забирая баночку и в два глотка осушает, — Предупреждал же, чтобы на глаза больше не показывалась, видеть тебя не могу!

— Так отвернись и не смотри, поверь, помогает, я проверяла!

Зачем, дурочка, зачем его цеплять? Он пьян, неадекватен, но уверенность в том, что даже совершенно невменяемый Артем вреда мне ни причинит, берет верх.

Страшно ли? Очень страшно! Я, если честно, толком не понимаю что делать. Сбежать? Расплакаться? Промолчать?

— Абрамов! — крик вырывается самопроизвольно, когда Артем дает волю рукам, — Отвали!

— Нет, — усмехается он, — Сама же припёрлась! А я тебя предупреждал!

Оскаливаясь, вжимает мое лицо в свое. Запах алкоголя и ярости окутывает с ног до головы, никто не спешит мне на выручку, девчонок Брусов и компания вытащили на улицу. Надеется не на кого. Я беззащитна и слаба перед ним, но все равно до конца не верю в его жестокость.

Делаю новую попытку вырваться, безрезультатно, Артем сжимает еще сильнее.

И именно в этот момент дверь в магазин открывается, пропуская моё спасение.

— Не люблю проигрывать, Букашка! Не люблю, когда мне отказывают, а ты- мое единственное динамо!

Абрамов стоит спиной, ему не видно кто находится сзади, а я уже прихожу в себя.

— Ты же все равно сейчас меня отпустишь! — смотрю на него снизу вверх, прикусывая нижнюю губу.

— Ты страх потеряла что-ли? — недоумевает он.

— Отпустишь, спорим?

— На что? — включается азартно, отталкивая плечом руку, которой сзади до него пытаются достучаться.

— Ты сам скажи!

— В чем подвох? — я только руки развожу в ответ, он трезвеет прямо на глазах, — Согласен, — самонадеянно скалиться, окидывая меня голодным хищным взглядом, — Только расплата будет сегодня же, сейчас!

— Тётя Валя, здравствуйте! — радостно выкрикиваю я маме Артёма, именно она зашла в магазин.

— Настенька, давно не была в посёлке, — Артём оборачивается, тётя Валя сверлит его взглядом, ему ничего не остаётся, как убрать от меня руки. Вот и все, я — молодец!

Но тут ловлю на себе ещё один взгляд, в стороне, поигрывая ключами от машины, стоит мой попутчик Андрей, если я верно все поняла, он тоже в компании с Артёмом был, но он единственный, кто одет из ребят и трезв. Его взгляд очень задумчивый, словно замышляет что-то, я пытаюсь ему улыбнуться, а он отворачивается, делает вид, что мы не знакомы.